Мегалодон - Альтен Стив - Страница 46

Джонас нашел то место, которое прилегало к желудку, но не мог обнаружить сделанного им разреза. Паника! Он напрягал глаза, всматриваясь в маленький кружок света, исходившего от фонаря. Наконец увидел разрез, просунул туда правую ногу, потом голову и нырнул вперед, плохо соображая, куда попал и где «ПБ-I».

Он полз на четвереньках, едкий желудочный сок обжигал его голые ноги и руки. Фонарь был уже бесполезен. Джонас надеялся увидеть наружный свет аппарата и молился лишь о том, чтобы тот не соскользнул в кишечник. Внутренние стенки становились слишком крутыми, а оболочка очень скользкой. Он потерял равновесие и свалился на кучу обломков, скопившихся в нижней части желудка. Рука наткнулась на что-то твердое. Это была хвостовая секция «Планера Бездны».

Носовой конус аппарата уже вошел в кишечник, но хвост никак не проходил туда. Схватившись за него, Джонас стал дергать изо всех сил назад, и аппарат начал слегка подаваться. Возбужденный до предела, он уперся пальцами ног и опять всем своим весом потянул назад. Каким-то невероятным чудом нос выскользнул обратно из входного отверстия; этому помогли еще и сотни галлонов непереваренной до конца пищи, давившей в обратную сторону.

В жутковатых отсветах были хороши видны симптомы умирания мега. Мускульная оболочка желудка уже не пульсировала. Непереваренное содержимое кишок хлынуло обратно в желудок, и нарастающий толстый слой поднимал носовой конус аппарата. Единственным выходом наружу был двадцатифутовый пищевод!

Опустившись на колени, он подпер плечами носовой конус «ПБ-I». Напрягая все силы, приподнялся и поставил аппарат под углом к той стенке желудка, которая теперь казалась вертикальной.

Потом он вслепую снова нащупал хвостовую секцию, утопавшую в трехфутовом слое полупереваренной ворвани, погрузил в нее руки, добрался до наружного люка и открыл его. Протиснувшись через жир, с усилием просунул сначала голову, а потом и руки через люк и дальше — в сухой отсек. В конце концов ему все-таки удалось полностью запихнуться в торпедообразный аппарат благодаря тому, что покрывавший его слой отвратительного жира послужил смазкой. Джонас закрыл под ногами люк и встал во весь рост в своей восьмифутовой кабине. Направив наружный свет вверх, он отыскал вход в желудок. Топлива оставалось только для последнего рывка через пищевод.

Джонас передвинулся влево и сместил положение аппарата, стараясь расположить носовой конус точно по направлению движения. Он пристегнулся ремнями, нащупал ручку зажигания и, повернув ее против часовой стрелки, потянул на себя.

Остатки топлива зажглись и вытолкнули аппарат, как ракету, вверх вдоль стенок желудка. Джонас сжимал ручку управления и направлял «ПБ-I» в отверстие пищевода. Нос аппарата проскользнул обратно через вход в желудок и дальше — в заполненный водой тоннель, который и был пищеводом чудовища. В-У-М-М-П! «ПБ-I» остановился как вкопанный. При наружном свете было видно, что вода вокруг перемешана с кровью. Пасть мертвой хищницы оставалась все еще разинутой, но вода не втекала и не вытекала из нее. Впереди маячило отверстие глотки.

«ПБ-I» не мог пройти через пищевод. Джонас догадался, что этому мешает более широкая хвостовая секция. Он чувствовал, как аппарат начал соскальзывать назад, в отчаянии снова потянул рукоятку зажигания на себя... и ничего! Топливо кончилось, ничто теперь не могло помешать «ПБ-I» свалиться обратно в желудок.

Чувствуя свою полную беспомощность, он ударил кулаком по чему-то металлическому. Аварийная катапульта! Откинув крышку, Джонас схватился за рычаг и потянул его на себя. «ПБ-I» вздрогнул от детонации, отделившей внутреннюю лексановую торпедообразную капсулу аварийного подъема от тяжелой хвостовой секции. Прозрачный цилиндр дернулся вверх через затопленный пищевод. Этому помогала и его положительная плавучесть.

Тоннель расширялся. В наружном свете от аварийной капсулы были видны внутренние арки мегалодоновой глотки — будто стены подводного собора. Джонас летел вверх в уже неуправляемой капсуле через перекрученный и заполненный смесью крови и воды туннель пищевода. Уже приближалась разинутая пасть мертвого мега.

