Дело Локвудов - О'Хара Джон - Страница 104

Хотя бы на время у Джеральдины появилась компаньонка, общение с которой доставляло ей удовольствие. Тина обладала тем жизненным опытом, который в какой-то степени позволяет молодой женщине совместить свои интересы с интересами женщины старше ее годами. Несмотря на молодость, Тина успела сформироваться как зрелая женщина, и ей нетрудно было найти с Джеральдиной общий язык.

Как-то так получилось, что пребывание Тины в доме отца затянулось на неопределенное время. Никакого разговора о том, что она может остаться навсегда, не было, поэтому она по-прежнему считалась гостьей. В частности, она отклонила предложение отца купить ей автомобиль.

— Когда я не смогу пользоваться твоей машиной, то буду ездить на «пирсе».

— Для девушки он тяжеловат, — сказал Джордж.

— Что ты! Знаешь, какой «рено» был у нас во Франции? Величиной с грузовик. И выглядел как грузовик — такой у него был радиатор. Нет, папа, благодарю. Купишь, а потом не будешь знать, что с этой машиной делать. Вдруг мне вздумается уехать в тот самый день, когда ее привезут.

— Ты не хочешь связывать себя, — сказал он.

— Ну, автомобилем меня не свяжешь.

Так прошел месяц. Погода стояла хорошая, и Эрнестина не торопилась уезжать. В городе прошел слух, что она никуда по уезжает, и девушки, и молодые люди, знавшие, что она хорошо играет в теннис, стали искать ее общества. Когда-то она обыгрывала всех своих сверстников в Гиббсвилле, часто играла и с братом, который дважды завоевывал первенство округа в одиночной игре. Близких подруг среди девушек, с которыми она когда-то росла, у нее не было, но, начав теперь появляться на теннисных кортах загородного клуба, она заново познакомилась с ними. Весна была теплой, и Эрнестина могла бы играть ежедневно, если бы хотела сблизиться с этой публикой. Но она держала их на определенной дистанции и простодушно призналась отцу, что покой для нее — лучшее лекарство, поэтому она и откладывает свой отъезд.

Однажды, приехав из загородного клуба, она застала отца на террасе за ленчем.

— Пусть мне подадут то же, что и тебе, — попросила она.

— Играть ездишь всегда по утрам, а на ленч никогда там не остаешься, — удивился он.

— Не всегда по утрам. Но я действительно оттуда удираю, как только вижу, что собирается компания для выпивки. Меня интересует теннис, а не их общество. Их светская жизнь — это коктейли и сплетни. К черту это все. Если я становлюсь на сторону Джулиана Инглиша, то они начинают воображать, что я все еще влюблена в него. Господи, да они, наверно, дяде Пену все косточки перемыли. Воображаю, что они говорили бы, если б знали, что я связалась с женатым человеком и что он меня бросил.

— Я не знал, что он тебя бросил, — сказал отец.

— Это они бы так заключили. Нет. Спорт спортом, а все остальное — не для меня. Я ведь тоже переутомилась, папа. Но вот что странно: я думала, что пребывание здесь потребует от меня нервного напряжения, а этого не случилось. Я стала меньше курить — ограничиваюсь десятью сигаретами в день — и сплю как невинный младенец. Которым не являюсь. Скоро я поправлюсь настолько, что готова буду снова попытать счастья.

— В чем же?

— Странно это от меня слышать, да?

— Отчего же, возможно, это кое-что и проясняет, — сказал он.

— Не только тебе, но и мне. — Тина закурила сигарету. — Четвертая сегодня.

— Мы с Джеральдиной так и не решили, куда ехать на лето. Потом умер дядя Пен, и нам было не до того. Есть у тебя какие-нибудь идеи?

— Нет.

— Слишком отдаляться от Нью-Йорка я не хочу, — сказал он. — Очень много дел: имущество дяди Пена, моя кондитерская фирма и вдобавок обычные текущие дела. Словом, за границу мы ехать не можем. Придется учесть и то, что это скандальное происшествие бросило на нас тень. Так что лучше нам держаться подальше от так называемых фешенебельных курортов. Есть у меня на примете одно местечко на Кейп-Коде…

— А чем здесь плохо? Прохладно, дом стоит на горе, много зелени. Плавательный бассейн. Теннисный корт. Чего тебе не хватает?

