Забавы Палача - О'Рейли Виктор - Страница 68

— Они начали прочесывать банки данных “Комиссара” и обнаружили кое-какие любопытные закономерности. Затем расширили поиски — Штаты, Ближний Восток и так далее. В результате появилась такая гипотеза: разрозненные на первый взгляд теракты последнего десятилетия — звенья одной цепи. И за всем стоит один человек. В преступлениях обнаружились общие черты: изощренная жестокость, своеобразный черный юмор, жестко выдержанная генеральная линия. Кроме того, налицо пристрастие к определенным видам оружия — например, к автоматическим пистолетам “скорпион” и минам направленного действия “клеймор”.

“Троги” называют таинственного главаря транснациональным террористом. Они говорят — и, возможно, это не шутка, — что он мыслит и действует, как выпускник Гарварда, имеет, вероятно, золотую кредитную карточку “Америкен-экспресс” и личный счет в одном из крупнейших банков мира. Он работает на глобальном уровне через целую сеть различных мелких организаций. — Он усмехнулся. — Шутники из БКА прозвали его Снежным Человеком. Они издеваются над Хенсеном и считают, что он спятил. “Троги” говорят, что единственный способ доказать нашу правоту — поймать этого мифологического дракона. Поэтому они вынуждены действовать в обход бюрократической процедуры. Кстати, по их мнению, очень вероятно, что дракон базируется в Берне. Похоже, имеет смысл начать отсюда, так как кое-что указывает на этот город. Вспомни хотя бы джентльмена, которого ты сбросил с моста. И эту красавицу на шахматной доске. Короче, отроги” предлагают высадить тут небольшой десант. Все, что им нужно, — это пара комнат, хорошая связь и несколько компьютерных терминалов. Для связи с “Комиссаром” они поставят защищенные модемы и другую технику.

Он окинул взглядом комнату, где они сидели, и улыбнулся.

— Ну ты и ловкач, — покачал головой Фицдуэйн. — А что скажет бернская полиция?

— Это неофициальная операция, и на нее имеется неофициальное согласие, — сказал Килмара. — Шеф Макс Буизар настроен скептически. Следователь фон Бек пылает энтузиазмом. Собственно, он да еще твой приятель Медведь и есть наши главные союзники. На всякий случай мы решили действовать сообща — Швейцария, Германия и Ирландия. Случись скандал — ответственность падет на спецслужбы сразу трех стран, а в таком случае дело легче замять. Обычный дипломатический ход.

— Кого ты пришлешь? Гюнтера? Он большой любитель компьютеров.

— Новому человеку понадобится время, чтобы войти в курс дела, — сказал Килмара. — Во всяком случае, Медведь и фон Бек настаивают на твоей кандидатуре. Шеф уголовной полиции говорит: ты заварил эту кашу в Берне, ты и расхлебывай. Настаивает, чтоб ты получил официальный статус. Парни из ФБР сгорают от любопытства: что ты еще выкинешь. Участие в борьбе против терроризма им не помешает — оно очень благоприятно сказывается на их бюджетных ассигнованиях, а если эти ребята не катаются на “порше” последних марок и не летают на самых новых вертолетах, они чувствуют себя обездоленными.

Короче говоря, я предлагаю тебе официально заняться этим делом. Мне сдается, что мы держим в руках разные кусочки одной мозаики. А мне нужен человек, который успел здесь обжиться и которому я могу полностью доверять. И потом, у меня просто нет свободных людей. Ну, что скажешь? У тебя будет официальный статус, а он весьма кстати человеку, вокруг которого громоздятся горы трупов.

Фицдуэйн вздохнул и развел руками. Глаза его заблестели.

— Все это очень заманчиво, — сказал он, — но уж больно попахивает Вьетнамом.

— Перестань. Во Вьетнаме ты воевал с фотоаппаратом. Ну что — согласен?

— А почему бы и нет? — сказал Фицдуэйн. — Мне еще никогда не доводилось работать в одной упряжке с Медведем и суперкомпьютером.

— Мы назовем операцию “Проект К”, — сказал Килмара, — в честь твоего нового местожительства. Он протянул Фицдуэйну объемистый пакет.

— Пасхальный подарок.

В пакете были бутылка ирландского виски, пятьдесят обычных на вид патронов для дробовика и легкий кевларовый бронежилет.

