Демон - Олден Марк - Страница 75

Хандзо помотал головой.

— У него маниакальное стремление все подготовить. Он и шагу не сделает, не приготовив заранее детали. В этом его зависимость и слабость. — Улыбаясь, она наклонилась вперед и прошептала: — Интересно, как он себя поведет, если ему придется действовать без подготовки? Вот подумай об этом, сын мой. Подумай.

Хандзо промокнул потный лоб платком.

— Как с ним обращаться сейчас, когда он в Японии?

— Мы ничего не делаем.

— Ничего?

— Любое наше действие встревожит Полтаву и он изменит тактику. У него это быстро получается. Нет, пусть идет по пути, который легко предугадать.

— Я не уверен…

— А я уверена. Примем тот факт, что Полтава наблюдает за нами. Зачем? Убедиться, что мы те, кем себя называем. У него есть враги, ты помнишь? Пусть удостоверится, что это не ловушка, которую ему приготовили. Для нас он опасности не представляет. Совершенно никакой. Если ты его увидел, значит, не очень-то он был осторожен. Нет, он не видит в Гэннаи угрозу.

— Надеюсь, ты права, — вздохнул Хандзо.

— Я права, сын мой. Мы не покажем Полтаве, что поняли его маленькую игру. Никакого предупреждения. Мы не дадим ему никакого предупреждения. Если когда-либо Полтава станет нашим противником, будет полезно знать, что он предсказуем в некоторых областях. Пусть живет по своим планам и стратегии. Опыт покажет ему, что он не хозяин этого мира. Он узнает, что жизнь всегда вносит свои поправки. Важно научиться ждать. Господин Полтава это поймет. Если останется жив, я хочу сказать.

Через две недели Рэйко Гэннаи вручила сыну номер англоязычной газеты, выпускавшейся в Гонконге. Газета была вчерашняя, Рэйко обвела зеленым маленькое личное объявление на первой странице.

«Груз опоздал на два дня. Пошлите квитанцию в Банк Женевы на имя м-ра Логнмэна».

Зашифрованное сообщение от Чакри, объяснила Императрица Хандзо. Полтава согласился работать на них. Цена: два миллиона долларов. Заплатить следует авансом — Банк Женевы, м-ру Логнмэну.

— Значит, возмездие началось, — пробормотал Хандзо. Вид у него был обеспокоенный.

Она покачала головой.

— Нет. Это справедливое наказание. — У нее вид был довольный.

Через восемнадцать дней после того, как деньги были отправлены телеграфом в Женеву, Императрице в ее токийский дом посыльный доставил конверт без обратного адреса. В конверте лежали вырезки из двух англоязычных газет, выходящих в Гонконге. Заметки были примерно недельной давности, в них говорилось об убийстве трех главарей ганга Большой Круг. Одного отравили в его любимом ресторане. Другого нашли в багажнике собственной машины — с перерезанным горлом и выколотыми глазами. Третьего сбросили с двенадцатого этажа, из квартиры любовницы, любовница была задушена. Полиция подозревала войну гангов или попытку молодежи обновить лидерство.

— Сколько еще этих китайских гангстеров он убьет? — поинтересовался Хандзо.

— Это имеет значение?

— Похоже, ты довольна его результатами.

— Очень.

— А отец? Ты ему сказала, да?

— Конечно. — Она отложила одну вырезку и взяла другую.

— И что он сказал?

— Сказал то, что говорит всегда. Что я могу действовать по своему усмотрению. А я так и поступила.

— Рядом с гниющей рыбой воняет все. Полтава и есть та рыба.

Императрица надменно подняла брови.

— Он выполняет мои приказы, вот и все. Молоток бьет по стамеске, стамеска по дереву. Я — молоток, он — стамеска.

Хандзо потрогал пальцем газетные вырезки.

— Ты его еще будешь использовать, когда кончится это дело с китайцами?

Она закрыла на мгновение глаза, открыла, внимательно посмотрела на него.

— Будущее всегда неопределенно. Кто знает, что мне потребуется через месяц, полгода, год. Ясно только одно: я сделаю все необходимое для защиты «Мудзин».

— Свяжешь себя с демоном, мать моя?

Как далеко пойдет Рэйко Гэннаи, чтобы сохранить свое положение в «Мудзин»? Ответ на этот вопрос как бы возник в последние часы Второй мировой войны, когда она вместе с молодым Уорреном Ганисом спланировала убийство его родителей, когда она приняла участие в убийстве заключенных тайного тюремного лагеря. Ну а потом она много лет шантажировала, манипулировала, угрожала и убивала всех, кто мог быть опасен для положения мужа в «Мудзин», а значит, опасен и для нее.

Полтава? Он был только средством для достижения цели. Его наняли остудить тарелки, чтобы она могла съесть обед. Заглядывая вперед, она предвидела, что обязательно будет война из-за наследования ее стареющему мужу Ясуде — тело и ум его быстро теряли энергию. Единственным человеком, который стал бы в полном смысле продолжать его дело, и единственным, которого она безоговорочно контролировала, был ее сын Хандзо. К сожалению, Ясуда сомневался в способностях Хандзо как лидера и склонялся скорее к назначению преемником своего крестника. Хандзо казался слишком мягким и бескостным отцу, который сам-то в свое время был беспощаден.

Сейчас борьба за президентство еще не разгорелась достаточно остро. Но если здоровье Ясуды резко ухудшится… Рэйко претенденты не пожалеют, она, много врагов нажила, а вся ее сила пропадет с уходом мужа от дел или его смертью. Отцу должен унаследовать Хандзо, иначе враги ее уничтожат.

Так свяжет ли она себя с демоном? О, она это уже сделала, и демону имя — власть.

Рэйко очень хорошо понимала, что меняться ей поздно.

Главным делом ее жизни был бы выигрыш президентства в «Мудзин» для Хандзо. Ничто из прежнего не могло быть столь критически важным. И возможная неудача не грозила такими бедствиями. Ей понадобится все оружие, имеющееся в ее распоряжении, чтобы отбиться от тех, кто затопчет могилу ее мужа, торопясь прикончить Рэйко. А Полтава давал ей возможность справиться с кем угодно.

«Мудзин» стоил того, чтобы обняться с демоном.