— По правде говоря, это Джеральдине хочется куда-нибудь прокатиться. И она вправе на это рассчитывать. Хотя Пен не ее, а мой брат, неприятностей на ее долю выпало немало. Видишь ли, Тина, я ведь уже почти договорился об аренде дома на Кейп-Коде. Участок, правда, не ахти какой и не в черте города.

— Ты его видел?

— На фотографиях. Дом довольно старый, из светлого голыша. Есть небольшой катер. Теннисный корт с грунтовым покрытием. Ровная лужайка для любителей гольфа. И кусочек пляжа для тех, кто купается в океане. Могу добавить, что стоит он недешево, но зато нам не нужно вступать ни в какой клуб.

— Звучит заманчиво. Только почему его до сих пор не сдали?

— Его владельцы — одна супружеская пара из Бостона. Они считают, что лучше свой дом никому не сдавать, чем пускать в него семью с детьми. Разумеется, они имеют в виду маленьких детей. Взрослые дочери в счет не идут. Было бы замечательно, если бы ты согласилась поехать туда с нами. Джеральдина была бы просто счастлива.

— Как ты узнал про этот дом?

— Через агентство Подобные операции всегда разумнее проводить при посредничестве какого-нибудь агентства. Наша адвокатская фирма связывается с соответствующей адвокатской фирмой в Бостоне, и та сообщает адрес агентства, ведающего недвижимостью. Все делается в строгом соответствии с правилами. Юристы друг друга знают, а главные заинтересованные лица могут даже никогда не встретиться, если не видят в этом необходимости. Владелец, например, может и так получить обо мне все нужные ему сведения. Мой доход, мое общественное положение. В каких клубах я состою. С этим агентством у меня состоялась интересная переписка. Хочешь взглянуть?

— Не слишком.

— Читать ее действительно скучновато. Она интересна лишь в смысле ознакомления с тем, как ведутся подобные переговоры. Для меня сейчас важно другое: приедешь ли ты к нам? Ну, скажем, в июле. Если наскучит у нас, всегда сможешь собрать свои вещи и уехать. Между прочим, мое предложение насчет автомобиля остается в силе. Тем более что в случае нашего переезда туда я собираюсь купить один из этих «фордов-универсалов».

— О, мне они очень нравятся. По бокам занавески, а сзади — маленькая дверца?

— Вот такой я и куплю, дав местному посреднику немного заработать. Жест доброй воли, как говорят янки.

— Как тщательно ты все продумал, — сказала она.

— Я всегда все продумываю. Верно?

— Да. И все же я не перестаю удивляться твоей дотошности. Там будет так же тихо, как здесь?

— В этом как раз все и дело.

— Ну, тогда я приеду в июле. А вот пробуду ли я там до осени, сказать пока не могу.

— Значит, решено. Подписываю договор и сегодня же высылаю им чек. Джеральдина страшно обрадуется.

Все складывалось чудесно, как обычно и бывает, когда хорошо спланируешь. Предлагая Тине просмотреть его переписку с агентством по недвижимости, он хотел рассеять всякие подозрения, могущие у нее возникнуть насчет… одним словом, рассеять у нее малейшие подозрения. Тина, конечно, проницательна, но даже она не знала, а лишь смутно догадывалась, насколько тщательно — и во имя чего — он все продумал.

Дело было в том, что он решил выдать ее замуж за Престона Хиббарда. На этом строились и его планы, и его тактика. Он помнил оброненную Хиббардом фразу о том, что тот обычно проводит лето в штате Мэн, поэтому считал Кейп-Код самым подходящим местом: он достаточно отдален от штата Мэн, чтобы не вызвать у Хиббарда каких-либо подозрений (кстати, вполне обоснованных) насчет того, что ему навязывают соседство, и в то же время достаточно близок от Бостона, чтобы быстро доехать оттуда на автомобиле. Как-нибудь в июле, предпочтительно не в субботу и не в воскресенье, Джордж пригласит Хиббарда на Кейп-Код для неофициальной беседы об условиях передачи наследства, завещанного Пеном школе св.Варфоломея и Принстону. Джордж не пользовался правами душеприказчика брата, но он был лучше других осведомлен о его ценных бумагах и прочих инвестициях. Для переговоров на эту тему с представителями школы св.Варфоломея и Принстона он так или иначе предполагал встретиться не один раз.