Собрание сочинений в одном томе - Высоцкий Владимир Семенович - Страница 170

— Да! Да! Конечно! Кое-что понимаю. — Лена вышла на кухню.

— Ты, может, правда хочешь выпить? Я сбегаю, — предложил Алексей.

— Да ты что! А я что буду делать?

— А ты поговоришь с Леной! Хочешь?

— Не надо никуда ходить, Алеша! Попьем кофе.

— Как вам варить кофе, Николай, как вы любите? — спросила из кухни Лена. — И тебе, Алеша?

— Мне — турецкий! — крикнул Алексей.

— А мне — покрепче, — тоже громко сказал Николай.

— Сколько ложек на стакан?

— Да я не знаю… Ну ладно, разрешите — я сам. — Николай поднялся и прошел на кухню.

— Ты не знаешь, какой я люблю кофе? — спросил он шепотом.

— Я забыла, — тихо ответила Лена.

— Завтра в восемь приезжай в «Чайку». Будет окончательный разговор. Теперь он нужен! Правда?

— Хорошо, — просто ответила она.

— Я надеюсь, ты уже не скажешь «не знаю»! — Он еще острил… — Ну вот, теперь достаточно, — громко сказал Николай, всыпав в кофейник почти полпачки; тихо добавил: — До завтра! — и вышел.

Алексей рассматривал какую-то нерусскую книгу.

Когда вошла Лена, он спросил:

— Что это?

— Это и есть «Могила для благих намерений».

— Та самая? — почему-то обрадовался Алексей и с уважением посмотрел на переплет. — Как дела с ней?

— Все так же.

Николай ревниво взглянул на обоих: он ничего не слышал об этой «Могиле».

Включили телевизор, потому что все время возникали какие-то паузы, а телевизор — он их заполняет. Пили кофе. Николай вперился в экран и внимательно смотрел «Спокойной ночи, малыши», а Алексей тихо рассказывал Лене:

— Нет, Лена, ты знаешь, он действительно золотой парень; чуть угрюмый, но это уж… Я его знаю ну… несколько дней. Познакомились в кабинете у начальства и обнаружили общность взглядов. Правда, это уже потом, в «Якоре». Вот когда я тебе звонил. А <сегодня> был эксперимент. Он сделал изумительный скафандр…

— А ты? — спросила Лена. — Что ты сделал?

— Я? Ничего. Я просто напялил эту штуку и сидел в ящике.

— Алеша! Почему ты так мало говоришь серьезно? Это иногда утомляет!

— Я могу, — с готовностью сказал Алексей. — Прямо сейчас!

Лена снова улыбнулась, как всегда с ним.

— Ладно, — сказала она, — сейчас не надо. И вот еще. Давай больше без «супризов»!

— Почему? Он тебе не понравился? — серьезно спросил он.

— Он мне нравится. — Лена подумала. — Нравится, но… в доме ничего нет…

— Ты что-то другое хотела сказать.

— Нет, нет!

— Хорошо! Супризы отменяются.

— Вы извините, — прервал их Николай, — я пойду. У меня… — Он так и не сказал, что у него, и стал собираться.

— Погоди, Коля! Почему так быстро?

— Пойду, — повторил Николай, ни на кого не глядя.

— Правда, побудьте еще, отдохните. У вас ведь сегодня трудный день! — сказала Лена.

— Да! Очень! И я пойду!

— Тогда я с тобой, — сказал Алексей.

— Как хочешь…

— Что значит «как хочешь»? Ты сегодня какой-то странный. Я с тобой. — Алексей тоже встал.

Они попрощались за руку, и Лена сказала:

— Звоните!

Николай промолчал, а Алексей сказал:

— Конечно! Ты отдохни! Привет дочке Катрин! И познакомь! Она где?

— У мамы. Ладно! До завтра, — сказала Лена неизвестно кому.

Они вышли из подъезда. Было тепло и сумеречно. Перед домом еще бегали ребятишки, загоняемые домой криками охрипших родителей из окон.

— Ну, как она тебе? — спросил Алексей. — Скажи, Коля?

— Понравилась, — мрачно ответил тот. — Слушай, Леха! Ты знаешь…

Он вдруг остановился, Алексей тоже.

— Да, ладно! — махнул рукой Николай.

— Что? Что? Ты говори!

— Да нет. Передумал. Очень, Леха, ты — мой человек.

— Как это?

— Ну, мне легко с тобой… Обо всем. А сейчас трудно.

— Да я понимаю.

