Контора Игрек - Орлов Антон - Страница 91

– На свалку?

– Нет. Я научусь телепортироваться.

– М-м, вот это уже сомнительно… Не скажу, что я в восторге от твоего пророчества, но я принадлежу к расе, которая не слишком боится смерти. Как я умру?

– Я уже говорил. Тебя убьет огненный шквал.

– Надеть, что ли, завтра огнеупорный скафандр?

– Это будет не завтра.

– И на том спасибо. Поль… а приговоренный к смерти имеет право на последнее желание?

– Нет. Вспомни Саймона Клисса.

– Фласс, ну сколько можно! Я искренне сожалею об этом, я раскаиваюсь, неужели ты не видишь?

– Вижу. Но раскаиваешься ты совсем не в том, в чем нужно.

– Не понимаю, что ты хочешь сказать.

– Ты раскаиваешься в том, что сделал неверный ход и упустил свой шанс, только и всего.

– Конечно. И поверь, я жестоко страдаю из-за своей ошибки. В чем же еще я должен раскаиваться?

– В том, что ты истязал беззащитного человека. Дошло?

– Разве я тебя истязал? Да, я уложил тебя в «кокон», но у тебя ведь начался токсикоз после передозировки хминка, и ты прекрасно об этом знаешь. Право же, ты рассуждаешь как ребенок.

– Я имею в виду не себя, а Саймона Клисса.

– О, Фласс, это невыносимо… Тина, ты слышала, что сказал этот сумасшедший?!

– Отстань, – сквозь зубы бросила Тина, отражая выпад робота. – Не видишь, я тренируюсь.

– Отчеты ежеквартально писать – это, ребята, святое, основа всего, вроде как закон всемирного тяготения! Это не нами заведено, и не нам ломать. Против традиции не попрешь, поэтому даю вам четыре дня, и чтоб каждый боец «Команды Игрек» в срок сдал мне отчет по установленной форме, это приказ. Или кто-то здесь легкой жизни хочет? Кирч, неуставную физиономию отставить!

Раз Маршал сказал – значит, надо, но зачем Команде Сильных все эти бюрократические заморочки, вот чего Римма не могла понять. Она-то надеялась, что это осталось в прошлом. Но Маршалу виднее, приказы не обсуждаются.

Мыслеусилитель был готов, провести первое испытание Маршал собирался в ближайшее время. В радиусе действия – несколько лагерей туристов, да еще тергаронское подразделение, которое находится на марше в гиблом скалистом краю, изрезанном пересохшими каньонами.

Туристам Римма не сочувствовала – лоботрясы, которым все бы в игрушки играть, а солдат ей было жаль: это же крутые ребята, не слабаки. Но Маршал слушал не ее, а Грушу, а тому не терпелось посмотреть, какие реакции проявят в ходе эксперимента представители разных социальных групп, и он категорически отсоветовал ждать, когда тергаронцы выйдут из зоны поражения.

Угрюмая, в глубине души разочарованная – все идет не так, как ей мечталось! – Кирч отправилась в близлежащий лагерь ролевиков. Яркий городок, заметный издали посреди залитой солнцем серой пустоши, раздражал своим вызывающим легкомыслием. В нем было что-то дразняще-аттракционное, и Римме хотелось, чтобы на него обрушился ураган или еще какое-нибудь стихийное бедствие, – тогда бы здешние обитатели узнали, что почем!

Разноцветные модульные домики и украшенные голограммами палатки, беспечные лица, умопомрачительное бутафорское оружие… Над Кирч тут уже начинали посмеиваться, а ее речи слушали, как байки. Здесь постоянно рассказывали байки, и Риммина агитация тонула в океане всевозможной пестрой ерунды; никто не понимал, что вместо детской игры, где все понарошку, она предлагает игру на порядок более серьезную.

