Из знатного рода - Новак Бренда - Страница 34

Девушка присвистнула, чему очень способствовала щербинка в передних зубах.

– Сомневаюсь, что констебли рискнут появиться в наших краях. Я по крайней мере ни одного здесь не видела.

Из-за ее спины показался Гюнтер.

– Мэгги, иди в дом.

– Может быть, я помогу ей устроиться? – спросила странная девушка. – Мы почти подружились.

Гюнтер поморщился, но не стал возражать.

– Хорошо. Веди ее наверх. – Он повернулся к Александре. – Пока ты будешь спать, я навещу друзей. С тобой мы поговорим позже.

– Мне кажется, произошло какое-то недоразумение, – неуверенно начала Александра. – Я не могу остаться здесь. Меня ждут друзья. – Она взглянула на Гюнтера, потом на девушку по имени Мэгги. – Я не знаю, что вы думаете, но...

– Ерунда. – Гюнтер подхватил ее под руку итолкнул к входу. – Ты слишком устала. Может, снаружи дом и не очень, но вот Мэгги здесь нравится. Правда, Мэгги?

Мэгги кивнула, и каштановые кудряшки подпрыгнули на ее плечах.

– Тебе просто нужно немного отдохнуть. Утром ждет работа. У меня большой заказ, и я хочу, чтобы ты хорошо отдохнула.

Что-то подсказывало Александре, что Гюнтер лжет, однако ей было слишком плохо, чтобы спорить. Внезапно у нее подкосились ноги, перед глазами все поплыло. Гюнтер еле успел подхватить девушку, когда она лишилась чувств.

– Посвети мне, – сказал он Мэгги. – Придется ее нести.

Он подхватил Александру на руки и внес в дом.

На какое-то мгновение она открыла глаза и увидела, что на нее пялятся женские лица. Она слышала скрип ступеней, ощущала запах прокисшей пищи, а потом обнаружила, что лежит на большой, мятой постели в середине комнаты, где стояли лишь умывальник и большой комод. Стены, оклеенные выцветшей фиолетовой бумагой, были заляпаны грязью. Маленькое окно прикрывала тяжелая занавеска.

Время для Александры текло какими-то странными рывками. Она не знала, прошли ли часы или минуты после ее поездки в коляске. В ее комнате был камин, в котором горели поленья, и Александра, с трудом встав с кровати, побрела к нему, влекомая благословенным теплом. Холод, казалось, забрался глубоко в ее душу.

Оглянувшись, она увидела кровать, в которой спала, и подумала, что прошли месяцы с тех пор, как меняли постельное белье. Даже в неярком свете она видела на простыне коричневые потеки бог знает чего.

Но сейчас это ее не волновало. Она жадно протянула руки к огню.

– А вот и наша новая подружка. – В комнату вошла огромная женщина с морковно-рыжими волосами. Лицо и открытые щедрым декольте грудь и плечи покрывали золотистые веснушки.

– Я Каролина, – объявила женщина. – Извини, что не могла встретить тебя, но я была... э... занята. – Она весело рассмеялась. – Надеюсь, Мэгги позаботилась о тебе. Но сейчас надо снять мокрую одежду, иначе ты подхватишь простуду.

Александра хотела сказать, что уже поздно, она замерзла, но язык почти не повиновался ей.

Каролина залезла в комод, покопалась там, достала грязную ночную рубашку и халат красного цвета и начала одевать Александру, словно та была куклой.

– Ты плохо выглядишь, любовь моя, – заметила она, растирая руки Александры. – Тебе сейчас хорошо найти что-нибудь горячее. Гюнтер сказал, что за день ты выпила всего чашку чаю, а это плохо. Ты можешь потерять свои прелестные изгибы.

Александра слишком устала, чтобы понять, почему Каролину так волновали ее изгибы. Голос женщины был нежным и заботливым, и только это имело значение для нее.

– Возможно, Дрейк подождет до утра, – продолжила Каролина. – В таком состоянии ты не сможешь пересечь Ла-Манш.

– Что?

– Ложись в постель. Я принесу тебе что-нибудь поесть.

Это место казалось Александре отвратительным, а запахи вызывали тошноту. Гюнтер говорил, что оказывает ей услугу, но теперь она стала подозревать, что он подсыпал в чай какую-то гадость. Надо уходить, подумала Александра. Только у нее не было сил даже стоять, не говоря уже о том, чтобы идти. Ее веки отяжелели, и она провалилась в сон.

