Граница смерти - Одом Мэл - Страница 80

– Ты слишком рискуешь, Трэвен, – прохрипел Куортерс, – когда требуешь слишком многого. Ты слишком жаден. Если я нажму сейчас спусковой крючок, тебе никогда не удастся доказать причастность Нагамучи к поставкам наркотиков. Я не сомневаюсь, что больше всего тебе хочется рассчитаться с ними.

Оглушительные взрывы потрясли стены склада.

– Мик, – услышал Трэвен голос Ковальски у себя в голове.

– Слушаю.

– Я держу на мушке еще двух охранников. Оба парни Куортерса.

– Ты сможешь убить их?

– Пожалуй, только ты обязательно пригнись, когда начнется стрельба.

– Ты не сможешь сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы, – произнес Куортерс. – Тебе не под силу заполучить и меня, и корпорацию Нагамучи, Трэвен. Ну хорошо, согласен – я отдаю тебе этого кретина и сам позабочусь о своей безопасности. В конце концов, они и меня обвели вокруг пальца. Стоило чему-то случиться, и меня предали бы тоже. Ну, как ты считаешь?

– Я придерживаюсь такой же точки зрения, – пожал плечами Трэвен и опустил автомат, держа его теперь за ствол левой рукой.

– Тогда делай выбор, черт побери. Я не собираюсь ждать, когда здесь появится вся полиция Далласа.

Яркая вспышка оранжевого пламени над головой осветила склад. Горящий вертолет рухнул на крышу, разбил слуховое окно и осыпал их осколками.

Трэвен почувствовал порезы на лице, сунул руку в карман плаща за пистолетом, выхватил его, направил на Куортерса, и в тот же момент тот наклонился вперед через плечо японца и выстрелил в детектива. Трэвен успел броситься в сторону, но пуля, выпущенная Куортерсом, ударила в кевларовую броню с ошеломляющей силой. Детектив откатился по бетонному полу, бросил автомат, вытянул перед собой руку с пистолетом и услышал позади знакомый грохот автомата Ковальски. Из-за штабелей ящиков упало одно тело, затем другое.

Трэвен прицелился в лицо Куортерса и трижды нажал на спусковой крючок. Удары крупнокалиберных пуль отбросили наркобарона от Йоримасы. Детектив продолжал нажимать на спусковой крючок. Лишь после десяти выстрелов огромное тело Куортерса упало на бетонный пол и неподвижно застыло.

Йоримаса уже полз к портативному компьютеру с лицом, искаженным гримасой отчаяния.

Трэвен выстрелил еще пять раз в последнего яка, затем хладнокровно всадил пулю в плечо японца. Йоримаса опрокинулся на спину и застонал. Трэвен выхватил второй пистолет и встал, держа его наготове.

– Ты жив, Ковальски?

В ответ он услышал хрип.

– Еще жив, – прошептал Ковальски.

– Ранен? Куда?

Огромный полицейский усмехнулся, несмотря на боль.

– Скажем так: мои насмешки над Кейлом Томпкинсом не будут теперь такими язвительными, как раньше.

Трэвен обернулся и увидел, что левое бедро Ковальски залито кровью, но полицейский продолжал стоять. Пустая обойма его автомата со звоном упала на пол, и послышался щелчок, означающий, что на ее место встала новая. Трэвен сделал шаг вперед, удивленный неуклюжим движением левой ноги. Он посмотрел вниз и понял, что ему пуля тоже пробила левое бедро. К счастью, рана оказалась поверхностной. Больше Трэвен не обращал внимания на боль и пошел к Йоримасе. Из слухового окна продолжали сыпаться вниз пылающие обломки упавшего на крышу вертолета. Трэвен встал на колени рядом с портативным компьютером, присоединил к нему аппарат передачи информации, полученный им у Зензо перед началом операции, и задействовал микрокристалл связи.

– Зензо.

– Ты все еще живой?

– Более или менее. Канал передачи информации подключен. Забирай все, что записано у него в компьютере.

