Бродяга - Одом Мэл - Страница 51

12. МЫС ПОВЕШЕННОГО ЭЛЬФА

— А как повешенного эльфа повесили? — спросил Вик, не отводя глаз от странного зрелища. Он чуть снова не упал, когда сзади его резко подтолкнул гоблин.

— Шевелитесь, — сказал гоблин, — а то мы вас сбросим с выступа, и придется вам снова лезть наверх.

Вик шел мелкими шагами, отчего цепи у него на ногах звенели о каменный пол. Мимо прошагал гоблин с фонарем, явно торопясь помучить кого-то.

— Не знаю, — признался Харран. — Я слышал, Орфо Кадар привез его с собой, когда приехал сюда сорок лет назад. До этого здесь были развалины, в которых жило несколько гоблинов.

— Эльф уже тогда был повешен? — спросил Вик.

— Да.

Гоблины снова погнали их по ступенькам. Теперь рабы шли медленнее, и Вик догнал шедшего впереди старика, чтобы помочь ему.

— Спасибо, добрый человек, — прошептал старик, кашляя. — Если бы гоблины знали, что мне не взобраться по этим ступеням, они бы меня сбросили в гавань, акулам.

Вик пришел в ужас от этой мысли. Старик озадаченно посмотрел на него.

— Ты ведь не отсюда?

— Нет, сэр. Я из Блюдца Орсина.

Старик кивнул и сильнее навалился на Вика.

— Я слышал об этом месте. Там делают отличные бутылки. — Он снова закашлялся, и Вик еле удержался на ногах, помогая ему подняться на следующую ступеньку. — Я сам делаю вино из ягод разалистин.

Вино из ягод разалистин! Ох, выпить бы сейчас стаканчик и заесть бутербродом с сыром и огурцом! Язык Вика распух от жажды. А лучше всего было бы, если бы рядом был Найгал, уборщик в Хранилище и его ближайший друг, и с ним можно было бы обсудить хорошую книгу. Вик быстро отбросил эти мысли, потому что они ранили сердце больнее, чем он ожидал.

— Я люблю вино из ягод разалистин.

— Конечно любишь, — сказал старик. — Кто может устоять перед таким прекрасным вином? А мне часто говорили, что у меня оно получается лучше всех. Я винный мастер Миннигер. — Он глянул на Вика. — Гоблины, конечно, таких вещей не ценят. Они свиньи и выпьют любую бурду, которую им подадут.

Вик согласно кивнул, беспокоясь, что проходящий мимо гоблин услышит слова старика и решит его наказать. Старик вряд ли вынес бы новые побои.

— Ты, должно быть, редко выбирался из Блюдца Орсина, если не знаешь, как жестоки гоблины, — продолжил старик.

— Мне про них рассказывали, — признался Вик, — но впервые я увидел гоблина десять дней назад. — По крайней мере, если учитывать только живых гоблинов.

— Ты и про повешенного эльфа не слышал? — спросил Миннигер.

— Нет, — ответил Вик.

— Дома в Куррельбурге, — сказал старик, — у меня таверна, в которой заправляют моя жена и три внучки. — Он глянул на Вика. — Ты слыхал про Куррельбург?

Вик кивнул.

— Он к северу от Перекрестка Лоттара. — Это был один из семи старых шахтерских городов, но полезные ископаемые там давно иссякли.

— Ты там когда-нибудь был?

— Нет.

— Жаль, — сказал старик. — Город красивый и исторический. В других-то местах сейчас все уничтожают и заменяют.

Вик осмотрел первую из трех рыночных площадей, под самим Мысом Повешенного Эльфа. На камнях стояли палатки, гнездившиеся между более основательными деревянными и каменными строениями. Гоблины и двеллеры уже раскладывали товары. Свежие овощи пахли так аппетитно… В клетках и стойлах у прилавков блеяли овцы, кудахтали куры, крякали утки и хрюкали свиньи.

Команда «Дурного Ветра» держала своих пленников подальше от небольших групп, уже начавших привычную торговлю. Утреннее небо посветлело, и восходящее солнце окрасило розовым камни под ногами. У одной из шести лебедок на втором рыночном уровне работала группа двеллеров в рабских ошейниках. Они крутили огромное колесо и опускали клетку с четырьмя свиньями, которые толкались в боковые сетки.

— Однажды вечером я сидел в таверне, и вдруг туда вошел старый человек, — продолжал Миннигер. — Ясно было, что он давно в дороге и долго не отдыхал. Он был в бегах и не знал точно, насколько отстали его преследователи…

Двеллеры в рабских ошейниках открыли клетку и с помощью железных прутьев стали выгонять свиней наружу. Животные явно пребывали в дурном настроении и не желали выходить из клетки. Одно из них внезапно развернулось и укусило двеллера, пытавшегося выгнать свиней. Двеллер упал и закричал от боли, а по его раненой руке потекла кровь. Стоявшие рядом гоблины захохотали, а остальные двеллеры с трудом отогнали свиней от их жертвы.

Жизнь здесь недорого стоит, в ужасе подумал Вик. Потом поворот к очередной каменной лестнице скрыл от него жестокую сцену.

— Из любопытства я заговорил со стариком, — продолжал тем временем Миннигер, — и поставил ему пару стаканов вина за счет заведения. Я не ожидал, что он разговорится, но одиночество явно преодолело страх. Кроме того, как я уже сказал, у меня отлично получается вино из ягоды разалистин. Возможно, это тоже оказало свое действие.

Вик помог старику подняться на следующий пролет. От этого усилия он ощутил слабость и головокружение.

— Мы поговорили, и он рассказал мне о повешенном эльфе, — продолжил Миннигер, слегка задыхаясь. Он полностью сосредотачивался на каждой ступеньке, передвигаясь к следующей только после того, как завоюет предыдущую.

— А как его звали? — Вик не мог удержаться и не расспросить о подробностях. Его работа в Хранилище Всех Известных Знаний требовала умения собрать все детали.

— Он мне не сказал, — ответил Миннигер, — а у меня хватило ума не спрашивать, если ты понимаешь, что я имею в виду. Через Перекресток Лоттара иногда проходят люди, за которыми тянутся проблемы. И он тоже был такой, только он, по-моему, был еще и маг.

— Почему ты так думаешь? — спросил Харран. Он держался рядом с ними с тех пор, как они повернули на очередную лестницу. Харран подошел к старику с другой стороны и помог Вику его поддерживать.

— Ты когда-нибудь разговаривал с магом?

Вик молчал, боясь сказать лишнее, — стекольщик из Блюдца Орсина не мог знать того, что знал библиотекарь.

— Нет, — ответил Харран.

— По ним сразу можно все понять. Они по-другому думают. И они на тебя смотрят, будто ты ничего не значишь.