— Ни хрена ты не понимаешь! — Николай что-то стряхнул с себя, как будто какой-то груз. — Знаешь что, приходи завтра в «Чайку». Это только недавно открыли такой ресторан.

— Я знаю, — сказал Алексей.

— Ну вот. Завтра в восемь. Будет разговор. И будет моя Елена.

— Хорошо! Обязательно приду. Только зря ты не сказал раньше. Я бы пригласил Ленку.

— Ты позвони, — усмехнулся Николай и закурил.

— Сейчас. — Алексей побежал к автомату и почти сразу вышел.

— Ну что?

— Сказала — не может… Я только начал, говорю: «Новый ресторан открылся…», а она: «Я, Леша, завтра не могу!» Она вообще сегодня была не в себе, но все равно она — замечательная! Правда?

— Правда, — согласился Николай.

— Я тогда завтра тоже не пойду, Коля.

— Нет-нет, — вдруг испугался Николай, — обязательно! Без тебя нельзя!

Алексей внимательно посмотрел на него и очень серьезно сказал:

— Хорошо, я приду… Обязательно.

Они вошли в метро.

Лена в комнате убрала чашки, потом машинально прошла вдоль полок и провела пальцем по корешкам книг, потом зачем-то вышла на лестничную площадку, потом обратно, подошла к столу, взяла фотографию дочки и улыбнулась. <3атем — > к окну, потыкала пальцем в клавиши машинки, подошла к телефону, сняла и снова повесила трубку.

Все это время по телевизору был музыкальный антракт. На экране было изображение Ленинградского проспекта и играла очень веселая музыка. Лена выключила телевизор, и вдруг раздался звонок…

— Да! Я знала, что ты вернешься.

Николай стоял в дверях и не входил.

Потом он сказал:

— Ты считаешь, что я вел себя глупо?

— Нет, напротив, ты вел себя достойно!

— Наверное, нужно было все сказать, устроить скандал? Считается, что это действует на женщин. Эдакая решительность! — спросил он.

— Действует, — ответила Лена.

— Значит, все-таки нужно было?

— Не знаю!

— Ты пойми, это мой друг, это великолепный парень. Я не смог. Он сегодня жизнью рисковал. Фактически для меня. Теперь тебе понятно? — Николай закурил и глубоко затянулся.

— Я знаю, он поступил бы так же, — ответила Лена.

— Я уверен.

— Ты не зайдешь?

— Нет! Смешно! Я первый раз попал к тебе — и сразу в такую ситуацию! — Николай усмехнулся.

— Так получилось. Я ведь недавно разъехалась. И только устроилась. А там ведь ты бывал!

На их этаже остановился лифт, но из него никто не выходил, только раздавались какие-то звуки. Оба удивленно взглянули в сторону дверцы.

— Подожди, Серега, дай выйти, — раздался оттуда девичий голос.

Потом дверца все-таки раскрылась, и из нее вышли Серега и девушка, совсем молодые. Они целовались даже выходя и продолжали, двигаясь в сторону Николая и Лены. Потом увидели их, сказали: «Извините», при этом ни капли не смутившись; она отперла дверь соседней квартиры, потом дверь захлопнулась за ними и из-за нее донеслось:

— Ну! Дай же раздеться, Серега.

— Молодожены! — сказала Лена не улыбаясь. — Поверь, Николай, я не виновата в сегодняшней ситуации. То есть…

Николай не дал ей договорить.

— Ты так считаешь? — насмешливо спросил он. — Ладно, до завтра. В восемь — не забудь!

— Поговорить можно и сегодня, зайди, — предложила она.

— Это было бы уже слишком на сегодня. — Николай затоптал сигарету и ушел.

А Лена не закрыла дверь, а так и стояла, и ей слышно было, как от соседей доносится смех, потом заиграла музыка. Она немного послушала и захлопнула наконец дверь.

В ресторане «Чайка», вновь открытом и потому похожем на коробку из бетона и стекла, к нашим друзьям сразу ринулся швейцар. Николай поздоровался с ним, — он, вероятно, бывал здесь часто, несмотря на то, что ресторан открыли недавно. Сравнительно недавно. Они сняли плащи, поднялись наверх, и к ним, в свою очередь, разбежался метрдотель и усадил их за очень удобный столик в углу.

Мебель была выполнена в стиле модерн, поэтому скатертей не было. Столы были из пластика.

Они сели, подскочил официант, тоже поздоровался, но Николай бросил:

— Потом!.. Тебе здесь нравится, Лех? — спросил он.