Побег - Кобылянский Павел Юлианович - Страница 40

– Просто я начал с материальных, если так можно выразиться доказательств. Все остальное передано на словах, но я склонен верить этим словам. Ну, или по крайней мере относиться к ним очень серьезно. По словам моих людей там умеют лечить практически все заболевания. Как выразился один из моих людей, там умеют попросту восстанавливать ткани организма. Вплоть до того, что повреждения головного мозга не являются смертельными для того мира…

– Мистика какая-то, – на этот раз высказался контрразведчик. – Вы еще скажите, что там могут сделать человека бессмертным…

– Про бессмертие речь не идет, а вот про продление жизни – вполне. Вплоть до двухсот лет того мира. Может быть возможно и больше… Ну и излечивание хронических заболеваний… Рак, СПИД, туберкулез… Список можете продолжить сами.

– Бред, – повторил разведчик. – Я не верю… Я не верю в панацею. Нет, если это правда, то по прогнозам я соглашусь с Владимиром Дмитриевичем. Так что ситуацию мы просто таки обязаны использовать.

– В том то и дело, что не панацея, – возразил Колымский. – Никакой таблетки от всего не существует и там. Есть технология, которая позволяет готовить врачей, этому надо учиться. Скажу больше, не каждый способен этому научиться, нужны врожденные данные, которые встречаются достаточно редко. Нам предложили предоставить специалистов в данном вопросе, а также провести предварительное тестирование и обучение уже наших людей, конечно если они в принципе способны будут этому научиться.

– Колдовство какое-то…

– Там это называют магией, – слегка улыбнулся Колымский. – И есть еще материальные доказательства, правда они уже не из области медицины и больше по вашей части…

– Анатолий Афанасьевич, разрешите? – задал вопрос генерал-майор с петлицами саперных войск и, дождавшись согласного кивка начальства, продолжил, выложив на стол небольшую металлическую подвеску на цепочке. – Данный объект представляет из себя диск с орнаментом изготовленный из золота примерно семьсот пятидесятой пробы. Цепь тоже золотая. Вроде бы ничего необычного, но установить из какого именно источника происходит этот металл мы не смогли, хоть и примесей там достаточно много. Работа ручная и несколько грубоватая. С камнем несколько сложнее… На земле такие минералы ранее не встречались. Далее, никаких излучений приборы от этого медальона не зафиксировали, никаких аномалий не обнаружено… Однако, если его в руки возьмет один конкретный человек, он начинает понимать любые языки. Проверено. Одно но, он должен общаться непосредственно в владеющим этим языком. В случае простого копирования звуков данная вещь не работает. Также не срабатывает в случае использования возможных технологических приспособлений, как то диктофоны, как цифровые, так и пленочные, телефоны, рации, телевидение… Только общение с живым носителем языка.

– Может дело в этом самом конкретном человеке, а не в этой висюльке? – скептически переспросил контрразведчик.

– У меня таких висюлек пять штук, – парировал сапер, – каждая работает исключительно в руках того человека, который ее, по их собственному выражению, "активировал". Точнее, проверили у четверых, пятая была снята с трупа. Внятных предположений как это работает нет ни у кого. Вот такой вот универсальный переводчик. Для построения хоть какой-нибудь теории данных пока недостаточно. Ну и что касается самого процесса перехода, что в Африке, что на нашей территории. Мои подчиненные ничего не нашли, вообще ничего. Какое-то излучение присутствовало, но сам механизм никому не известен. Предположения конечно есть, куда без них, но это только предположения. У меня все.

– То есть вы рекомендуете считать имеющуюся информацию истинной? – уточнил ГРУшник.

– Я ничего не могу рекомендовать, мало данных, – парировал сапер. – Единственное что я знаю, есть вещь, которая работает непонятным нам образом, а также группа из нескольких человек два раза исчезла неизвестно куда и одни раз появилась непонятно откуда и объяснить это рационально не получается. Отсюда вывод, что некая неизвестная нам технология существует и работает на нашей планете.

