Побег - Кобылянский Павел Юлианович - Страница 15

Снизу поднимался вампир, с невозмутимым выражением уже вполне человеческого лица и пытался оттереть кровь с правой кисти носовым платком. Ну а я занялся контролем, выстрелил в голову крестоносцу, потом второму и вопросительно посмотрел на Зигфрида.

– Внизу тоже готов, – обрадовал он меня. – Без головы даже т"сареш не живут.

Потом шагнул к первому, который с крестом и одним движением разорвал у него на груди свитер вместе рубахой. Кстати, шапка с него слетела и на голове обнаружилась недавно подбритая тонзура. А вампир сорвал с его шеи какой-то медальон, обнаружившийся под одеждой, и прошипел:

– Ватикан, ну правильно, на своей территории так нагло правила они не нарушают…

– Они уже лет пять шарахаются по нашей территории, вот только наш патриархат поймать их на горячем никак не может, – сухо произнес полковник, держа пистолет стволом вверх и настороженно осматриваясь.

– Теперь поймают, – ответил ему вампир, пряча медальон в карман и прибирая еще и распятие, видимо вне рук инквизитора оно особой силы не имел. – Я позабочусь передать им доказательства. А заодно заставлю разбираться и с этими трупами. Интересно, что за мной не следили – это точно, кто же их навел то…

– Потом разберемся, – вмешался я, меняя обойму в пистолете. – Нашумели мы изрядно, а попадаться сейчас ментам мне не с руки, убивать же их совсем не хочется. Надо уходить…

– Я контролирую этот подъезд, все этажи, – отозвался Зигфрид. – Но ты прав, надо уходить. Моя машина в квартале отсюда, а ваша?

– Во дворе, – ответил полковник, неловко пряча пистолет в кобуру.

– Обойму смени сперва, – остановил его я, – и на предохранитель не забудь поставить.

ФСБшник начал суетливо выполнять мои рекомендации. А Зигфрид повернулся ко мне:

– Ты спас мне жизнь, я этого не забуду.

– Знаешь, скажи мне кто, что я пристрелю священника, чтобы спасти высшего вампира… Да и что-то подсказывает мне, что нас бы в живых тоже не оставили. К тому же, ты вполне мог справиться и сам, мне так кажется.

Мы уже торопливо спускались по лестнице. Вампир не только не стал возвращаться в квартиру, но и дверь запирать даже не подумал. Похоже, что ничего ценного там не было в принципе.

– После того, как ты пристрелил фанатика – да, – просветил меня упырь. – А вот если бы он успел дочитать молитву… Порой они даже поопасней инквизиторов, тем очень трудно действовать, когда они не видят вины за кем-то из моего племени. А фанатики нас ненавидят искренне и фанатично, правда и силы у них намного меньше.

Как только мы вышли на улицу, нас поджидал еще один неожиданный и неприятный сюрприз. Прямо у двери подъезда в сугробе валялись два неподвижных тела и по их карманам уже шарилась местная гопота, до этого тусовавшаяся во дворе.

– А ну, пошли отсюда, – прикрикнул было на них Лисицкий.

– Дядя, иди ка ты куда шел, а то и ты к ним присоединишься, – вставая начал наезжать самый здоровый и, похоже, самый наглый из них.

Я тяжело вздохнул и потянулся было за стволом, но вмешался вампир. Зигфрид просто шагнул вперед и от него ударило волной какой-то энергии, я буквально видел ее. Подростки не видели, зато почувствовали и разбежались в разные стороны. А откуда то из-за скамейки, притулившейся у подъезда, донесся то ли стон, то ли скулеж. Мы с полковником чуть ли не наперегонки шагнули туда. Тваю мать, да это ж та девчонка, что встречала меня сегодня днем у черного входа в кафе. Это что, кто-то еще и нашу охрану положил? Нда, вечер обещает быть томным. Но, похоже живая и даже в сознании, просто ей очень хреново. Видимо по ней еще врезало и тем, чем вампир шуганул детишек.

Оставив девчонку на попечение полковника, я шагнул к телам. Так, а эти двое мертвы, однозначно, у одного шея сломана, а второму кто-то очень узкое и длинное лезвие под лопатку всадил, точно в сердце причем. И все самое интересное детишки похоже уже выгребли. Хотя наружка стволы на работу как правило не берет, а вот рации по идее должны быть. Да, вот у одного есть, а у второго вытащили уже. Неподалеку я заметил в снегу какое-то удостоверение. Ну ка… Вот как, нас оказывается охраняли сотрудники частного охранного предприятия "Альфа Центавра". Ну понятно, не с удостоверениями же офицеров ГШ им на работу ходить. Я аккуратно пристроил традиционно красные книжечки поближе к трупам и повернулся к полковнику:

– Что с ней?

