Восемь - Нэвилл Кэтрин - Страница 152

Она со щелчком повесила трубку. Я подождала другого сообщения, но больше ничего не было, и я убрала телефон.

— Нам надо ехать, — сказала я Ниму и Соларину, которые стояли рядом, сильно встревоженные. — Все объясню по дороге.

— А как же Гарри? — спросил Ним, когда я сунула непрочитанное письмо от Минни в карман и принялась собирать фигуры.

— Я позвоню ему и предложу встретиться на Плаза, — сказала я. — Заводи машину, Лили нашла еще несколько фигур.

Все было как всегда: слалом на дороге и лавирование в транспортном потоке Манхэттена. В конце концов зеленый «морган» Нима остановился у Плаза, спугнув голубей, которые сидели у нас на пути. Я пробежала внутрь и осмотрела Палм-Корт, Лили нигде не было. Гарри сказал, что будет ждать нас, но никого не было видно, я заглянула даже в дамскую комнату.

Я выбежала на улицу, махнула рукой и вскочила в машину.

— Что-то случилось, — сказала я Ниму и Соларину. — Единственное объяснение — это что Гарри не стал ждать, когда понял, что Лили здесь нет.

— Или увидел здесь кого-то другого, — пробормотал Ним. — Кто-то заходил в квартиру, и ей пришлось бежать. Те, кто пришел, должно быть, увидели, что она нашла фигуры, и могли выследить ее. Тогда они наверняка приготовили для Гарри теплый прием…— От досады он заставил мотор злобно взреветь. — Куда они отправятся сначала — к Мордехаю за остальными девятью фигурами? Или домой к Рэдам?

— Поехали к ним домой, — решила я. — Это ближе. Кроме того, из нашего разговора с Гарри я поняла, что и сама смогу приготовить теплый прием.

Ним удивленно посмотрел на меня.

— Камиль Кадыр в городе! — сказала я. Соларин взволнованно сжал мне руку.

Мы все понимали, что это означает. У Мордехая — девять фигур, у меня в сумке — восемь, шесть Лили видела в гостиной у Гарри. Этого достаточно для того, чтобы контролировать Игру, а возможно, и для того, чтобы расшифровать формулу. Кто выиграет этот раунд, тот выиграет всю Игру.

Ним остановился перед домом, перескочил через борт машины и бросил ключи совершенно остолбеневшему швейцару. Не говоря ни слова, мы втроем ринулись внутрь. Я нажала кнопку лифта. Швейцар забежал за нами.

— Мистер Рэд уже пришел? — бросила я через плечо, когда двери открылись.

Привратник удивленно посмотрел на меня, но кивнул.

— Около десяти минут назад, — произнес он, — вместе со свояком.

Вот оно как…

Мы вскочили в лифт, прежде чем он сказал еще что-нибудь, и собирались ехать наверх, когда я краем глаза кое-что заметила. Я быстро вставила ладонь между дверей, и лифт снова открылся. Внутрь ворвался маленький пушистый комок. Когда я наклонилась, чтобы поднять его на руки, то увидела, что через холл быстрым шагом идет Лили. Я схватила ее и втащила в лифт. Двери закрылись, и кабина поехала.

— Они тебя не схватили! — воскликнула я.

— Нет, но они забрали Гарри, — ответила она. — Я побоялась оставаться в Палм-Корт и отправилась на улицу вместе с Кариокой, чтобы подождать его у сквера через дорогу. А Гарри, как последний идиот, оставил свою машину у дома и отправился пешком отыскивать меня. Его они и выследили, а не меня. Я увидела, как по пятам за ним идут Германолд и Ллуэллин. Они шли мне навстречу, но не узнали меня и протопали мимо как ни в чем не бывало! Я засунула Кариоку в сумку вместе с двумя новыми фигурами. Они здесь.

Она стала рыться в своей сумке. Господи, все наше вооружение было при нас!

— Я отправилась следом за отцом и этой парочкой сюда, но остановилась на другой стороне улицы, потому что не знала, что делать, когда они зашли в дом. Ллуэллин все время держался рядом с Гарри — может быть, у него пистолет.

Двери бесшумно раздвинулись, и мы вышли в холл, причем Кариока был первым. Лили доставала ключи, когда дверь отворилась. На пороге стояла Бланш в блестящем платье для коктейлей, со своей обычной холодной улыбкой. В руке у нее был бокал шампанского.

— Итак, вот мы все и собрались, — промурлыкала она, подставляя мне для поцелуя фарфоровую щеку.

Я сделала вид, что не заметила, тогда Бланш повернулась к Лили.

— Возьми собаку и отнеси ее в кабинет, — ледяным тоном приказала она. — Думаю, на сегодня с нас достаточно приключений.

— Минутку, — произнесла я, когда Лили наклонилась, чтобы взять на руки пса. — Мы здесь не для того, чтобы пить коктейли. Что вы сделали с Гарри?

Я протиснулась мимо Бланш в квартиру, которую не видела целых полгода. Она не изменилась, но теперь я смотрела на нее другими глазами — мраморный пол в фойе был выложен в черно-белую клетку. Конец Игры, подумала я.

— С ним все нормально, — сказала Бланш, идя вслед за мной по широким ступеням, которые вели в гостиную.

Соларин, Ним и Лили наступали ей на пятки.

В дальнем углу гостиной Ллуэллин стоял на коленях перед красным лакированным комодом, извлекая оставшиеся там фигуры. Их было четыре. Рядом с ним на полу валялись обломки дерева. Услышав мои шаги, он поднял глаза.

— Привет, моя дорогая, — сказал Ллуэллин и встал с колен, чтобы поприветствовать меня. — Я жажду услышать, что ты забрала фигуры, о которых я просил тебя. Но ты играешь в эту Игру не по правилам. Я так понимаю, что ты переметнулась. Жаль. Ты мне всегда нравилась.

— Я никогда не была на вашей стороне Ллуэллин, — произнесла я с отвращением. — Я хочу увидеть Гарри. Вы не уйдете, пока я не сделаю это. Я знаю, что здесь Германолд, но нас все равно больше.

— Вовсе нет, — произнесла Бланш, наливая себе еще шампанского.

Она покосилась на Лили, которая сверлила ее взглядом, держа Кариоку на руках. Затем Бланш подошла ко мне и посмотрела на меня холодными голубыми глазами.

— В задних комнатах есть несколько наших друзей: мистер Бродский из КГБ, который фактически работает на меня; Шариф, которого по моей просьбе прислал Эль-Марад. Они очень долго ожидали вашего прибытия из Алжира, следили за домом круглые сутки. Вы избрали такой романтичный маршрут!

Мы с Солариным и Нимом переглянулись. Что ж, чего-то подобного следовало ожидать.

— Что вы сделали с моим отцом? — заорала Лили, грозно надвигаясь на Бланш.

Кариока рычал на Ллуэллина из своего убежища у нее на руках.

— Он связан в задней комнате, — сказала Бланш, поигрывая жемчужными бусами. — Он жив и здоров и таким и останется, если ты будешь вести себя благоразумно. Я хочу эти фигуры. Довольно жестокости. Уверена, мы все устали от этого. Ничего ни с кем не произойдет, если вы отдадите мне фигуры.

Ллуэллин достал из-под пиджака пистолет.

— А по мне, жестокости недостаточно, — ледяным тоном проговорил он. — Почему бы тебе не отпустить это мелкую тварь, чтобы я наконец смог сделать то, о чем всегда мечтал?

Лили в ужасе уставилась на него. Я положила руку ей на плечо, посмотрела на Нима и Соларина, которые отступали к стенам, готовясь к нападению. Больше тянуть время не имело смысла: все мои фигуры были расставлены там, где нужно.

— Похоже, вы не слишком внимательно следили за игрой, — сказала я Бланш:. — У меня девятнадцать фигур. С теми четырьмя, которые вы отдадите мне, станет двадцать три. Этого достаточно, чтобы разгадать формулу и выиграть.

Краем глаза я заметила, как Ним улыбнулся и кивнул мне. Бланш изумленно вытаращилась на меня.

— Ты, должно быть, свихнулась, — грубо сказала она. — Брат держит тебя на мушке. Мой возлюбленный супруг — черный король — находится в дальней комнате под охраной трех мужчин. Цель игры — убить короля.

— Не этой Игры, — сказала я и направилась к бару, рядом с которым стоял Соларин. — Вы еще можете выйти из Игры. Вы не знаете позиций, ходов, даже игроков. Вы не единственная, кто внедрил пешку вроде Сола в ваш собственный дом. Не у вас одной есть союзники в России и в Алжире…

Я остановилась на ступеньках, взялась за бутылку с шампанским и улыбнулась Бланш. Ее и без того бледная кожа стала белее снега. Пистолет Ллуэллина был направлен на меня, но я надеялась, что он не нажмет на спусковой крючок, пока не услышит все. Соларин схватил меня под локоть.