Специалист - Охотников Сергей Сергеевич - Страница 65

ГЛАВА 23

– Пусть слабые останутся в своих постелях, – глава дома го'Шав всегда начинал обращение к солдатам именно с этих слов. – И надеются, что Великая Пятерка примет их раньше их детей. А мы обнажим мечи и возьмем свою долю славы и богатства у проклятых темнолицых колдунов!

Гашад стоял на специально сколоченном для этого выступления помосте. Рыжеватый огонь пяти масляных ламп ровно освещал богатырскую фигуру вердуга! Первые ряды занимала знать дома и командиры знамен. Им был отлично виден огромный, в пол-лица черно-лиловый синяк. Но никто не позволил себе и намека на улыбку – все физиономии приняли одно торжественно-грозное выражение. То ли из-за того, что момент для насмешек был неподходящий, то ли потому, что за спиной главы дома на красных парчовых подушках восседала его жена Рашир, чей ледяной взгляд то и дело пробегал по лицам воинов.

– Мы разобьем войска дасов у Малой Стены и возьмем Каменный Кулак во славу Пяти!

– Слава Пяти! – прогрохотал строй.

Гашад еще говорил что-то о расположении Трона Пяти Лун и уважении всех благородных домов, о подлости и никчемности темнолицых колдунов, а знамена периодически взрывались громогласным прославлением Великой Пятерки, но Рашир не слушала. Жрица полностью погрузилась в кружево молитвенных песнопений. Этот идиот, как всегда, предупредил ее слишком поздно: видите ли, ему нужен тальпак к четвертому часу полуночи. Рашир слышала, что в чужеродных мирах возмездия чуть ли не все демоны могут летать. По неизвестным жрице причинам под властью Пяти пребывали единственные крылатые демоны – грозные могучие тальпаки. Вызвать такого было достаточно сложно. Впрочем, Рашир чувствовала, как пульсирует в ней дарованная Темным Штормом власть, и была уверена в своих силах.

Ирам Нарток угодил в армию пять лет назад. Так, небольшой грабеж на море. Оправдывался так: «Говорили ж, будет все по справедливости. Эти толстолицые чужеземцы за наши товары в золото одеваются, а я себе малой толики взять не могу?» Определили в стражу Малой Стены, что к югу от Ревенуэра. На службе оказалось не так уж плохо, если б еще не начальство, которое считает, что за паршивую пайку и жалкий медяк солдат должен из шкуры выпрыгивать. Теперь Ирам сам ходил почти что в командирах, а значит, быстрей раскручивал надлежащий ему срок. Хорошо, что хоть по первому году с теми идиотами бунтовать не вздумал, а то наделали бы из него вонючих шкварок.

– А ну поднимай свою задницу, сухопутная свинья, да поди посмотри, что там тюкнуло, – Ирам пнул под ребра развалившегося на соломе солдата. Тот лишь почесал бок да перевалился на другой подальше от надоедливого старшины. Ираму совсем не нравился этот странный хлопок ровно на том месте, где видели вердугского заклинателя пару фаз назад. Но пойти самому —значит, уронить достоинство свое и своей новой должности. А мордовать этого тупоумного Танара, Натара или как там его совсем не хотелось. Во-первых, можно было получить хороший нагоняй от офицера, а во-вторых, этот деревенский увалень наверняка весил раза в полтора больше его самого, отнюдь тоже не маленького. Ирам почувствовал странный приторно-сладкий запах и окончательно рассвирепел:

– Ах, ты еще и воздух испортил, скотина?! А ну поднимайся! – Сапог старшины глубоко погрузился в мягкое жирное пузо. Внезапно Ирама охватила слабость, закружилась голова, в ушах зазвенело. Краем глаза он заметил косой парус огромных черных крыльев и занесенную для удара когтистую лапу, но не успел ни уклониться, ни даже закричать.

В финале представления облаченная в свет певица поднялась в воздух и растаяла в ночной тьме, магическая иллюминация погасла, умолк оркестр. Несколько мгновений стояла полная тишина, а потом зал разразился аплодисментами. Овер хотел пойти поздравить Лемтока, но быстро сообразил, что сегодня к чародею выстроится целая очередь. Причем каждый будет уверять, что с самого начала верил в успех. Оставалось только возвращаться в «Красный Дракон».

В одном из темных переулков Ревенуэра звучали приглушенные голоса.

– Ну долго еще? – спросил кто-то пискляво.

– Я же говорил, ждать осталось совсем недолго: кое-кто подсказал мне, сколько наш маг-недотепа будет демонстрировать свои фокусы, – ответ прозвучал мощно, как будто исходил из дородного тела.

– Тихо вы, вон наш красавчик-провокатор плетется, – прохрипел кто-то с высоты роста в добрых семь ат.

По правде говоря, Овер не горел желанием возвращаться в гостиницу – боялся остаться в четырех стенах наедине с нахлынувшими чувствами. Не очень хотелось и заходить в какой-нибудь кабак или задерживаться в общем зале «Красного Дракона» – проверять лишний раз на прочность не особо правдоподобную легенду не было никакого смысла. Специалист оказался слишком погружен в собственные переживания, чтобы среагировать, когда укрывшийся за углом переулка человек напал на него сзади.

План работал, и работал замечательно. Некроном привел в действие свое хитроумное устройство – добрая сотня призраков полетела на маяк, разнося по вражескому гарнизону наркотические миазмы. Таль-пак сделал свое дело: убрал часовых со стены и открыл ворота. Лучшие воины дома ворвались в крепость и учинили резню. К шестому часу полуночи на Малой Стене не осталось ни одного дасского солдата. В это время авангард вердугов зачистил еще две заставы, а основные силы покрыли почти полпути до Ревенуэра.

Овер очнулся с отвратительной, колотящей в затылок болью. В полной темноте, если не считать качающихся на невидимых качелях крупных желто-зеленых звезд. Закутанным в грубую, царапающую лицо материю. Рот заполняло что-то сухое, сладковатое и колючее. Судя по болезненно отдающим в ребра скачкам, его куда-то несли. Пахло яблоками. Несли в мешке из-под яблок. Что-то стягивало запястья и щиколотки. Значит, его еще и связали. Мгновение невесомости – и несколько острых углов с силой впились в спину Овера. Его положили на землю, причем не слишком аккуратно. Он не вскрикнул только потому, что еще не совсем пришел в себя. Те, кто засунул его в мешок из-под яблок, подали голос: