Мегалодон - Альтен Стив - Страница 38

На двухстах тридцати футах мег остановился. Джонас продолжал подниматься — за сетью, которая плавала под килем «Кику» и должна была запеленать чудовище. Он выдвинул механическую руку аппарата и захватил сеть. Потом стал погружаться и тащил ее за собой, стараясь не запутаться в тросе.

Это была обыкновенная рыбацкая сеть для ловли тунцов. По всему ее периметру были прикреплены поплавки, устроенные так, что их можно было надувать и выпускать из них воздух с борта «Кику». Таким образом, когда мегалодон окажется в лагуне, из этих устройств стравят воздух и сеть спадет сама собой.

Джонас опустил «ПБ-I» до восьмисот футов, значительно ниже спящего мега, потом прошел вперед, за хвостовой плавник.

— Macao, у меня все готово, надувайте.

— Поехали, Джонас.

Сеть вздрогнула и стала всплывать, охватывая мегалодона со всех сторон. Все сорок две тысячи фунтов приподнялись, снимая напряжение с гарпунного троса.

— Хорошо, хватит! — закричал Джонас. — Просто великолепно, Macao. Ее не нужно выводить на малую глубину. Я возвращаюсь на борт.

— Подождите, Джонас. Капитан Барр просит осмотреть повреждения в корпусе судна.

— Никаких проблем. На связи. — Джонас отпустил сеть, втянул механическую руку и сделал круг под пленницей. Он чувствовал легкое головокружение и острое удовольствие от того, что все его планы так хорошо удались. Ему хотелось возвратиться на корабль и поговорить с Терри. И тут он увидел, что сделалось с корпусом судна.

СУМЕРКИ

— Футов восемь-девять ширины, — описывал Джонас пробоину.

В корабль попало огромное количество воды, и он получил пятнадцать градусов крена на правый борт.

— Macao, это только начало, — сказал Леон Барр. — Мы задраили носовой отсек, но все болты переборки перекорежены.

— Мы тонем? — спросил Macao.

Барр задумался:

— Нет, водонепроницаемые отсеки пока изолированы, но нам нельзя напрягать судно. А чудище создает большое сопротивление воды, и нагрузка на какой-нибудь проклятый болт может оказаться слишком велика. Поэтому нам придется ползти.

— Леон, сколько нужно времени, чтобы дойти до лагуны? — спросил Де Марко.

— Хм, дайте подумать. Сейчас начало восьмого. Скорее всего к завтрашнему утру, перед самым рассветом.

Де Марко посмотрел на Барра, потом на Джонаса:

— Боже, Джонас, неужели мадам будет так долго оставаться в обмороке?

— Честно говоря, не знаю. У нас нет никаких данных. Я воткнул ей, как мне показалось, достаточную дозу. Должно хватить на двенадцать-шестнадцать часов.

— А если еще раз? — спросил Macao. — Подождать десять часов и выстрелить снова?

— Сдохнет, — уверенно ответил Джонас. — Животное таких размеров нельзя держать так долго под наркозом без необратимых изменений в нервной системе. Нужно, чтобы она пришла в себя и дышала естественным образом, иначе она никогда не проснется.

Macao почесал голову, недоумевая.

— Не такой уж большой выбор. Капитан, сколько людей вам нужно, чтобы управлять судном? Может быть, кое-кого переправить на берег?

— И не думайте об этом, Macao. Винт поврежден, волны бьются о переборку носового отсека — тут мне нужен каждый человек. И еще несколько не помешали бы. Если уж покидать судно, то только всем вместе.

— Macao, у меня есть мысль, — вмешался Джонас. — Кардиомонитор предупредит нас, когда она начнет приходить в себя. Но все-таки мне лучше спуститься на «ПБ-I» и самому наблюдать за гостьей. Начнет просыпаться — отцепим трос и уйдем. Ведь до лагуны не так далеко, черт возьми. Без дополнительного веса мы вернемся довольно быстро.

— Что будет, когда она проснется? — спросил Macao.

— Тут начнется крутое похмелье. Я не удивлюсь, если она пойдет за нами в лагуну.

— Вернее, сама погонит нас туда, — поправил Де Марко.

— Ну а что будет с вами? — спросила Терри.

— В «ПБ-I» я скорее всего буду в большей безопасности, чем вы все, — улыбнулся Джонас.

