Аромат магии. Ветер в камне. Дилогия - Нортон Андрэ - Страница 108

Фалиса приближалась медленно, а дети, пугливо сбившись в кучу, бессознательно желая почувствовать поддержку себе подобных, не сводили с нее глаз.

Фалиса давно привыкла к веселому нраву Сасси и других лесных детенышей; ужас детей долины подействовал на нее, как пощечина. Без помощи дыхания жизни ей бы ни за что не удалось собрать и успокоить несчастных.

Однако в голосе Ветра зазвучали тревожные нотки — его силы быстро иссякали. Девушка и лесная малышка вели к лесу полудюжину худеньких ребятишек, как в былые времена давно исчезнувшие из долины пастушьи собаки искусно гоняли отары овец.

Голодные заморыши пятились от новых непонятных хозяев к опушке леса. Там, среди первых деревьев, их встретили Ханса и еще трое лесных детей.

Фогар внимательно слушал наставления Эразма, который указывал на большой квадрат пергамента, способный вместить карту дальних земель.

— Камни, которые ты чувствуешь… — маг задумчиво посмотрел на ученика, желая увидеть его реакцию, — надо разместить на расстоянии двух ладоней вдоль этой линии. Сделаешь все сам и не вздумай медлить. Скоро принесут новые камни, ведь этих… — маг взглянул на кучу, которую набрал Фогар, — вряд ли хватит на внутреннюю сторону. А теперь — живо за работу!

Несмотря на свое напутствие, Эразм не уехал, а долго сидел в седле, глядя, как Фогар, подавляя отвращение, устанавливает сначала первый, а потом и второй камень. Результат походил на начало мощеной дорожки. Рисунок колдуна был довольно прост: каменные диски следовало разместить по спирали, несколько раз закручивающейся внутрь и раскручивающейся обратно по мере приближения к определенной точке.

Крестьяне, с самой зари копавшиеся в земле на холме у стен башни, затаились, как будто Фогар собрался демонстрировать страшные заклинания.

Однако гоббы, пригнавшие сюда работников и теперь рыскавшие поодаль, отнюдь не радовались предстоящему зрелищу. Фогару были достаточно знакомы повадки демонов, чтобы понять: они волновались. Гоббы сбились в группу, переводя взгляд то на хозяина, то на его подмастерье. Однако если чудовища и осуждали манипуляции мага, вслух никто этого не выразил.

Фогар работал крайне аккуратно и сосредоточенно. Дабы убедиться, что каждый камень занял свое место, подмастерье отмерял расстояние палкой и острым концом намечал ямку, где должен лечь следующий диск. Тело юноши работало, как отлаженный механизм, но сознание наполняла тревога. В обрывочных снах он уже предвидел то, чем сейчас занимался. В тех же снах содержались, видимо, и ответы на вопросы, которые крутились у Фогара в голове. Поиски ответов напоминали блуждание по длинному коридору со множеством дверей. Все двери были закрыты и похожи одна на другую как две капли воды, но среди них требовалось найти единственно верную.

Решив, что его недалекому ученику по силам поставленная задача, колдун повернулся к гоббам и отдал несколько приказов на их грубом языке. Чудовища нехотя растянулись в цепь, отгородив рабов. Со стрекотом, явно состоявшим из одних ругательств, они пинками подняли людей на ноги, погнали к вспаханному холму, взмахнули плетьми и вернули земледельцев к работе.

Убедившись, что все поручения выполняются, Эразм отвернулся от насыпи. К удивлению Фогара, повелитель Тьмы поехал не к башне, а на восток — к лесу. Еще несколько дней назад юноша узнал, что в той стороне у колдуна есть еще одно дело, требовавшее рабочих, за которыми приглядывали демоны. Причем туда послали самых молодых и хилых рабов.

Юноша сгорал от любопытства, но повелитель, несомненно, вернется тем же путем, каким ушел, а потому стоило сосредоточиться на задании и не глазеть по сторонам.

Гадкое чувство, порождаемое камнями, мешало работать. Фогару чудилось, будто он сбрасывает гниющие трупы в общую могилу. Маг явно не сомневался в своей власти над Фогаром, так, может, пришло время опробовать нечто — инструмент?. , оружие? — оказавшееся в его руках?

