Принцесса-невеста - Моргенштерн С. - Страница 19

Королева Белла наконец догнала принца, который носился по балкону, всё еще явно не взяв себя в руки.

– Я бы предпочла, чтобы ты не был так груб, – произнесла она.

Принц набросился на неё:

– Я ни за что не женюсь на лысой принцессе, заруби это себе на носу!

– Никто не будет знать, – объяснила королева Белла. – Она даже спит в шляпках.

– Я буду знать! – крикнул принц. – Ты видела, как свет свечи отражался от её черепа?

– Но союз с Гульденом был бы так полезен, – сказала королева, обращаясь наполовину к принцу, наполовину к графу Ругену, который присоединился к ним.

– Забудь о Гульдене. Когда-нибудь я завою его. Я в любом случае ещё с детства хотел этого. – Он подошёл к королеве. – Люди станут смеяться за моей спиной, если у меня будет лысая жена, и я обойдусь без этого удовольствия, благодарю. Тебе лишь надо найти кого-нибудь ещё.

– Кого?

– Найди кого-нибудь, от неё требуется привлекательная внешность и ничего больше.

– У этой Норины нет волос, – пропыхтел добравшийся до них король Лотарон. – Норбубубу бубубу бубубу.

– Спасибо, что обратил наше внимание на это, дорогой, – сказала королева Белла.

– Мне кажется, Хампердинку это не понравится, – сказал король. – Бубубубу бубубубу бубубубу.

В этот момент граф Руген выступил вперёд:

– Вам нужна красивая невеста; но что, если она простого происхождения?

– Чем проще, тем лучше, – ответил принц Хампердинк, снова начавший расхаживать по балкону.

– Что, если она не умеет охотиться? – продолжил граф.

– Мне плевать, даже если она не умеет писать, – ответил принц. Внезапно он остановился и повернулся к ним лицом. – Я скажу вам, чего я хочу, – начал он. – Я хочу невесту настолько красивую, что, увидев её, все бы говорили “Ух ты, этот Хампердинк должен быть тем ещё парнем, чтобы заполучить такую жену”. Обыщите всё страну, обыщите весь мир, но найдите её!

Граф Руген лишь улыбнулся.

– Она уже найдена, – сказал он.

Занимался рассвет, когда два всадника осадили лошадей на вершине холма. Граф Руген ехал верхом на роскошном чёрном коне, большом, безупречном, могучем. Принц – на одном из своих белых коней. Рядом с ним конь графа выглядел беспородной крестьянской клячей.

– Она развозит молоко по утрам, – сообщил граф Руген.

– И она по-настоящему-вне-всякого-сомнения-без-возможности-ошибки красива?

– Она была в довольно запущенном состоянии, когда я видел её, – признал граф. – Но её потенциал просто ошеломляющ.

– Молочница. – Принц взвесил это слово на своём грубом языке. – Не знаю, смогу ли я жениться на молочнице даже при самых благоприятных условиях. Люди могут начать посмеиваться над тем, что я не смог позволить себе никого получше.

– Это так, – признал граф. – Если хотите, мы можем не ждать её и вернуться во Флорин.

– Мы уже зашли так далеко, – ответил принц. – Можем и подожд... – Его голос внезапно оборвался. – Я беру её, – удалось наконец выговорить ему, пока Лютик медленно проезжала вдоль подножия холма.

– Думаю, никто не станет смеяться, – заметил граф.

– Я должен сейчас же посвататься к ней, – сказал принц. – Оставь нас наедине на минуту. – И он уверенно направил своего белого коня к подножию холма.

Лютик никогда в жизни не видела такого огромного животного. Или такого всадника.

– Я твой принц, и ты выйдешь за меня, – сказал Хампердинк.

Лютик прошептала:

– Я ваша слуга, и я отказываюсь.

– Я твой принц, и ты не можешь отказаться.

– Я ваша верная слуга, и я только что отказалась.

– Отказ означает смерть.

– Тогда убейте меня.

– Я твой принц, и я не настолько ужасен – почему ты предпочтешь смерть браку со мной?

– Потому, – сказала Лютик, – что брак подразумевает любовь, а в этой забаве я не преуспеваю. Однажды я попытала счастья, и ничего хорошего не вышло, и я поклялась больше никогда никого не любить.

– Любовь? – произнёс принц Хампердинк. – Кто говорит о любви? Не я, это точно. Послушай: престолу Флорина необходим наследник мужского пола. Это я. Когда умрет мой отец, наследника не будет, только король. Снова я. Когда это произойдет, я женюсь, и мне необходимо будет иметь детей, точнее, сына. Поэтому ты либо выходишь за меня и становишься самой богатой и влиятельной женщиной в радиусе тысячи миль, и раздаешь индейку на Рождество, и рожаешь мне сына, либо в ближайшем будущем умираешь в муках. Выбирай.

– Я никогда не полюблю вас.

– Мне не нужна твоя любовь, даже предложи ты её.

– Ну что же, тогда давайте поженимся.

Четыре – ПРИГОТОВЛЕНИЯ

До того, как я начал составлять версию, состоящую из «хороших частей», я даже и не подозревал о существовании этой главы. Мой отец на этом месте говорил: «Так мало-помалу прошло три года», – а затем объяснял, что пришёл день, когда Лютик была официально представлена народу как будущая королева, и Большая площадь города Флорина была заполнена людьми как никогда раньше, и все ожидали её представления, а затем переходил к потрясающим вещам, связанным с похищением.

Можете ли вы поверить, что в оригинале у Моргенштерна эта глава – самая длинная в книге?

Пятнадцать страниц о том, как Хампердинк не мог жениться на простолюдинке, и они спорили и боролись со знатью, в конце концов нарекли Лютик принцессой Хаммерсмита, малюсенького клочка земли где-то в задней части владений короля Лотарона.

Затем волшебник занялся королем Лотароном, и восемнадцать страниц посвящены описанию средств лечения. (Моргенштерн ненавидел врачей, и всегда с горечью отзывался о том, что работа волшебников была объявлена во Флорине незаконной.)

И семьдесят две – я посчитал – семьдесят две страницы обучения принцессы. Он описывает жизнь Лютик день за днем, месяц за месяцем, пока она изучает все способы сделать реверанс и налить чай, и узнает, как обращаться к наносящим официальный визит набобам, и так далее. Всё это в сатирическом русле, конечно же, ведь Моргенштерн ненавидел королевскую власть даже сильнее, чем врачей.

Но с точки зрения повествования на 105 страницах не происходит ничего. За исключением следующего: «Так мало-помалу прошло три года».