На панели устройства передачи данных загорелся красный сигнальный огонек, тут же ставший оранжевым, затем желтым и, наконец, зеленым.

– Передача закончена, – сообщил Зензо.

– Как твое мнение об этой информации?

– Здесь содержится все, что нам нужно. Информация, исчерпывающая.

Трэвен снял с пояса наручники и надел их на руки Йоримасы.

– Вы не имеете права так поступать, – произнес Йоримаса сдавленным голосом. – На меня распространяется закон о дипломатической неприкосновенности.

Резким рывком Трэвен поднял японца на ноги:

– Вы или пойдете сами, или я потащу вас за собой. Выбирайте.

В склад вошел Эскобар, окруженный четырьмя другими колумбийцами. Его лицо выглядело угрюмым, словно высеченным из гранита. Трэвен тут же заметил, как дуло автомата в руках Ковальски незаметно повернулось в сторону колумбийского наркобарона. Детектив задействовал микрокристалл связи.

– Нет.

– Я по-прежнему не доверяю ему.

– Тогда положись на меня.

– Ты сумел получить все, к чему стремился? – спросил Эскобар, перебрасывая через плечо ремень автомата.

Трэвен молча кивнул.

Эскобар сунул руку под свой кевларовый бронежилет и достал сигару. Один из телохранителей подошел к нему и поднес зажженную спичку. Эскобар с удовлетворением затянулся.

– Снаружи мы навели порядок. Теперь все находится в руках твоих людей, – сказал он. – Перед тем как наступит конец нашего перемирия, мне хотелось бы пригласить тебя пообедать со мной.

– Не откажусь.

– Теперь, на этой счастливой ноте, я собираюсь попрощаться, – закончил Эскобар. – Мне сообщили, что группа быстрого реагирования и патрульные автомобили едут сюда.

– До свидания и спасибо за помощь.

– Если тебе когда-нибудь надоест преследовать преступников, амиго, – улыбнулся Эскобар, – вспомни обо мне. Я очень щедрый работодатель, и для такого талантливого человека, как ты, у меня всегда найдется местечко. – Он повернулся и ушел, сопровождаемый телохранителями.

– Я все еще не понимаю, как ты можешь поддерживать с ним дружеские отношения, зная, что придет время, и вы неизбежно станете врагами, – недоуменно пробормотал Ковальски.

Трэвен направился к выходу, стараясь не хромать.

– Да, это так. Но дело в том, что я знаю: сейчас я могу положиться на него точно так же, как я полагался на тебя, стреляя в Куортерса и ничуть не сомневаясь, что ты прикроешь меня сзади.

– Да, но мы с тобой похожи друг на друга.

– Много людей выкроено из одинакового материала, – произнес Трэвен. – Просто случайные ветры разнесли их в разные стороны. – Он улыбнулся, увидев замешательство на широком лице Ковальски. – Понимаешь, если бы все в мире можно было красить только в белое и черное, работа давно была бы завершена. Я сам закончил бы ее. Однако проблема заключается в том, что мы живем в мире, окрашенном во множество разных цветов.

Ковальски пошел следом, с трудом переставляя ноги.

– Значит, именно поэтому ты не собираешься предоставить Департаменту полиции сведения о картеле, с которым мы только что покончили, и о его связи с корпорацией Нагамучи?

– Совершенно верно.

– Жаль, что я не смогу переубедить тебя. Это было бы самое громкое дело в истории Далласа.

Трэвен остановился на бетонной площадке снаружи склада и окинул взглядом поле боя, усеянное трупами и горящими автомобилями.

– Верно, не сможешь, – согласился он, держа одной рукой наручники, сковывающие Йоримасу.

– Что, если они откажутся от твоих условий?

– Не откажутся. – По его лицу промелькнула жесткая улыбка. – У них нет выбора. – Он открыл ладонь и показал Ковальски лежащие на ней компьютерные чипы. – На этот раз у меня все козырные карты.