ГРУшник хотел спросить что-то еще, но его опередил аналитик:

– Мой отдел строил прогнозы по предоставленным мне вводным. Что касается истинности или ложности вводных данных, то соглашусь с Вадимом Александровичем, мало данных для выводов.

Генералы замолчали, полностью уйдя в себя. Полковник вообще делал вид что его тут нет.

– Ладно, товарищи офицеры, в конце концов, если вдруг запахло серой, то мы должны озаботиться промышленным производством святой воды, – блеснул начитанностью начальник генштаба. – По выводам аналитиков, если информация попадет нашему вероятному противнику – то всем будет плохо, так что мы обязаны это предотвратить. Ну и сами вполне можем этой информацией воспользоваться, тем более, что здесь у нас преимущества. Именно наша группа смогла завести некоторые полезные знакомства в том мире. Александр Сергеевич, выводи своих, взять точку перехода под плотную охрану. Чтобы муха не пролетела, не как эти…

– Так точно, товарищ генерал, – ответил молчавший до этого офицер. – Там неподалеку есть часть, через нее проводилась эвакуация группы, когда они вернулись летом. Разрешите использовать их ресурсы.

– Хорошо, разрешаю, приказ я подпишу позже, – кивнул начальник генштаба. – И у нас остается один вопрос, что мы будем делать с нашим главнокомандующим и министром?

Генералы угрюмо молчали. Подсознательно все они ждали подобного вопроса не один день и вполне осознанно боялись его услышать. Компания в кабинете собралась вообще примечательная, хоть все генералы и были на текущий момент штабистами и непосредственно войсками не командовали, однако все они, включая и самого молодого, как по званию, так и по возрасту, полковника, и самого старого, начальника ГРУ, и даже самого хозяина кабинета, успели поучаствовать в последней войне как боевые офицеры. Собственно именно эти люди и выиграли войну, несмотря на чудовищные потери в начале конфликта. И только их стараниями армия все еще оставалась боеспособной, не смотря на то, что после окончания войны политики про военных моментально забыли.

Правда ни один из них не рвался во власть, те кто хотел поиграть в политику давно уже из армии ушли и сейчас занимались другими вещами. Но и допускать повторение ситуации, когда политики, просрав ради своих интересов все, что можно, бросают армию своим потом и кровью исправлять положение, они не хотели. Слишком хорошо эти люди помнили войну.

– Предлагаю игнорировать. Операцию реализуем своими силами, сами осваиваем переданные технологии, – первым решился контрразведчик. – Если начнут спрашивать – делаем морду кирпичом и говорим, что ничего не знаем. Естественно все секретим по высшей мере. За своих людей, допущенных к информации, я полностью ручаюсь.

– А если запустят проверку? – спросил аналитик. – Например из генпрокуратуры или СКР? Тогда без силового вмешательства будет не обойтись…

– Пускай запускают, ничего они не смогут найти, – контрразведчик позволил себе улыбнуться.

– Ну а если президент завтра отправит в отставку Анатолия Афанасьевича? – не унимался аналитик.

– Тогда и покажем зубы, – внезапно сказал ГРУшник. – Согласен с коллегой из контрразведки. Допускать ухода технологий за рубеж нельзя. Вплоть до физической ликвидации возможных предателей. И без разницы какую должность они занимают и кто их туда поставил. С другой стороны… Не годится самим начинать гражданскую войну, но если аналитики допускают ее возможность, более того, неизбежность, то к ней необходимо быть готовым и постараться выйти из ситуации с минимальными потерями.

– У меня есть один вопрос, – подал голос молчавший до этого генерал-полковник. – Что требуется от нас в обмен на предоставляемые возможности? Это уже известно?

– Силовая поддержка в местных разборках глобального масштаба, – ответил начальник генштаба. – По нашим меркам – ерунда, обеспечить подобную поддержку вполне смогут даже частники.