Галактики как песчинки - Олдисс Брайан Уилсон - Страница 43

43

Ты вытер руку и вернулся к остальным, но, слегка побледневшие, они сторонились Тебя.

— И все же я не сильнее вас, — сказал Ты. — Разница вот в чём: я пришёл из вновь созданного мира, вновь выгравированного безжалостными процессами постоянного созидания. А вы — пришельцы из старого мира.

Подумайте о своей Галактике. Сколько ей лет? Вы точно не знаете, но вам известно, что она безнадёжно стара. Истина в том, что она износилась, как со временем изнашивается все. Ничто не вечно. Спросите себя, из чего все сделано? Сгустки энергии, выходящие наружу и становящиеся тем, чем они есть. Эти сгустки с самого начала Времени сходили на нет, делаясь все тоньше и тоньше. Все, что состоит из этой энергии, постепенно истончалось вместе с ней. Огромные магические батареи вашей Галактики действуют бесконечно долго, поэтому все протоны и нейтроны потеряли свою полярность. Они разряжаются и не могут восстановиться. Сталь по прочности стала бумагой, дерево — водой…

Прим перебил его.

— Ты пытаешься обмануть нас! — дрожащим голосом пробормотал он. — Ведь только тебе под силу продавить мрамор пальцами или устоять перед ядом, саблями и бомбардировкой. Мы умрём. Ты держишь нас за дураков?

— Нет, — ответил Ты. — Вы умрёте, как ты и сказал. Вы сами состоите из тех же истощённых атомов, что и все вокруг вас; именно поэтому вы не могли обнаружить этот процесс. Я могу выстоять почти против всего, что вы можете предложить, и только лишь потому, что то, из чего сделан я, — новое. Я — единственный новый фактор в измождённой Галактике.

Ты замолчал и подошёл к Высочайшему. Тот стоял белый, словно мрамор, окружающий его.

— Тот хищный монстр, который раскрыл пасть там, в Космосе… я имею в виду… он… ускорил процесс? — спросил Сюзерен.

— Да… Материя разорвана; пропасть расширяется, чтобы поглотить ваш островок во Вселенной.

Высочайший закрыл глаза. Когда он снова открыл их, его взгляд, словно глаза потревоженной птицы, забегал по лицу Тебя.

— Наши яды бессильны против тебя, — сказал он. — И все же ты можешь жить среди нас. А как же наша пища питает тебя?

Покидая свой мир, я захватил с собой запас калорий, Я не был не подготовленным. Мне, правда, пришлось взять кислородный концентрат.

Затем Ты рассказал Высочайшему о действии концентрированного кислорода на Шаутера, торговца фильмами, поражённого, словно смертельной радиацией, Ты рассказал о пользе, которую принесла библиотека фильмов, обнаруженная Тобою на борту корабля контрабандиста.

— Оппортунист, — произнёс Сюзерен. — Мои тебе поздравления.

Он закусил нижнюю губу, и с минуту стоял молча улыбаясь, будто что-то его насмешило во всей этой истории.

— У тебя есть свободная минутка? Надеюсь, остальные простят нас.

Что-то неуловимое произошло в его поведении. Он жестом подозвал Тебя и повёл к выходу.

Что делал Ты?

Ты адресовал прощальный взгляд группе, чья функция в этой жизни так резко оборвалась, махнул рукой Одноглазому и последовал за Высочайшим.

Сюзерен быстро шёл по коридору, нарушая свою привычную медлительность. Он распахнул ещё одну дверь и вместе с Тобой очутился на балконе, с которого открывался прекрасный вид на гордый город — Новый Союз.

Мягко дул прохладный вечерний ветер; облака затягивали заходящее солнце. Широко раскинувшаяся панорама проспектов и реки поражала странной пустотой.

— Насколько бы ещё затянулся этот процесс истощения, если бы мы не ускорили его? — словно между прочим, спросил Высочайший, опираясь о перила и глядя вниз.

— Он мог растянуться на столетия, — ответил Ты.

Ты почувствовал жалость к нему, ко всем людям, которые смеялись, любили и ненавидели. Все их безрассудства и ограниченность были простительны; примитивные, они пришли из тьмы и снова уходили во тьму, вспыхивая иногда сознанием, чтобы придать остроту своему существованию.

Высочайший глубоко вдохнул вечернюю прохладу.

— Все кончается! Пришло время путешествия в Ничто!

Он снова вздохнул.

— А у тебя будет место в партере, мой друг. Это прекрасное зрелище. Но ты должен успеть вернуться, пока наши корабли не разинтегрировались.

Мягко Ты ответил:

— Всем нужно рассказать, что происходит. Это очень важно.

— Я не забуду.

Сюзерен повернулся и взглянул на Тебя.

— Что заставило тебя прийти сюда? Ностальгия? Любопытство? Жалость? Какие чувства ты испытываешь к нам — теням?

И что за неожиданная слабость заставила слова застрять комком в горле? Почему Ты отвернулся? Чтобы он не видел Твоих глаз?

— Я хотел, чтобы человек сознавал, что случится с ним, — наконец смог выговорить Ты. — Это — мы ему должны. Я… мы… задолжали ему. — Вы — наши отцы… Мы — ваши дети…

Сюзерен нежно дотронулся до Твоей руки и спросил твёрдым голосом:

— Что надо сказать людям Галактики?

Ты окинул взглядом город, расцвеченный огнями, поглядел в вечернее небо. Ты не находил покоя и здесь и в себе.

— Расскажи им снова, что такое Галактика. Не смягчай ничего. Они мужественны. Объясни им ещё раз, что галактики — как песчинки; что каждая из них — космическая лаборатория слепой Природы. Объясни им, как маленькие индивидуальности могут сравниться с целыми нациями. Скажи им… скажи им, что эта лаборатория закрывается. А новая, оснащённая более современным оборудованием, открывается рядом, на соседней улице.

— Им все расскажут, — сказал Высочайший, и тень закрыла его лицо. Тень ночи, упавшей на Старый город и звезды.

Мы — те, которые пришли после вас,Пишем эти строки в вашу честь.Как и вы, в своё время, восславляли Человека.“Да покоится в мире”.