— Стандартное снаряжение туриста, отдыхающего в Швейцарии, — улыбнулся Килмара.

Фицдуэйн удивленно посмотрел на него.

— Откуда вы узнали про дробовик?

— Фон Бек сказал, что ты таскаешь его в футляре для фотоштатива, — ответил Килмара. — И потом, я помню о твоих оружейных пристрастиях еще со времен Конго.

— И по-твоему, все это может мне понадобиться?

— Кто знает. Но, случись что, кредитная карточка вряд ли поможет тебе в перестрелке.

Фицдуэйн повертел в руках патрон. На нем была маркировка “XR-18”.

— Что это значит?

— Экспериментальная серия, — пояснил Килмара. — Сами сварганили. Как ты знаешь, дробовик на расстоянии более пятидесяти ярдов малоэффективен против человека. А если ты не дурак, то вообще не станешь стрелять дальше, чем с двадцати пяти. Твердая пуля бьет дальше, но точность хуже. Мы разработали патрон со сбрасывающейся оболочкой, который способен поражать торсовую мишень с двухсот ярдов. Кое-чем начинили пулю — жидкий тефлон и другие хитрости. Короче, бьет — и неплохо.

— Годится и на дракона? — улыбнулся Фицдуэйн.

Кадар держал в руках цветок. Один за другим он обрывал лепестки и следил, как они, покачиваясь, падают на траву. Уже тронуты тлением, подумал он. Скоро они снова возвратятся в землю, и их соки будут впитаны корнями новых цветов. Потом явится какой-нибудь делец и нарушит это круговращение, положив в землю несколько тонн железобетона. Даже на заботливо сохраняемый Берн наступают с окраин бетонные коробки. Слава Богу, что хоть старый город не трогают.

Кадар подумал, что следует пожертвовать небольшую сумму в Фонд охраны Берна. Если он террорист, это еще не значит, что ему безразлична окружающая среда. Бедная старушка Европа скоро вообще превратится в экологическую пустыню: в реках ртуть, с неба льют кислотные дожди. Говорят, половина жителей Рурской долины уже бесплодна. Да, слишком много людей и слишком мало места. В этом отношении убийство нескольких человек — благо. Мать сыра земля, похоже, не сдюжит, если ее не будут защищать с автоматом. В “Гринпис” надо тоже что-нибудь перечислить. Кадару не улыбалось провести остаток дней при радиоактивном фоне, свечение которого обеспечит людям возможность читать по ночам, не зажигая лампы. И потом, ему нравились киты.

— Время навести чистоту, — сказал Кадар. — Как вы знаете, я не люблю беспорядка. А проект “Герань” тем более должен быть безупречен.

— Когда? — спросил один из пяти молодых людей, полукругом сидевших перед Кадаром. Это был ливанец, который в свое время работал на ООП, пока однажды в Испании на его глазах стараниями “Моссада” не взлетел на воздух бронированный “мерседес” с его связным и двумя телохранителями. Он прекрасно знал Берн, как, впрочем, и остальные, жил с я фальшивым турецким паспортом, ненавидел немецкие автомобили и всякий раз вздрагивал, когда мимо проезжали такси марки “мерседес”. Он любил Берн, потому что здесь можно было куда угодно добраться пешком или в крайнем случае на трамвае, если поджимает время. Убивать приходилось по расписанию. Работавшие на Кадара быстро приучались к пунктуальности.

— У каждого свое расписание, — сказал Кадар. — Но вся операция продлится не более двух недель. Потом мы встречаемся в Ливии, чтобы вплотную заняться подготовкой к осуществлению проекта “Герань”. К концу мая все вы разбогатеете.

Кадар открыл свой рюкзак и вещевой мешок, достал пять пакетов и вручил по одному каждому из террористов.

— Здесь вы найдете оружие и конверт. В нем — маршрут следования, билеты и подробные инструкции. Прочтите прямо сейчас; если возникнут вопросы, я отвечу.

Зашуршала бумага — это террористы вскрывали конверты. Одна из двух женщин воспользовалась откидным лезвием, которое выскочило у нее из потайного местечка на внутренней стороне левого предплечья. Эту женщину звали Сильвия, и она проходила подготовку во французской группе “Аксьон директ”. Сильвия прочитала инструкцию и посмотрела на Кадара. Лицо его было бесстрастно. Он спокойно смотрел на подчиненных.