Наблюдатели - Леранжис (Леренджис) Питер - Страница 44

Целая толпа.

В серой форме.

9

Мятежники?

Они.

— Нет!

Джейк подхватил Самуэльсона под мышки и потащил его в дом.

— Спасайся, Джейк, — прохрипел тот. — Брось меня…

Джейк услышал тяжелые шаги, резко обернулся.

Перед ним стоял офицер конфедератов. Широкогрудый человек с отмеченным оспой лицом и прямыми черными волосами.

— Мы не за мелюзгой охотимся, — сказал он. — Нам нужны взрослые. Отойди отсюда.

Он поднял свое ружье и легонько ударил Джейка прикладом в грудь. Затем прицелился в Самуэльсона.

— Не убивайте его! — подскочил Джейк к офицеру.

Тот отступил на шаг:

— Экий храбрец. Ладно, будь по-твоему. А теперь нагнись и дай мне его оружие. А потом вопи что есть силы, чтоб твои большие братья нас услышали. Замани нам в сети крупную рыбу.

Джейк с беспокойством посмотрел на Самуэльсона.

— А с ним что сделаете?

— Делай, что тебе велено!

Самуэльсон кивнул, слабо махнув рукой на свое ружье.

Джейк нагнулся.

Хватай!

И стреляй!

Вышиби из них мозги!

— Делай, как тебе велят, — еле слышно прошептал Самуэльсон.

Джейк не спеша поднял ружье и кинжал Самуэльсона. Они оказались тяжелее, чем он ожидал.

Теперь офицер направил дуло своего ружья на Джейка.

Джейк выпрямился и подошел к нему, держа в руках оружие.

ШМАААК!

Дверь.

Джейк глянул через плечо.

Знакомое лицо.

Рыжие волосы.

Овермайер.

Он стоял в дверях кухни, уставившись на Джейка, на оружие в его руках, на Самуэльсона.

— Какого?..

Выстрел не дал ему договорить.

Овермайер рухнул через порог. Кухонное окно разлетелось вдребезги.

— ОГООООНЬ! — громким голосом приказал офицер.

Тут нечего думать.

Джейк втянул Самуэльсона в дом. И уложил на кухне.

Овермайер обвис на раковине. Глаза у него были закрыты.

Крики. Позади. В доме. На улице.

Платт. Шредер. Моррис. Уильямс. Джонсон. КА-БУУУУМ!

В соседний дом. Джейку он был виден через боковое окно.

— У них пушки! — закричал Шредер.

— Пушки?

Джейк нагнулся над Овермейером. Тот дышал. Но был без сознания.

Джейк взял его ружье, почувствовал его тяжесть, его грозную силу.

Настрой!

Тело его сжалось. Он стиснул зубы.

Ну, давай, Джейк!

Покажи им!

Он подбежал к боковому окну. Упал на колени. Прицелился.

Выстрелил.

— Ты что, сдурел! — Это был Шредер.

Он повалил Джейка на пол.

По дому мчался Платт. К задней двери. Подняв ружье. Лицо у него налилось кровью, глаза выкатились из орбит.

Спятил!

— НЕЕЕЕТ! — взвыл Шредер.

— ОНИ УБИЛИ ДЖОНСОННННА!.. ? вопил Платт.

Он бросился на задний двор, стреляя по деревьям.

Три мятежника упали. Двое выскочили на Платта с двух сторон, держа его на мушке.

Платт резко пригнулся. Пули пролетели у него над головой, не задев его. Оба стрелявших рухнули на землю, пав жертвой друг друга.

Джейк весь сжался.

С оглушительным грохотом ближайшее дерево взлетело на воздух.

— ОТХОДИМ! — закричал Шредер. — Нам с ними не справиться.

Моррис направился к передней двери. Шредер поднял Овермайера.

Джейк попытался приподнять Самуэльсона, но тот был тяжел и неподвижен.

— Это… он! — Овермайер ткнул пальцем в сторону Джейка. Он с трудом пошевелил рукой, но глаза горели ненавистью. — Я видел, как он помогал мятежникам. Это шпион!

10

Они играют ему на руку.

— Это ошибка, — горячо заговорил Джейк. Они добрались до леса и были уже недалеко от лагеря. Они с Харрингтоном тащили на себе Самуэльсона. — Когда Самуэльсон придет в себя, он сам скажет…

— Кто тебя спрашивает? — заорал Шредер у него за спиной.