Macao задумался:

— О'кей, Джонас, берите рано утром «ПБ» и следите за нашей рыбкой. Де Марко, первая вахта у кардиомонитора ваша. При первых же изменениях сразу сообщайте Джонасу. — Macao остановился, прислушиваясь к отдаленному грому. — На нас идет шторм?

В КИЦ вошел Мак, только что посадивший на палубу свой вертолет:

— Нет, Macao, это вертушки с репортерами. Их пять, и летят еще. Думаю, к утру здесь соберется целая куча народу.

Фрэнк Хеллер прервал свою работу и уже в четвертый раз за последний час смотрел теленовости:

...на глубинне двести футов под нами лежи в коматозном состоянии доисторический мегалодон — чудовище, совершившее за последние тридцать с небольшим, дней по меньшей мере две дюжины кошмарных убийств. С нашей позиции отчетливо видна снежно-белая шкура, светящаяся в бликах полной луны.

Тяжело поврежденная «Кику», при ее нынешнем ходе, ожидается в Лагуне Танаки незадолго до рассвета. Программа новостей Девятого канала будет вести наблюдение всю ночь и сообщать последние известия об этом потрясающем событии. Тори Хесс, Девятый канал, прямой репортаж...

— Выключи же наконец, Фрэнк, — сказал Даниельсон.

Они находились в тренировочной каюте «Магната» и занимались сборкой самодельной глубинной бомбы. Даниельсон весь ушел в работу, устанавливая взрыватель на стальном бочонке размером два на четыре фута.

— Ты весь вечер смотришь одно и то же.

— Но ведь ты просил меня выяснить, на какой глубине находится мег, — оправдывался Хеллер. — Уж не хочешь ли, чтобы я нырнул туда сам с портновским сантиметром?

— Ну тогда скажи мне, — Даниельсон опять прервал работу, — как глубоко сидит эта сука?

— По углу камеры я бы сказал, что около стапятидесяти-двухсот футов. Какой диапазон глубин у твоей бомбы?

— Достаточный. А при такой глубине с детонатором не будем никаких проблем. Что касается заряда, то я добавил еще и аматола, — это, конечно, не последнее слово техники, но зато дает сильнейший взрыв. Уж будь уверен, Фрэнк, у меня хватит чем зажарить эту рыбешку. Самое трудное — подойти достаточно близко, чтобы точно сбросить бомбу. Здесь придется положиться на Харриса. Кстати, где он?

— На палубе, — ответил Хеллер. — Ты заметил, что парень не спит по ночам?

— Да, конечно. И я скажу тебе, Фрэнк, что и сам-то я тоже плохо сплю.

Бад Харрис облокотился о поручни правого борта и разглядывал отражение луны на идеально ровной поверхности черной воды. «Магнат» стоял в трехстах ярдах к югу от Лагуны Танака. Бад мог даже рассмотреть бетонную стену огромных ворот входного канала.

— Мэгги, — прошептал Бад между двумя глотками джина. Он посмотрел, как мелкая волна плещет о борт. — Мэгг, ты только посмотри, во что ты меня втянула. Я путаюсь с какими-то флотскими придурками, играющими в войну против этого затраханного чудища. Ты можешь поверить в такое дерьмо? — Бад еще раз отхлебнул джина, допив стакан. — Ах, Мэгг, — горячие слезы потекли у него по щекам, — почему же ты не выбросила эту затраханную камеру? — Он кинул пустой стакан в воду, и возникшая рябь размыла на ней отражение луны. — Да пусть оно все зашибется! Завтра я прикончу это чудище и вырежу у него глаза. — Он повернулся и потащился вниз по спиральному трапу в спальню для гостей. Бад уже не мог больше спать в своих личных апартаментах: там еще пахло ее духами и вообще все столь живо напоминало о ней. Он бросился на по-королевски широкую кровать и забылся.

Секунд через тридцать после того, как Бад отошел от борта, светящийся трехфутовый белый плавник разрезал воду и стал совершать круги около шедшего ко дну выброшенного стакана.

Джонас открыл глаза, его внутренний будильник сработал за несколько секунд до его часов. Он еще лежал в шезлонге, на груди у него под шерстяным одеялом притулилась Терри. Джонас нежно погладил своими огрубелыми пальцами ее мягкие волосы.

— Спи, Джонас, — пробормотала она, пошевелившись.

— Нельзя, мне уже пора.