Дверь № 3 - О'Лири Патрик - Страница 74

Полковник снова вздохнул.

– Кстати, где сейчас Сол Лоуи?

– Да не знаю я!

Мой собеседник начал терять терпение. Вынул сигарету у меня изо рта и ткнул ее в пепельницу рядом с телефоном.

– Послушайте, Джон… Вы же не хотите, чтобы ваш брат провел остаток своих дней в тюрьме за убийство правительственного агента. Что будет с его женой, детьми, вы подумали? – Он тяжело засопел, это было похоже на скрип наждачной бумаги. – Если захотим, можем и вас засадить за убийство или за угрозу национальной безопасности. Или же просто сообщим нашим друзьям, где вы находитесь. Какой смысл жертвовать собой ради какого-то Сола Лоуи? Кто он такой, в конце концов? Свихнувшийся спекулянт из Нью-Джерси, тьфу! Разве вы не патриот? Или слишком образованны для этого? Впрочем, понимаю, вы же пацифист… За свою страну вы умирать не собираетесь.

Он замолчал, пристально глядя на меня. Еще немного – и позовет своих горилл…

– Вы правы, я не слишком высокого мнения о тех, кто работает на правительство, – поспешно заговорил я. – Большинство из них пошли туда только потому, что не способны ни на что другое…

– У меня интеллектуальный коэффициент сто сорок два, – вставил он.

– Вы помните много фактов и много секретов, – не унимался я, – но на самом деле ни черта не понимаете! Как же иначе, если вы готовы уничтожить весь мир, лишь бы получить вашу хваленую «систему безопасности»! Только я вам задам один вопрос… Что, если наши «союзники» – вовсе не союзники? Что, если они нас просто надувают, и им нужна не наша безопасность, а наша погибель? «Бойтесь троянцев, дары приносящих…»

– Данайцев! – поправил он с ехидной улыбкой. – Дары приносили данайцы, док!

– Вы сделали одну большую ошибку, Питер… – Я помолчал, стараясь выиграть еще хоть минуту времени, молясь в душе, чтобы Сол все-таки появился. – Вам не следовало оставаться со мной наедине!

Толстяк напрягся, не сразу осознав, что ему угрожают. Потом расхохотался, хлопая себя по коленям.

– Многовато триллеров смотрите, док! Многовато! Где же он? – хотелось мне крикнуть. Где? Неужели помощь так и не придет?

Отсмеявшись, толстяк погрозил мне толстым пальцем.

– Не советую вам блефовать, док… – Он снова принялся щелкать суставами. – Ах да, совсем забыл: так вас зовут только пациенты. Кстати, по какой специальности у вас докторская степень?

– По самообороне, – ответил я.

Только слова эти исходили не из моего рта, а почему-то из-за спины пузатого чудовища, сидевшего у меня на кровати. Звук удара, хруст проломленного черепа… голова полковника откинулась назад, и он тяжело сполз на пол.

Передо мной стоял человек, держа в руке тяжелую настольную лампу как дубинку. Человек улыбался. Это был я… только вроде бы старше и облепленный с ног до головы клейкой зеленой массой.

– Привет, Джон! – сказал он… я. Я оцепенел.

Он поставил лампу на место и стал вышагивать взад-вперед по комнате, поглядывая на меня.

– Не знаю, что будет с пространственно-временным континуумом… ну и хрен с ним! За дверью двое, я выскочу первым, они побегут за мной. Потом ты – в другую сторону. Сол ждет на подземной стоянке. Спускайся по лестнице в конце коридора, в лифт не садись! Понял? – Я тупо кивнул. Он продолжал: – Мы с тобой молодцы. Этот тип убил много людей… Закрой рот, у тебя глупый вид. – У двери он обернулся. – Не волнуйся, все получится! Не налети на Хуана. До встречи!

С этими словами он распахнул дверь и, проскочив между часовыми, кинулся со всех ног по коридору, выкрикивая что-то нецензурное. Часовые бросились за ним, вызывая по рации подмогу.

Глубоко дыша, я досчитал до десяти, потом выскочил тоже, по пути сбив с ног коридорного-латиноамериканца с подносом, полным еды. На пластиковой карточке, приколотой у него на груди, было написано «Хуан». Сопровождаемый потоком испанской ругани, я благополучно добежал до лестницы и помчался вниз через две ступеньки.

Сол ждал внизу в своем «линкольне», как и было обещано. Через минуту мы уже ехали по Мичиган-авеню. Начинался дождь. Спустя милю я вдруг спохватился и пересел за руль: при скромных габаритах Сола поменяться местами не составило труда.

– Куда теперь? – спросил я.

– В земной рай! – ответил он и затянул песню: – Калифорния, родной причал… Назад, к началу начал…

Я подхватил, но хора не получилось: еще до припева мой спутник снова исчез. Оно и к лучшему, все равно всех слов я не знал.