Властелин Времени - Одом Мэл - Страница 49

— Что это ты так переполошился, книгочей? — удивился Рейшо. — Этот тебе уже ничего дурного не сделает.

Джессалин, подойдя поближе, направила свет фонаря на труп.

— Похоже, этот человек не догадывался о существовании ловушек, — заметил Краф.

— Совсем немного ему до цели оставалось, — сокрушенно присвистнул молодой матрос.

На мертвеце была обычная одежда, а не крысиные шкуры; большая часть его плоти сохранилась, однако подреберье все было изъедено крысами. Трупы двух тварей, по-видимому не успевших спастись бегством, когда вода стала заполнять ловушку, так и остались лежать на теле несчастного.

— Не так давно он умер.

Рейшо шагнул вперед и поднял с пола брошенный кем-то ржавый лом. С его помощью матрос снял труп с кольев, и как только это произошло, в толще стены заскрипели противовесы и ужасные колья быстро погрузились в темную глубину колодца, а отодвигающаяся в полу плита встала на свое прежнее место. Кто бы ни устроил эту ловушку, срабатывала она надежно…

— Ну, — сказал волшебник, поддав ногой труп одной из крыс, — этим тварям дармовым обедом полакомиться не пришлось.

— Крысы не смогли убежать, — заметила Джессалин. — Думаю, в эту часть здания вода пришла не так давно.

Рейшо ловко обыскал покойника. В кошельке на поясе у него оказалось несколько золотых и серебряных монет.

Молодой матрос ухмыльнулся.

— Богатство небольшое, конечно, но в следующий раз будет чем заплатить в таверне, так что приглашаю.

— Дай-ка мне взглянуть на монеты, — сказал Краф.

— Я вообще-то не против поделиться, — обиженно протянул Рейшо, — но это мне пришлось обыскивать покойника.

— Монеты, — повелительным тоном повторил волшебник, протягивая руку. — Клянусь Древними, тебе дарованы глаза, но ты все еще слеп.

Матрос скорчил оскорбленную гримасу и опустил деньги в протянутую руку Крафа.

Тот повернул монеты, чтобы получше рассмотреть их при свете фонаря. После чего обернулся к Джагу; насквозь промокший, двеллер как раз встал на ноги.

— Взгляни-ка, подмастерье.

Джаг, сложив ковшиком ладони, поймал брошенные ему монеты. Осмотрев их, он сразу же понял, на что хотел обратить его внимание волшебник.

— Это из Торвассира монеты, не из Имариша.

Каждое поселение вдоль побережья материка чеканило свои собственные монеты, а иногда это делали даже отдельные торговые гильдии и судовладельцы, имеющие собственные флотилии. Общего стандарта у городов и народов материка не было. Монеты делали из серебра и золота и проверяли на вес на каждом рынке, где их тратили.

— Вот именно. — Краф задумчиво посмотрел на покойника. — Долгий путь ему проделать пришлось, чтобы сгинуть в этих краях.

Торвассир находился далеко к востоку отсюда, в глубине материка; в эти места ходили торговые караваны. Не было ничего необычного в том, что этот человек прибыл из Торвассира, но поскольку других монет у него почти не было, следовательно, прибыл он сюда, почти нигде не задерживаясь и не общаясь с местными. И вот это уже выглядело странным.

За время своих путешествий с Великим магистром двеллер однажды побывал в Торвассире. Там ему не слишком-то понравилось. Торвассиром управлял совет торговцев, и он же обеспечивал защиту города. Кое-кто из торговцев интересовался историей, и тогда Великий магистр искал две книги, которые приобрел один из них. Потом, когда они с помощью Бранта похитили книги и сбежали из Торвассира, им только через несколько дней удалось оторваться от погони.

— Тут еще что-то есть, — объявил Рейшо.

Он залез во внутренний карман куртки мертвеца и достал оттуда прямоугольной формы пакет.

В нем могло быть что угодно, но сердце Джага немедленно заколотилось: в голову ему пришла только одна мысль. Он дрожащими руками вскрыл водонепроницаемый пакет — внутри в самом деле оказалась самодельная книга.

Переплет ее был гладкий, без украшений; выглядела она почти как новая — о сохранности ее была проявлена серьезная забота. Страницы книги были заполнены мелким, убористым почерком.

