Правила охоты - О'Рейли Виктор - Страница 136

“Яибо” между тем убедились, что попасть в дирижабль и нанести ему действительно серьезный урон — это две разные вещи. Пробитая во многих местах оболочка теряла газ, но пулевые отверстия были слишком малы по сравнению с огромной площадью поверхности всего резервуара. Должно было пройти немало времени, прежде чем утечка газа начнет сказываться на подъемной силе. У летчиков первой мировой войны были те же проблемы с германскими “Цеппелинами”, правда, до тех пор, пока не были изобретены зажигательные снаряды. С другой стороны, “Цеппелины” могли отвечать огнем.

Фицдуэйн посмотрел вниз. Они как раз пересекали береговую линию, и внизу показалась Токийская бухта — отличное место для вынужденной посадки. Самое главное, жителям Токио ничто больше не грозило.

— Ну, где эта железная саранча из преисподней? — спросил Фицдуэйн в свой микрофон. Он хотел убедиться, что бортовой интерком еще работает, а заодно — подбодрить, пока мог, своего пилота.

— Все еще наверху, — отозвался Лонсдэйл. В подтверждение его слов по крыше гондолы снова забарабанили пули, и в потолке появилось несколько новых дырок.

— Насколько я понимаю, они бьют по нам из АК-47 и каких-то девятимиллиметровых трещоток, — добавил сержант. — Крышу пробивают только пули из АК.

— Это очень любопытное наблюдение, Эл, — отозвался Фицдуэйн суховато. — Как ваши дела, Танабу-сан?

— Они скоро догадаются, что нужно стрелять непосредственно по гондоле, — отозвалась Чифуни. — Или хотя бы по двигателям.

— Мы входим в свободную зону, — обрадовал обоих Фицдуэйн, — так что скоро и нам можно будет позабавиться. При условии, конечно, что Эл не станет направлять свое ружье для охоты на гиппопотамов в сторону Токио. Кстати, какая у нее убойная дальность?

— Около восьми миль, — гордо ответил Лонсдэйл. Фицдуэйн содрогнулся, но ничего не сказал. Он честно выполнял требование Паука, но теперь они были над морем. Пора было позаботиться о самообороне. Пора было ответить ударом на удар.

— Вниз! Вниз! Вниз! — крикнул он пилоту. — На максимальной тяге, максимальный угол — вниз!

Пилот отклонил штурвал управления вперед, и дирижабль как с огромной горы заскользил вниз, к мрачной воде внизу. В иллюминаторах Фицдуэйн разглядел огни нескольких судов — их экипажи получат сегодня бесплатное развлечение. Впрочем, он надеялся, что в нужный момент они все-таки догадаются пригнуться пониже.

Вертолет террористов неожиданно появился справа, со стороны Лонсдэйла, и стал уравнивать скорости, чтобы расстрелять гондолу в упор. Поначалу, когда дирижабль резко пошел вниз, Рейко Ошима подумала, что их огонь достиг цели, однако в любом случае нелишним было в этом убедиться. К сожалению, дирижабль падал не на город, как ей хотелось, но все же его уничтожение, безусловно, было бы большой победой.

Расстояние до вертолета равнялось каким-нибудь шестидесяти ярдам. Через свой телескопический прицел Лонсдэйл рассмотрел даже выражения лиц двух террористов, в которых попали его разрывные пули весом по 750 гран [18] каждая.

Он выстрелил еще. В бортах вертолета появились пробоины, а внутри засверкали яркие вспышки — там взрывались пули крупного калибра, — но “Хьюи” продолжал лететь. Это было удивительно: во Вьетнаме такие вертолеты сбивали сотнями. Видимо, в данном случае им попалась или необычайно крепкая машина, или слишком упорный экипаж.

Лонсдэйл увидел, как из распахнутой двери вертолета выпало и рухнуло в воду чье-то тело. В следующую секунду “Хьюи” отвернул в сторону и быстро исчез в темноте. Стычка заняла всего несколько секунд.

Чифуни перешла на правый борт, чтобы помочь Лонсдэйлу, но сразу заработала пулю в плечо. Боль и сила удара заставили се безвольно привалиться к переборке кабины и выпустить из рук “винчестер-магнум”.

Фицдуэйн побледнел и повернулся к ней. На мгновение он увидел ее обнаженной, доверчиво лежащей в его объятиях в тот незабываемый день, когда они занимались любовью.

