Демон - Олден Марк - Страница 129

Глава 16

Токио

Август 1985

В сумеречном свете Рэйко Гэннаи стояла на коленях у постели своего умирающего мужа.

Сильный дождь бился в амадо — тонкие деревянные ставни, защищавшие окна спальни. Из соседней рощи вишен поднималось ровное свечение. Это светились фары машин, на них приехали репортеры еще в середине дня, когда Ясуду Гэннаи повезли домой из больницы. Он хотел умереть дома, где витают духи его предков. Журналисты ждали, когда это произойдет.

Рэйко достала палочку благовоний из черной лакированной коробки на маленьком письменном столике. Коснувшись палочкой пламени свечи, она поместила ее в специальную курительницу. Курительница была в форме утки, дым выходил через клюв.

Эта спальня была ее любимой комнатой на вилле. Средневековые шкафы, дубовый пол, стены из рисовой бумаги и бронзовые светильники шестнадцатого века придавали ей вид древнего японского храма. Здесь она восстанавливала душевный покой путем молчаливой медитации или созерцания обсаженного мхом пруда в чайном саду. Здесь возрождалась ее воля и вера в свои силы.

Жизнь Рэйко с Ясуда-сан подходила к концу. Но «Мудзин» останется в ее руках, потому что президентом станет Хандзо. Судьба должна свершиться в этом комнате.

Постель Ясуды огородили ширмой, украшенной ястребами и драконами. Она скрывала Рэйко от двоих мужчин, которые находились в комнате. Один, бывший борец сумо, держал крохотный приемопередатчик в огромной руке, стоя у двери в коридор. Второй был худенький старичок восьмидесяти с лишним лет, лицо его казалось перекошенным из-за отсутствия левого глаза, который он потерял в детстве. Ода Синдэн, личный врач Ясуды Гэннаи, выдающийся медик и умнейший человек. По распространенному мнению, он был еще и немного сумасшедший.

Родившийся в благородной семье в Киото, он всю жизнь прожил по кодексу бусидо — что означает Путь Воина. Хотя привилегированный класс самураев упразднили больше ста лет назад, Синдэн во всех случаях жизни поступал согласно воинскому кодексу. Сущностью этого кодекса является абсолютная верность своему феодалу, готовность умереть, защищая его, и строгая приверженность правилам этикета, управляющим всеми действиями самурая. Бусидо требует также, чтобы самурай скорее совершил самоубийство, чем был обесчещен поражением.

Целиком поглощенный традиционными японскими верованиями, Ода Синдэн сознательно посвятил всю свою трудовую жизнь компании «Мудзин». Феодальный климат в компании, диктаторское правление одного клана — все это соответствовало самодисциплине и послушанию, вбитым в Синдэна его аристократической семьей. Он видел в «Мудзин» воплощение старой имперской системы Японии, идеал, который следовало сохранить любой ценой. Руководители компании являлись для него феодалами, и он служил каждому из них с неизменной лояльностью и старанием. Однако наибольшая преданность его досталась Рэйко Гэннаи.

1943 год. По указанию «Мудзин» Ода Синдэн произнес эмоциональную речь на митинге Национальной ассоциации патриотических женщин. Его цель: повысить сопротивляемость населения налетам американских бомбардировщиков. Мужчины на фронте, сказал он. А женщины должны проявить активность в гражданской обороне, тушить пожары, рыть бомбоубежища, а если необходимо остановить распространение пожара, то и сносить для этого свои дома.

Задача у женщин трудная, несомненно, но если они сохранят великий дух верности и патриотизма, Японию никогда не победят Америка и Британия. Национальное единство и гордость спасут положение, заявил Синдэн. Рыдая от избытка чувств, женщины несколько раз прерывали его аплодисментами.

После речи красивая молодая девушка привлекла внимание Синдэна весьма целенаправленными вопросами об американской военной машине. Их диалог сильно походил на допрос, так тщательно анализировала она его ответы. Синдэну приходилось нелегко. Впрочем, ему даже нравилась эта игра умов.

Поэтому он поощрял девушку, отвечал с любезностью и добродушием, которые изумляли всех присутствующих. Она ведь была никто, собственно говоря, а Синдэн — известный и важный человек. Он же, подумать только, назвал ее маленькой императрицей, и его глаза при этом блеснули. Девушка нахмурилась, ей не понравились его слова. Звали ее Рэйко Дадзаи. Ей было шестнадцать лет.

Позже он узнал, что она из хорошей семьи, в роду были самураи, семья очень патриотичная. Последующие разговоры с Рэйко показали ее ум, настойчивость и удивительную для такого возраста дальновидность. Больше всего Синдэна привлекала ее любовь к родине.

Рэйко утверждала, что род ее восходит к Тятя, наложнице великого Хидэеси, этот военный гений шестнадцатого века объединил Японию. И хотя Синдэн установил, что никакой Тятя среди предков Рэйко нет, она его интересовала по-прежнему — как дочь, которой у него никогда не было и не будет. Он принял обет безбрачия, считая, что это поможет полностью развить его умственные, физические и духовные силы.

Рэйко была дочерью Икуо Дадзаи, ученого-юриста и государственного чиновника. Дадзаи тоже вел свой род от самураев. Синдэну нравилось, что он изобретателен и энергичен, бережно обращается с тем немногим, чем владеет его семья.

Моя дочь, сказал Дадзаи Синдэну, родилась со старой душой и мудра не по годам. К сожалению, она слишком честолюбива. Во всем хочет быть первой, а отец не может одобрить таких настроений. Да и слишком властная, командует родителями и братом, будто они дети. Брат, он служит во флоте на Окинаве, говорил, что она более требовательная, чем его офицеры. Ода Синдэн внимательно слушал, пожирая Икуо Дадзаи единственным глазом.

Через три недели после их первой встречи, когда Ода Синдэн уже достаточно изучил девушку и ее семью, он посетил Рэйко у нее дома и спросил, верит ли она в предназначение. Она сказала — да, но только в свое. Потом он спросил, согласна ли она поменять известное на неизвестное, оставить семью и вверить себя тем, кто управляет корпорацией «Мудзин». Если да, ее судьбу, ее предназначение будут лепить мужчины и женщины, обладающие большой властью. Она сможет не ждать будущего, а выбрать его сама.