Незийский калейдоскоп - Орлов Антон - Страница 138

В горле как будто ломкий лед, и поэтому невозможно объяснить Тине, что происходит. Он и сам не понимал, что происходит. Он был сейчас не собой, а Полиной Вердал, и два мира, видимый и невидимый, наслаивались друг на друга.

Главное — удержать эту черную с кровавой пеной волну, которая уже поглотила базовую личность, но наткнулась на препятствие, когда та последним усилием воли активировала Полину Вердал и передала контроль ей. Тихая, замкнутая, неагрессивная Полина готова была скорее умереть, чем кого-то серьезно обидеть, и это непонятное, невесть откуда взявшееся, не могло ее подчинить. Только горло забито колотым льдом, и мозг внутри черепной коробки трясется, как студень, и перед глазами кружатся хлопья багрового снега.

Теоретически, если надолго задержать дыхание, можно довести себя до обморока, но этого делать нельзя, это сорвет осуществление плана. Это на крайний случай, если даже Полина не сможет больше противиться такому естественному желанию убивать, резать, рвать на куски все живое…

Ртутная статуя с женской головкой, окутанная видимым лишь для Полины лучистым ореолом, подняла руку с передатчиком и спросила:

— Ольга, тебе нужен каталог с образцами красок «Лапишуну»? Я могу попросить у них.

Фраза-сигнал.

Поль отступил подальше от Тины, в центр пустого пространства.

Поплохело Саймону еще в коридоре, когда он вспомнил о том, что Лагайм не только «сканер», но также и обученный киллер. Он же всех тут положит… Где гарантия, что Саймон Клисс не окажется в числе жертв? Нет никаких гарантий, Преисподняя не знает, что такое гарантии. И сбежать нельзя — Кирч донесет, тогда его расстреляют, как Гулера.

С трудом переставляя непослушные пудовые ноги, Саймон вошел вместе с Риммой в круглый ультрамариновый зал с хороводом стрельчатых арок. Кирч, сделав вид, что оступилась, напоролась на иголки тихаррианина и начала скандалить; она выполняла свою работу грамотно, без осечек, так что Клиссу оставалось только топтаться рядом в ожидании, когда «сканер» перейдет к действиям и можно будет дать деру.

Взгляд обшаривал зал, выискивая потенциальные укрытия, и при этом Саймон не мог не отметить, какая пакость кишит за арками: гигантские слизни с Жела, кесолиане, издали похожие на людей, но с противной белесой шерсткой на лицах и на руках, пританцовывающие на своих щупальцах синиссы. Вдобавок за теми арками, где синиссы, по стенам ползали какие-то светящиеся твари — пока не присмотришься, не разберешь, живые или автоматика.

Некстати всплыло в памяти, как Лиргисо рассказывал о своем любовном приключении с синиссом. Потом Саймон взглянул на «сканера» (тот стоял столбом, с полуприкрытыми глазами, словно ему впрыснули не чьюлуск, а легкое снотворное) и вспомнил непристойную гравюру с его изображением в салоне яхты Лиргисо.

Омерзительные ползучие светильники, синиссы, Поль Лагайм — такая концентрация всякой гадости в одном месте оказалась для Саймона почти убийственной. Он ощутил пока еще слабые рвотные позывы и шагнул к терминалу: нажать на кнопку с красным крестом и потребовать противорвотную пилюлю. Тут один из синиссов решил сделать для Риммы Кирч как лучше и тоже устремился к терминалу.

Боже, они ведь почти столкнулись! Саймон увидел совсем близко глянцевую, с еле проступающим муаровым рисунком, кожу синисса, ощутил его странный терпкий запах. Можно представить, что Лиргисо и тот синисс друг с другом вытворяли… Заслон, под гипнозом внедренный Грушей в сознание Клисса, чтобы оградить его от боли перенесенных психических травм, такого удара не выдержал. Саймона охватила паника, неописуемая смесь паники и тоски, а желудок окончательно взбунтовался, и его вывернуло прямо на пол.

Склочный тихаррианин тут же прицепился к этому и обвинил его в расизме. Прикинув, что протокол, разбирательство, выяснение личности — это штатному сотруднику «Подразделения Игрек» без надобности, Саймон утер губы рукавом вечернего костюма и прохрипел:

— Извиняюсь, это не в ваш адрес. У них там лампы по стенам ползают, а я простой фермер…

Вышло не совсем то, что надо — тихаррианин заткнулся, зато теперь возмутился синисс:

— Вы хотите сказать, что выразили таким образом свое отношение к нашей продукции? Это провокация! Прошу всех быть свидетелями, этого человека наняли наши конкуренты!

Саймон попятился от него и взвизгнул, срываясь на фальцет:

— Не лезьте ко мне и не прикасайтесь!

— Леди, прошу вас, помогите его успокоить! — воззвала Римма к Тине Хэдис. — Припадочный у меня благоверный, видите? Он за себя не отвечает!

На этот раз Тина отреагировала и подошла к ним.

— Леди, вы же доктор? — продолжая играть деревенскую простушку, пролепетала Римма. — Мне сразу показалось, что вы доктор, если носите с собой баллончик с лекарством. Помогите ему, он вас послушает и успокоится, докторов он уважает. Больной он, и нечего на него сердиться!

Синисса такое объяснение удовлетворило, он тоже заткнулся. Похожий на золотую черепаху робот начал собирать с пола рвоту. Чертов «сканер» по-прежнему бездействовал, словно издевался.

— Мне уже лучше, — торопливо сказал Саймон киборгу. — И лампочки у них классные, такие бы на елку или к нам в свинарник. Доктор, я просто что-то не то съел. Наверное, колбаса была из ушей…

— Я не врач. Может, вызовем медиков «Сиролла»?

— Так им же деньги платить… — Саймон изобразил испуг убежденного скопидома. — Они у меня где, лишние деньги? То, что я съел, уже само наружу вышло — вон, видите, роботы прибрали.

«Ты, рыжий ублюдок, будешь убивать или нет? Давай же, начинай, сейчас-то тебе кто мешает? С синиссов начни, в самый раз будет!»

— Медицинская помощь на «Сиролле» бесплатная, точнее, ее стоимость входит в цену пригласительных билетов, — возразила Тина.

— А?.. Вот оно как, то-то я думал, чего здесь билеты такие дорогие… Говорят… а-а… э-э…

Саймон поперхнулся и вытянул руку, показывая, но Тина Хэдис — вот же тупица! — продолжала смотреть на него и не спешила оглядываться. Зато синиссы, желийцы и кесолиане попятились под защиту своих арок, а Кирч пошевелила пальцами, словно хотела выхватить из кобуры оружие, но, вспомнив, что такового при ней нет, отступила за спину покрытого колючками тихаррианина, а морщинистый грибовидный субъект распахнул свой складчатый плащ, подметающий пол, и оттуда сверкнула молния. Она ударила в человека в тяжелой десантной броне, который появился посреди зала, но повредить ему не смогла — такие армейские костюмы снабжены изолирующим слоем. Запахло озоном.