Выпрыгнув из кресла пилота, он бросился к ней и помог сесть. Убедившись, что рана не опасна, Фицдуэйн наскоро перевязал Чифуни руку, понимая, что, быть может, делает ей больно. К сожалению, на большее не было времени. Быстро поцеловав Чифуни в лоб, он подхватил ее винтовку и проверил магазин. Молодая женщина улыбнулась. Она все еще чувствовала слабость от шока.

Дирижабль тем временем выровнялся и пошел так низко над водой, что гондола оказалась на одном уровне с мостиком нефтеналивного танкера, который шел встречным курсом, направляясь в Токио.

Вахтенные пораскрывали рты, когда огромная черная громадина дирижабля свалилась с неба и устремилась прямо на них, словно собираясь протаранить танкер лоб в лоб. Однако все обошлось. Воздушный корабль пронесся справа по борту с относительной скоростью около восьмидесяти миль в час и исчез за кормой. Как заметил потом помощник капитана, он слыхал про “Летучего Голландца”, но легендарный парусник был слишком мал. Колоссальные размеры дирижабля заставили его вообразить, правда, всего на несколько секунд, что на них налетел какой-нибудь летучий супертанкер.

Фицдуэйн сосредоточил свое внимание на иллюминаторах левого борта. Лонсдэйл прикрывал правый.

Вертолет уже попытался атаковать их сверху и сбоку. Обе атаки не принесли террористам желаемого результата, но они быстро схватывали что к чему. Фицдуэйн был уверен, что в третий раз они зайдут сзади, примерно на уровне гондолы. По его мнению, это было самое уязвимое место, откуда вертолету, к тому же, ничего не грозило. “Хьюи” не мог атаковать снизу, так как дирижабль летел уже слишком низко над водой, а быстрый фронтальный налет не позволил бы “Яибо” обрушиться на гондолу всей огневой мощью.

От нападения сзади не было никакой защиты. Смотровые иллюминаторы располагались только спереди и по бокам. Сзади в глухом моторном отсеке располагались двигатели. Откровенно говоря, Фицдуэйн был немного удивлен тем, что террористы не атаковали их с тыла с самого начала; впрочем, тогда они еще не очень хорошо представляли себе устройство дирижабля, а учиться в бою всегда приходилось в основном методом проб и ошибок. Но он знал, что “Яибо” были способными учениками.

— Полковник-сан! — крикнул ему пилот. Бросившись на помощь Чифуни, Фицдуэйн снял с головы наушники, и теперь летчику пришлось повернуться в своем кресле, чтобы докричаться до него. Слышимость осложнялась еще и тем, что сквозь открытые для стрельбы окна в салон врывался рев двух двигателей, работающих на полную мощность.

Фицдуэйн прошел вперед и низко наклонился, чтобы расслышать, что скажет ему инспектор-сан.

— Фицдуэйн-сан! — прокричал пилот. — Чтобы выполнить наш маневр, необходимо избавиться от лишнего веса.

За спиной Фицдуэйна раздался треск винтовки Лонсдэйла, который безрассудно высунулся из окошка и попытался выстрелить назад.

— Хьюго, они маневрируют, готовятся зайти нам в хвост, — сообщил он. — Обвяжи меня тросом; я высунусь подальше и попытаюсь попасть в них. Пожалуй, у меня получится.

Фицдуэйн на мгновение задумался, пытаясь вообразить себе, каков в этом случае получится сектор обстрела. Лонсдэйл, пожалуй, успеет сделать выстрел или два, но вертолету понадобится лишь чуть-чуть свернуть, и он выйдет из-под огня.

Он сурово посмотрел на сержанта. Они уже обсуждали другой вариант, однако эта идея с тросом заслуживала внимания.

Но Фицдуэйн отверг ее.

— Будем придерживаться плана Б, — сказал он. — Пилот-сан хотел, чтобы мы избавились от мертвого груза, иначе ему не хватит подъемной силы. По моему сигналу выбрасываем за борт все что можно. Тогда у нас появится хорошая возможность для ответного удара. Надо только постараться не промазать.

Лонсдэйл ухмыльнулся.

— Это отчаянный трюк, но вы, в конце концов, отчаянный человек, — заявил он.

Фицдуэйн улыбнулся в ответ.

— Тогда за дело!

— Берджина и мертвого пилота тоже? — спросил Лонсдэйл.

Фицдуэйн заколебался, но сзади раздался звонкий шлепок вонзившейся в переборку пули. “Хьюи” выбрал позицию и открыл огонь. Времени больше не оставалось, и если бы террористы добились своего, их бессмысленное благородство вряд ли чего-то стоило бы. И все же…

[18] То есть по 48,6 г.