Открыв книгу, на первой странице двеллер обнаружил незамысловатый заголовок: «Дневник Лиггона Фареса, или Отчет о моих путешествиях и открытиях». Все еще не веря своим глазам, Джаг перелистнул страницы.

— Что у тебя там, подмастерье? — поинтересовался Краф.

— Дневник, — завороженно прошептал двеллер.

Записи были сделаны разборчивым почерком, а на схемах он сразу же узнал канал Черепов и здание, в котором они сейчас находились. Книга Времени упоминалась в этих записях неоднократно, и каждый раз эти слова были аккуратно подчеркнуты. Велся этот дневник на одном из человеческих языков, известных Джагу.

— Дневник? — Волшебник подошел поближе.

— Да, — отозвался двеллер. — Дневник этого вот человека. Он тоже прибыл сюда в поисках Книги Времени.

Сложив руки на груди, Кобнер уставился на покойника.

— Что-то, мне кажется, эти поиски не слишком-то хорошо сказываются на здоровье тех, кто их предпринимает, — проворчал он.

— Он один был? — поинтересовался Краф.

— Не знаю.

Записи заканчивались примерно на середине книги. На последней стояла дата по счету человеческих торговцев Кэшаллера — три десятидневки назад.

— Что ж, — рассудил волшебник, — думаю, имеет смысл вернуться к тому, для чего мы сюда пришли.

Джаг с сожалением закрыл книгу, убрал ее обратно в пакет и засунул в карман куртки, где уже лежали его собственный дневник и зашифрованный дневник Великого магистра. «Этак я скоро целую библиотеку с собой таскать буду», — подумал двеллер с усмешкой и, не колеблясь более, смело открыл заветную дверь в ложной стене.

Фонарь, который держала Джессалин, осветил открывшуюся взорам спутников гладь воды, упирающуюся в наклонный потолок туннеля, ширина которого лишь ненамного превышала ширину распахнутой двери. Всмотревшись в воду, Джаг разглядел круто уходящие вниз ступени.

— Внизу все затоплено, — сказала эльфийка.

Драконетка у нее на плече зашипела, явно опасаясь, что ее хозяйка собирается зайти в воду.

— Что бы там ни находилось, оно вряд ли сохранилось до нынешних времен.

— Только не Книга Времени, — отозвался Краф. — Столь могущественному предмету обыкновенные явления природы повредить не способны, и уничтожить ее может только еще более сильное заклятие. А поскольку она попала сюда из Междумирья, магии для такого заклятия в нашем мире может и не найтись.

Он глубоко втянул воздух носом и выдохнул.

— Если книга там, внизу, можно считать, что она в целости и сохранности.

— Ну а если и так? — возразил Рейшо. — С таким же успехом она может находиться на одной из лун. Гномьим умельцам и тем много дней понадобилось бы, чтобы осушить этот туннель.

— Возможно, там, внизу, имеется воздушный колокол, — предположил Джаг.

Ему ужасно не хотелось отказаться от мысли найти здесь часть Книги Времени. Великий магистр поставил перед ним эту задачу, и отступать двеллер был не намерен.

— Скажи, на тех планах, что ты видел, этот туннель меняет свой наклон? — спросила эльфийка.

— Нет.

— Тогда и воздушного колокола там тоже нет, — вздохнула она. — Думаю, что никто из нас не сможет задержать дыхание так долго, чтобы спуститься туда и потом вернуться обратно. И к тому же Великому магистру не удалось ведь забрать ее с собой.

— Освободите проход, — внезапно произнес Краф. Он шагнул вперед и, остановившись у самой двери, уперся посохом в первую скрытую под водой ступень туннеля.

Двеллер и остальные поспешно отступили; вокруг навершия посоха бешеным вихрем завертелись изумрудные искры. Звучным голосом волшебник принялся произносить слова заклинания.

Через несколько мгновений перед посохом образовался маленький водоворот, который, постепенно разрастаясь все больше и больше, стал образовывать уходящую в глубь туннеля воронку. Увеличивая скорость вращения, вода раздалась вдоль стен туннеля, и этот водяной смерч словно начал вытягивать ее снизу, образуя таким образом проход.