– Чем то тяжелым по затылку огрели, похоже на сотрясение мозга, – ответил он. – А так вроде в порядке, хоть сознание и помраченное.

– Инквизиция, их работа, – уверенно сказал вампир. – Что фанатикам, что инквизиторам легко почувствовать направленное на себя внимание. Я так понял, что эти ребята обеспечивали контрнаблюдение?

Я только кивнул.

– Надо уходить, – Зигфрид стал выглядеть озабоченным. – Очень долго держать под контролем людей во всем подъезде мне тяжело…

– Гопота нас не запомнила? – спросил я, поднимаю девчонку на руки. Ну не бросать же ее здесь. Работает в системе она явно не долго, да и состояние у нее такое, что сболтнет еще чего лишнего в ментуре, ой она ж вроде полиция уже и давно, а генералу и ее начальству потом расхлебывать.

– Эти то? Нет, – уверенно ответил вампир. – Максимум, что смогут вспомнить, что было трое мужчин, но описать не смогут даже приблизительно. Я им хорошо по мозгам проехался. Ладно, мое внушение в доме продержится минуты три-четыре еще. А я пошел. Прощайте и удачи.

И вампир скользящей на огромной скорости тенью усвистал куда-то в направлении освещенной улицы. Ну и мы тоже направились к своей машине. Я загнал полковника за руль, а сам, пристроившись вместе с понемногу приходящей в себя девчонкой на заднем сидении, принялся звонить генералу.

Колымский, такое впечатление, сидел вплотную к телефону. По крайней мере, ответил он сразу же, после первого гудка. И я, стараясь говорить иносказательно, все-таки линия не защищенная, стал пересказывать особенности встречи. Когда я закончил, куратор замолчал и надолго. Только хорошо различимое сердитое сопение показывало, что он все еще у аппарата, просто пытается переварить новости.

– Товарищ генерал, – наконец решил я напомнить о том что жду приказаний. – Что с девчонкой то делать? Ей врач нужен, желательно поскорее…

– С ней совсем плохо? – спросил Колымский.

– Ну, я не медик. Огрели по затылку, череп вроде не проломлен, но судя по внешнему виду, сотрясение мозгов присутствует. Придет в себя – посмотрю повнимательнее. Но все равно, при такой травме лучше у врача обследоваться…

– Черт, как все неудачно-то, – генерал немного замялся. – Ладно, пускай пока с тобой покатается. Завтра отдашь ее ребятам, которые к тебе Тирли привезут. Да, а те трое, которых вы положили, точно иностранцами были?

– А я знаю? – вопросом на вопрос ответил я. – Трупы мы не обыскивали, времени особо не было, только кровосос распятие забрал и какой-то медальон у одного из них. Причем он их не искал, точно знал, что они должны быть, похоже.

– Плохо все, очень плохо. Ладно, теперь слушай как вы будете своего радиста подбирать. Он приезжает примерно в то время, в которое ты любишь просыпаться, когда не на работе, – пошел сыпать Колымский иносказаниями, видимо тоже не был уверен в надежности линии. – На вокзале его забирать передумали, просто встретят и повезут домой, а уже там устроят уход из-под слежки. И вам же отдадут. Ехать им часа полтора, ну и вы к тому времени тоже подтягивайтесь. Частоты связи с ребятами из обеспечения ты же обговорил? Вот и сидите где-нибудь около дома Тирли, только непосредственно к нему во двор не суйтесь, и слушайте частоту. Мужики, как подъезжать будут, вас вызовут и скажут, где встретитесь. И да, мобильниками лучше не пользуйтесь. Машину и девчонку им же и отдадите. И сразу валите из города, да и вообще из области, как можно быстрее. Уже какое-то непонятное шевеление началось…

– Понял, есть, – коротко ответил я и мой собеседник тут же прервал звонок. Ну что, инструкции получены, будем выполнять. Для начала надо бы встретится со Стингером и Потапычем и придумать где бы переночевать. Тоже тот еще вопрос, снять на сутки квартиру или комнату в городе без документов – не проблема, но машину, под самую крышу забитую оружием и боеприпасами, оставлять без присмотра тоже не хотелось. Кому-то придется в ней ночевать. Да и денег у нас тоже, не вагон. Ладно, подумаем еще.