Мятежники могли появиться в любую минуту и открыть по ним огонь. Бегство из Гобсонс-Корнера было далеко не таким стремительным. Самуэльсон так и не приходил в сознание и был страшно тяжел. Остальные ушли вперед, торопясь поскорее добраться до лагеря и предупредить всех о нападении.

Однако они уже почти добрались до гребня, а мятежников не было видно. Они несли Самуэльсона, и сверху уже была видна лощина.

Лагерь гудел как растревоженный улей. Слышались резкие приказы командиров, клацанье затворов, топот взнуздываемых лошадей, крики солдат, передающих друг другу новости.

До Джейка доносились повторяющиеся фразы: один убит… двое ранены… город покинут… никто не знает, как они прошли… у них есть уши… не преследовали нас… непонятно почему.

Джейк знал почему.

Они наступают сейчас с двух сторон.

Они получат нас как на блюдечке.

Когда они подберутся на расстояние выстрела, нам конец.

Из склада с амуницией выскочил Орвис.

— Он? — на бегу спросил он.

— Пока нет, — ответил Джейк.

— Я помогу. — Орвис отодвинул Джейка и подхватил Самуэльсона под руку.

Чья-то рука схватила Джейка за воротник.

— Сюда, гнида!

Платт.

Джейк попытался было сопротивляться, но Платт тащил его через весь лагерь сквозь беспорядочно мечущуюся толпу прямо в палатку Эдмондса.

— Только попробуй сбежать, — процедил Платт, потрясая своим ружьем. — Мы с моей пушкой будем счастливы.

— Я должен быть на передовой, — пытался урезонить его Джейк. — Я могу принести пользу!

— Как ты уже помог в Гобсонс-Корнере? Как уже подставил нас? Да я б тебя прикончил на месте, не прикажи Эдмондс доставить тебя к нему.

С этими словами Платт отвернулся и встал часовым у входа в палатку.

Джейк расправил воротник. Палатка была просторной, в ней никого. Посредине стоял стол, покрытый картой.

Джейк подошел поближе.

На карте были изображены два горных гребня с ущельем между ними. В ущелье красным карандашом был нарисован большой круг. Лагерь северян. В верхней части карты — на севере — ущелье переходило в лес, постепенно редеющий и заканчивающийся у поселка, отмеченного грубо нарисованными значками домов и церквушки. Гобсонс-Корнер. С юга к кругу устремились большие черные стрелы, подписанные словом «мятежники».

От лагеря шли синие стрелы на юг. План атаки Эдмондса.

Никакого укрепленного пункта в горах. Никакого оградительного отряда на восточном и западном флангах. Ни разведки, ни рекогносцировки местности.

Дилетантство, да и только.

Глупо.

Гобсонс-Корнер был совершенно открыт для внезапного нападения противника.

Чего ж удивляться, что конфедераты свалились будто с неба.

О чем он думал?

— Ты оставил его одного? — как гром среди ясного неба раздался голос Эдмондса.

Джейк круто обернулся.

В палатку входил сам Эдмондс. Глаза у него были на лбу, пот так и струился по лицу. Оттолкнув Джейка, он быстро свернул карту.

— Сержант Эдмондс, — проговорил Джейк. — Я могу объяснить…

Тут в палатку ворвался капрал Радемахер. Пистолет в его руках дымился.

У входа виднелись только ноги Платта. Они вытянулись на земле. А Платт стонал от боли.

Радемахер подстрелил его!

— Что за стрельба, болван? — воскликнул Эдмондс.

Радемахер ткнул пистолетом в сторону Джейка.

— Он оставил этого школяра-мятежника здесь одного. Я его отсюда живым не выпущу.

Час от часу не легче.

Джейк отшатнулся:

— Я не шпион! Я могу вам помочь!

— Радемахер! — раздался незнакомый бас.

Радемахер замер, опустил оружие, чертыхаясь сквозь стиснутые зубы.

Джейк узнал человека, входившего в палатку. Он видел его потрескавшийся и потускневший портрет в книгах. Эти обвисшие, как у моржа, унылые усы, ярко-голубые глаза и морщинистые щеки были ему знакомы, как и сам широкоплечий, с тучным животом офицер.

Уэймут.

— Полковник, наши люди убедились, что этот мальчик — вражеский шпион, — заявил Эдмондс. — Овермайер видел, как он помогал мятежникам обирать Самуэльсона, когда тот потерял сознание.