Под Знаком Исцеления - О'Донохью Ник - Страница 60

— Неудивительно. — Брандал посмотрел на нее, подняв бровь, но ничего не сказал. Бидж покраснела и решила избегать и этой темы тоже. — А какие-нибудь естественные враги у них есть?

— Те же, что и у всех остальных птиц, за исключением того времени, когда они сидят в огне. — Брандал невольно бросил взгляд на север. — Ну и, конечно, еще химеры.

— Почему «конечно»? — спросила Бидж, хотя и догадывалась.

— Из-за их огненного дыхания. Химера, увидев птицу-огнепоклонника, пытается ее поймать, но, конечно, ей это не удается. Тогда химера горестно кричит и выдыхает пламя, а огнепоклонник в это пламя летит. — Оуэн постарался придать своему голосу равнодушие.

— Как же тогда виду удается сохраниться?

— Молодняк не умеет летать. Я однажды видел выводок подростков-огнепоклонников, гнавшийся за химерой, которая только что съела их родителей. Они совсем не были в ярости: просто им не удавалось привлечь к себе внимание химеры и заставить ее дохнуть на них пламеНем. — Гнезда птиц-огнепоклонников находятся в безопасных местах?

— Еще бы. Они устраивают гнезда на вулканах и рядом с гейзерами, я думаю. Никто никогда не видел яйцо птицы-огнепоклонника. — Оуэн переступил с ноги на ногу. — Бидж, я убедился, что с тобой все в порядке, а теперь мне нужно спешить. Нам с тобой очень о многом нужно было бы поговорить, но мне кажется, ты к этому еще не готова. Бидж твердо выдержала его взгляд:

— Ты прав. Оуэн взялся за свою тележку, но снова обернулся к девушке:

— Не задерживайся здесь. И помни: Хорват — не ручное животное. Он даже вовсе не животное, хотя и не человек тоже. Он всего лишь ребенок, к тому же не твой. Не жертвуй жизнью, защищая его.

Не дожидаясь ответа, он покатил свою тележку по дороге, насвистывая. Бидж узнала мотив: «Сколько стоит собачка, выставленная в витрине?» — но не улыбнулась.

До дому они добирались целый день. Реку Летьен Бидж предпочла перейти по мосту — это было гораздо безопаснее и легче, чем перебираться вброд. Увидев наконец свой коттедж, Бидж сказала Хорвату:

— Какие бы новости ни ждали нас, все равно хорошо оказаться дома. — Она была совершенно измучена.

Под Знаком Исцеления ее дожидалась Полита. Хорват как на зло не нашел ничего лучше, чем зарычать на нее. Она сделала вид, что не замечает, и обратилась к Бидж официальным тоном:

— Я знаю, что Хемера подвела тебя вчера…

— Пожалуйста, не наказывай ее, — перебила Бидж. — Она не сделала бы этого, не узнай она о Хорвате.

— Хемера принадлежит к моему народу, и это не оправдание. И она, — добавила Полита, — имела возможность уничтожить его и не сделала этого. За такой проступок она будет наказана тоже.

Полита повернулась и ускакала, ничего больше не сказав. Бидж ощутила боль в сердце.

Голос у нее за спиной сухо произнес:

— Может быть, тебе следовало назвать его Измаилnote 18 . Бидж, которая не очень внимательно изучала в школе «Моби Дика», недоуменно пожала плечами:

— Не понимаю, почему. Он же не моряк. — Но видеть грифона она была рада и обняла его за плечи. Хищник по-кошачьи потерся о нее:

— Я имел в виду самого первого Измаила. — Они оба посмотрели на Хорвата, который яростно рычал на Дафни, защищая от нее свою воображаемую добычу. — «Руки его на всех, и руки всех на него»note 19 . — Бидж смутила неожиданная мягкость во взгляде яростных золотых глаз. — Не все виды уживаются друг с другом, доктор. Поверь, я знаю.

— Это я могу себе представить. — Бидж сделала вид, что намерена сменить тему разговора. — Не можешь ли ты сказать мне, не бывают ли осложнены ожоги, которые оставляют химеры на своих жертвах, попаданием некоторых химикатов? Пожалуйста, для меня это важно. И я думаю, — добавила она, — что ты все знаешь о химерах.

— Тебе никто еще не говорил, что ты бываешь излишне сообразительной ?

— Ну, иногда на это намекают. Грифон вздохнул:

— Ответ на твой вопрос отрицательный. Для таких во всех отношениях неряшливых созданий химеры достигают удивительно полного сгорания метана и углеводов — продуктов обмена веществ — и серы, которую они берут Бог знает откуда. Все это превращается в газообразные вещества. Химеры что-то вроде живого гадящего Лос-Анджелеса.

Бидж, не выдержав больше, вернулась к тому, что ее волновало сильнее, чем особенности химер:

— Скажи, ты мог бы сделать мне одно огромное одолжение?

— С радостью, — ответил грифон не задумываясь. — Если, конечно, это не причинит другим ненужных страданий и не окажется связано с некоторыми секретами.

— Не мог бы ты притвориться, что собираешься напасть на меня? — Грифон поднял пушистую бровь. — Мне нужно научить Хорвата не кидаться в бой даже ради того, чтобы меня защитить.

— Это невозможно… — начал было грифон, но неожиданно передумал. — Хорошо. Можно заняться этим, пока не стемнеет, — потом у меня дела. En gardenote 20 , волчишка! — Грифон замахнулся на Бидж лапой, мелодраматически растопырив когти.

— Хорват, не смей! — вскрикнула Бидж. Это не произвело никакого впечатления: волчонок решительно кинулся вперед и вцепился в другую лапу грифона. Тот оттолкнул его тыльной стороной когтей.

— Какой бдительный… Начнем сначала? — Грифон щелкнул клювом перед носом Бидж. Опять она закричала на Хорвата, и опять он, не обращая внимания на ее команду, вцепился в грифона. — Это, — заметил тот, осторожно высвобождая лапу, — будет, похоже, довольно утомительным занятием.

Через два часа Бидж сдалась. Никакие ее усилия — даже шлепки — не могли заставить его слушаться. Волчонок был так же расстроен всем случившимся, как и она сама. Бидж извинилась перед грифоном.

— О, не беспокойся, — ответил тот; на могучей лапе зубы Хорвата почти не оставили следов. — Поверь, я способен понять даже неуместную привязанность.

Бидж занялась приготовлением ужина для себя, Хорвата и Дафни. Грифон вежливо отклонил ее приглашение и просто опустился на землю, дожидаясь, пока стемнеет.

Через некоторое время появилась Гредия, растерзанная и усталая, утратившая свое чувственное возбуждение. Бидж вышла из дому, чтобы поговорить с ней. На правой щеке женщины-внр краснела глубокая царапина.

Note18

Измаил — в Ветхом Завете сын Авраама и Агари, изгнанный вместе с матерью в пустыню после рождения Исаака; в переносном смысле — изгой, отверженный. Также имя одного из персонажей романа Г. Мелвилла «Моби Дик».

Note19

Книга Бытия, 16.12.

Note20

К барьеру (фр.).