– Просыпайся. Тебя хочет видеть один человек.

Нетерпеливая рука дернула Александру за плечо. Моргнув несколько раз, девушка увидела у постели Каролину. Она, словно сомнамбула, послушно встала.

– Александра, ты меня слышишь? У тебя, первый. Первый?

– Не понимаю, о чем ты, – с трудом ворочая языком, проговорила Александра.

Каролина вытащила из комода корсет и швырнула его на пол.

– Не встретишь мужчину, который устоит против этой штучки, – пробормотала она себе под нос.

– О чем ты говоришь? – Александра обессиленно опустилась на пол. – Гюнтер сказал, что я могу спать до утра. Сейчас темно, чтобы шить.

Каролина рассмеялась и повернулась к ней.

– Шить? Боже, какая наивность. Никто здесь не спит ни ночью, моя сладкая, ни днем, если есть клиент. А ты сейчас примешь своего первого.

Александра чуть приподняла голову, непонимающе глядя на кружевной корсет.

– Моего первого кого?

– Клиента. Надень. Внизу тебя ждет джентльмен, который слишком много выпил и уже сгорает от нетерпения. Поверь мне, все будет проще, если ты поторопишься. Пьяные иногда становятся агрессивными.

Вещи, которые Александра видела и слышала с момента прибытия в дом Гюнтера, закрутились у нее перед глазами. Она не знала, что реально, а что плод ее воображения, но только они складывались в весьма пугающую картину.

– Ты думаешь, я стану продавать себя? – вскрикнула она, с трудом принимая сидячее положение.

Вместо того чтобы оскорбиться, Каролина лишь закатила глаза.

– Я ничего не думаю. Я просто говорю тебе, как можно здесь выжить. Это Гюнтер думает – и собирает деньги. А сейчас, если ты не хочешь получить от него несколько синяков, одевайся, и живо.

– Ты хочешь сказать, что он изобьет меня? Но я не соглашалась приходить сюда!

Каролина пожала плечами.

– Он не всегда спрашивает разрешения. Дрейк придет утром, чтобы перевезти тебя во Францию, а оттуда никто не убегает. Да ты и не захочешь бежать. Каким бы ужасным местом ни был бордель, он намного лучше той сточной канавы, в которой ты окончишь жизнь, если попытаешься скрыться.

Каролина минуту изучала лицо Александры и явно смягчилась.

– Если ты проявишь особое рвение заработать пару монет, Гюнтер может оставить тебя в Англии. Он продает лишь тех, кто ему не нравится. Это единственный шанс избежать переправки во Францию, и это самый лучший совет, который я могу тебе дать.

– Как ты можешь помогать ему в этом? – Александру охватила паника. – Ты же знаешь, что я плохо себя чувствую. Он подсыпал мне вчера в чай какой-то порошок, а я и так была слишком слаба.

Каролина вновь пожала плечами:

– Это жизнь. Как я говорила, женщина готова на многое, лишь бы ее не выбросили в канаву. А я уже немолода. Сейчас я переодену тебя, а ты будешь очень послушной, потому что я не люблю бить людей.

Александра все равно сопротивлялась, но она была слишком слаба против рослой Каролины. И вскоре та надела на нее кружевной корсет.

Затем Каролина вышла, но тут же вернулась с парой шелковых чулок, которые явно видели лучшие дни. Натянув их на Александру, она причесала девушку.

– Надо признаться, ты выглядишь отлично, – вздохнула она. – Любой мужчина выложит состояние за такую девчонку.

Александра посмотрела на себя в зеркало.

– Этого не может быть, – пробормотала она чуть не плача. – Я не вынесу прикосновений чужого человека... Пожалуйста, пожалуйста, отпустите меня. Скажите, что я убежала, когда вы пришли. Что угодно!

В глазах Каролины мелькнула жалость.

– Извини, подруга. Мне не хочется тебя заставлять, но Гюнтер – мой хлеб с маслом, и я должна делать все, что он прикажет.

– Но я даже не могу защититься.

Каролина вздохнула.

– Первый раз всегда больно. Если что, кусай вот это. – Покопавшись в комоде, она достала кусок толстой веревки, завязанной по обеим сторонам в узлы.

Боже мой! Что они собираются делать с ней, если ей может потребоваться такая вещь?