Только одно могло помешать освобождению Джонаса Тэйлора из его двадцатитонной тюрьмы — впереди отсвечивали уже безжизненные, но все еще усеянные рядами смертоносных девятидюймовых зубов челюсти.

Челюсти были открыты, но не растянуты, — иными словами, врата ада были открыты только наполовину. Джонас невольно сжался — на него надвигались клыки, пришедшие из страшного первобытного мира.

В-А-А-К!

Гримаса исказила лицо Джонаса, когда лексановая капсула вклинилась между полузакрытыми челюстями. Аппарат застыл в горизонтальном положении между остриями верхних и нижних зубов.

Он не смог пройти через пасть и вместе со своим пилотом оказался пленником в челюстях мертвого чудовища, все сорок тысяч фунтов которого неотвратимо погружались в пучину океана.

ИЗ АДСКОГО ПЕКЛА

Безжизненная туша опускалась хвостом вниз, ее свечение исчезало в черных водах каньона Монтерейской бухты. В мертвых челюстях, как за треугольной тюремной решеткой, застряла аварийная капсула вместе с обреченным человеком, который уже терял из виду поверхность океана. Джонас торопливо взглянул на лот. Тысяча сто футов, и продолжалось быстрое погружение.

Надо было как-то поднимать капсулу наверх. Приготовившись для жима, Джонас с силой надавил всем своим телом вверх, а спиной толкнул внутреннюю стенку аппарата. Капсула заскрипела под клыками, но «ПБ-I» все-таки продвинулся еще на добрых шесть дюймов к выходу из челюстей смерти. Приободрившись, Джонас еще несколько раз сильно ударил по верху капсулы, и она помалу стала продвигаться вперед, на свободу.

Наконец под ужасающий скрип пуленепробиваемого пластика аварийная капсула выскочила из смертельной хватки и, как гелиевый шар, устремилась к поверхности.

С невероятным облегчением Джонас сделал глубокий вдох. Теперь капсула будет всплывать со скоростью шестьдесят футов в минуту, что дает нужную декомпрессию.

Вдруг он увидел, как по корпусу поползли трещины и через поврежденную оболочку начала сочиться вода.

Мак задыхался, ноги у него онемели, и уже не было сил плыть дальше. Что-то кружило совсем близко — он почувствовал это по движению воды и только потом заметил трехфутовый спинной плавник.

— Убирайся к черту, уродина! — заорал он на тринадцатифутовую хищницу. Но хвостовой плавник не переставал бить взад и вперед по воде, даже когда сверху на голову Мака опустился строп.

Пораженный, он посмотрел вверх и увидел военный вертолет. Продев в петлю руку, он отчаянно махал, чтобы его скорее вытаскивали из воды. Коническая голова акулы высунулась на поверхность, когда пилота уже поднимали наверх.

Мак смотрел на своих спасителей, улыбаясь и со слезами на глазах.

— Кто бы мог подумать, это же наш старый добрый флот! Спасает мою бедную задницу после всех этих лет. — Он покачал головой. — Боже, значит, у тебя тоже есть чувство юмора.

Лексановая торпеда продолжала подниматься, но уцелеет ли она? На глубине в пятьсот тридцать восемь футов то, что было тоненькой шестидюймовой трещинкой длиной в шесть дюймов, вдруг удлинилось. Измотанный физически и умственно, Джонас мог только наблюдать за тем, как она поползла по окружности цилиндра.

Сатанинская морда мега все глубже и глубже опускалась в каньон. Джонас смотрел, как свечение сначала затухало, а потом и совсем исчезло в темноте. Он уже дважды спасся от верной смерти. Но чтобы остаться живым, нужно было еще одно чудо.

Давление. Кислород. Давление и кислород. Это всепоглощающее заклинание заполнило его мозг. По какой-то причине капсула поднималась слишком быстро. Джонас знал, что в его крови уже образуются пузырьки азота.

Четыреста футов. Семифутовый лексановый цилиндр, подобно прозрачной ракете, продолжал нестись вверх. Трещины в пластике стали уже разветвляться. Тонкие струйки воды просачивались внутрь капсулы. Джонас понимал, что, когда трещина полностью опояшет цилиндр, он не выдержит громадного давления.