Вот и сегодня в трактире «Бешеная бочка» (домик из полых пластиковых бревен, имитация древесины) ее даже слушать не стали. Все обсуждали свежую новость – или свежую байку, здесь это одно и то же. Оружейник Влад и его подмастерье Джек – тот, что недавно усидел на спор две бутылки «Хакерской», не закусывая, – с утра пораньше носятся по всему Вьянгасу и ищут Золушку. Ну, не Золушку, а какого-то гениального рисовальщика, который приходил к ним вчера вечером заказывать меч. Он захотел, чтобы оружие изготовили по его собственному эскизу, и на месте набросал целую кучу эскизов с массой оригинальных деталей, Влад и Джек только рты разинули. Те, кому Влад показывал рисунки, говорили, что это супер. Влад простить себе не может, что свалял дурака: предложил ему место своего помощника, а надо было звать в долю. Если кто знает этого парня – дизайнер просил передать, что готов платить ему, кроме зарплаты, приличный процент с каждого заказа, и потом, на Ниаре, они могли бы продолжить сотрудничество (у него ниарский выговор, и Влад тоже с Ниара). А тому, кто поможет его найти, оружейники выпивку поставят! Приметы: парень лет двадцати пяти – двадцати восьми, высокий и стройный, светлокожий, светловолосый, носит желтые контактные линзы, руки очень ухоженные, на ногтях лак, и еще от него пахло дорогими духами.

Вначале Римма слушала вполуха, раздраженная тем, что пустячное событие и обещанная Владом и Джеком дармовая выпивка вызывают больше интереса, чем ее рассказы о Команде Сильных. Потом в голове у оперативника Кирч что-то тихонько щелкнуло, и она стала слушать внимательно.

Разыскала Влада, попросила посмотреть рисунки. Дизайнер предупредил, что по всем эскизам уже сделаны заказы, мигом расхватали, но, если она хочет, можно что-нибудь скомбинировать. Полузвери-полуцветы, прихотливые отталкивающе-чувственные узоры… Кирч все это не нравилось – как будто над ней издеваются, и в то же время хотелось рассмотреть получше, ничего не пропуская. Она протестующе засопела: не хватало еще, чтоб ее всякая гадость завораживала! Этот парень цены себе не знает, сказал Влад, такая работа хороших денег стоит, а он взял фломастер – и небрежно, с насмешливой улыбочкой, словно это детская забава… И отдал за просто так.

«А может, наоборот – слишком высоко себя ценит? Наконец-то назревает заварушка! Настоящая заварушка, не то что Грушины каверзы. Без врагов можно закиснуть… Но почему он так по-глупому выдал свое присутствие? Или это неспроста и тут кроется какая-то ловушка?»

Лиловатая скала, похожая на рояль, заслоняла перспективу с темным прямоугольником, приметным издали среди известняковых складок и серых пятен кустарника. Тина и Поль сидели в тени, у ее подножия. Оба в бронекостюмах с покрытием «хамелеон», Тина с мечами за спиной, Поль без оружия, как и собирался.

И вчера вечером, и сегодня утром Лиргисо донимал Тину ехидными замечаниями насчет ее экипировки. Мол, к таким мечам нужна не спецназовская броня, а что-нибудь узорчатое, декоративно-сквозистое – символические доспехи, едва прикрывающие стройное обнаженное тело, и побольше браслетов, и диадема поверх распущенных волос, и непременно изящные сапожки, украшенные стразами. Тогда Тина будет выглядеть стильно, совсем как персонажи тех фильмов, где все дерутся на мечах.

На сапожках он настаивал всерьез, нарисовал, какие они должны быть, и предлагал заказать в Абиене. Тинины ботинки вызвали лавину ядовитых восклицаний и уничижительных сравнений, но Тина сказала, что таким способом он ее заказать сапожки не вынудит, а будет продолжать в том же духе – она ему нюхалку расколбасит. Цитата из лексикона бойцов «Конторы Игрек» заставила Живущего-в-Прохладе онеметь. Фласс, этого он от Тины не ожидал! Но для лекции о чистоте языка не было времени, и последнее слово осталось за Тиной.

Сюда они телепортировались, и потом Лиргисо в одиночку телепортировался к базе. По плану, он должен вывести из строя оружие, транспорт и средства связи, после чего вернется за Тиной и Полем, и они отправятся туда уже втроем.

– Долго его нет. Можешь определить, с ним все в порядке?

– Не могу. Он же заэкранирован.

У них были гиперпередатчики и «торпеды» для связи с Хинаром. В крайнем случае, тот за ними прилетит – если Живущий-в-Прохладе будет ранен и без сознания либо по какой-то еще причине не сможет телепортироваться.

Поль сказал, что Лиргисо их не подставит, они нужны ему живыми, а вот обеспечить Маршалу лазейку для бегства – это с него станется.

– Когда будем около базы, прежде всего проверь машины. Думаю, он грохнет все, кроме одной.