Огонек волнения — почти такой же яркий, как вспышка энергии, сообщившая ему о двух заряженных Светом камнях, — разгорался в юноше с каждой мыслью о камнях. Похоже, он был на верном пути.

Внезапно четыре гобба, оставленные за ним присматривать, развернулись и рысцой побежали в том же направлении, куда уехал повелитель.

Долина вовсе не была ровной: между башней и заваленным перевалом располагалось несколько округлых холмов. Они не загораживали лес, однако скрывали дорогу, идущую у их основания. Фогар прервал работу и выпрямился, отирая руки об одежду, — вот бы избавиться от гадкого ощущения, оставляемого камнями!.. А хозяин решит, что он всего лишь разминает затекшую спину.

Вдруг воздух пронзил дикий крик, и оставшиеся гоббы рванули на зов — то ли яростный приказ, то ли крик о помощи. В тот же миг Фогар почувствовал легкое прикосновение к вспотевшему лбу. Недостаточное, чтобы дрогнул хоть один из прилипших ко лбу волосков, и мгновенно пропавшее. Однако юноша понял: где-то родилась магия, и самая длинная нить силы нашла его. Предупреждение? Вряд ли, скорее призыв быть начеку.

Фогар установил уже большую часть спирали, задействовав только наполненные злом камни. Рабы несли с холма утреннюю порцию дисков, однако ни одна корзина не была наполнена доверху, а в некоторых вообще лежало по одному камню.

Как и в самом начале работы, Фогар принялся сортировать каменные диски. Три были запятнаны Тьмой, один же переливался отблесками Света, от которых у юноши по спине пробежали мурашки. Он осторожно отложил диск в сторону.

Две грязные кухарки притащили дымящийся котел, с трудом его поставили, а рядом бросили корзину с засохшим хлебом. Фогара, видимо, сочли достойным более подобающей пищи, поэтому ему отдельно подали засаленную миску с тушеным мясом и кусочек почти не черствого хлеба, с которыми он и уселся у почти законченной спирали. Обычно кухарки не обращали на него внимания, однако сегодня он поймал на себе настороженный взгляд из-под полуприкрытых ресниц. Взгляд был не таким пронзительным и всевидящим, как у той девушки из Фирта, но все же и не таким пустым, как обычно у рабов.

Та девушка… Собирая остатки соуса на хлебную корку, Фогар думал о ней. Вне всякого сомнения, она сидит в темнице. Кормят ли ее? Впрочем, раз Эразм удосужился заточить ее в башню, значит, тюремщики не дадут пленнице умереть раньше срока.

Фогар вернулся к строительству, если можно так назвать странные манипуляции с камнями. И вдруг очередное сопоставление спирали с рисунком колдуна распахнуло в сознании одну из запертых дверей. Он строит… дорогу! Юноша понял, что, когда дорога будет достроена, повелитель Тьмы добавит последний элемент, создаст собственные врата и напитает их магией.

Как предотвратить воплощение столь ужасного плана?

Вдали показался Эразм, чуть поодаль за ним плелись гоббы. По какой-то причине чудовища не хотели приближаться к хозяину.

Их тихое бормотание казалось возбужденным, и, судя по суровому выражению лица Эразма, произошло нечто плохое. Отряд зла возвращался оттуда, куда утром ушли порабощенные дети и гоббы-надзиратели, однако среди вернувшихся детей не наблюдалось. Преодолевая тошноту, Фогар заставил себя вглядеться в когти и клыки демонов. К счастью, следов крови там он не заметил. И все же дети пропали, а пересчитав гоббов, Фогар не нашел и надзирателя.

Поравнявшись со спиралью, маг резко осадил лошадь. При взгляде на каменный путь его лоб разгладился. Впрочем, Эразм тут же нахмурился снова: в самом конце каменной дорожки не хватало трех камней.

— Закончить! — скомандовал он. — Чтобы к закату все было готово. Тьма любит ночь, однако ночь может таить угрозу для работника, а я не хочу, чтобы ты попал в беду… пока. За работу!

С этими словами колдун поскакал прочь. Гоббы остались у ворот башни, некоторые вымещали свою злобу — а может, и страх, — пинками загоняя людей в бараки.

Фогар вернулся к работе в том же темпе, какого придерживался и раньше. Не хватало всего трех камней, но юноша уже понимал, что делает. С едва различимой улыбкой он осторожно установил в последние лунки камни, отмеченные Светом.