Игра на минном поле - Тамоников Александр Александрович - Страница 42

– Если он кому-то будет нужен, твой рапорт, – Белоногов вдруг сменил тон. – Ладно, Валера, не горячись. В конце концов просчитать Хатима должна была Служба внешней разведки. Но ты пойми, я не могу валить все на Александрова. Ты давай проконтролируй переговоры, и как только делегация вернется в Кабул, отзывай из Ак-Табаза своих парней для эвакуации. В Москве разберемся, что к чему. Кстати, как это Хакеру удалось расшифровать переговоры Хатима с Джемалом ад Дином?

– Он получил программу от своего товарища из Франции.

– Что? – В голосе Белоногова звучало крайнее удивление. – Что ты сказал? Из Франции?

– Да. У Хакера там остался товарищ, компьютерный гений. Он и создал программу, позволяющую пробивать защиту ультрасовременных японских станций.

– И ты дал разрешение на работу с секретным материалом?

– Дал. У меня не было другого выхода. Но на счет секретности не беспокойтесь. Товарищ Хакера не знал, для чего реально Лерою потребовалась эта программа.

– У меня просто нет слов. А посоветоваться со мной ты посчитал излишним?

– Вы бы не разрешили выход на постороннее лицо.

– Конечно, не разрешил бы. Потому что нужную информацию ты мог получить от своих людей, что в принципе и произошло. На кой черт нам сейчас нужна эта программа?

– Ее все равно бы пришлось создавать.

– И создали бы, но у себя. А теперь… я даже не знаю, что произойдет, если товарищ Хакера, гений, как ты говоришь, возьмет и рассекретит твою группу. Разнесет по всему миру, что Лерой служит в каком-то особом отряде, вместе с представителями некоторых других стран тайно работает в Афганистане. Скорей всего, дело закончится трибуналом.

Седов спокойно ответил:

– Ну, значит, пойду под трибунал.

– Не ожидал от тебя. Узнай у Хакера, как найти этого товарища.

– Вы решили убрать его?

– Изолировать.

– Вот тогда он точно разнесет по всему миру информацию по отряду «Z». И еще до того, как оказаться в Москве. Не надо трогать этого француза. Ничего он не сделает.

– Уверен?

– Я похож на идиота, который сам кладет голову на плаху? Или думаете, дал разрешение Хакеру, не обсудив с ним все возможные последствия контакта?

– Все, Валера, не хочу ничего больше слушать. Работай, но если всплывет французский гений, защитить тебя я не смогу. Потому как окажусь на гражданке. И это в лучшем случае.

– Да ничего не будет, Дмитрий Сергеевич.

– Работай. До связи!

Седов не успел выключить станцию, как прошел сигнал вызова.

– Да?! – ответил Валерий.

– Бек!

– Слушаю!

– Переговоры назначены на 9.00 завтра, сейчас делегаты и боевики ужинают. Наши неплохо играют. Если так пойдет и дальше, то завтра они спокойно уедут в Кабул.

– Хатим не выставил дополнительного охранения?

– Нет!

– Ты смотри там, Бек, Мирза Хатим может в любую минуту направить на прочесывание лесополосы своих духов. И трогать их, равно как и быть обнаруженными, вам нельзя ни в коем случае.

– Я все прекрасно понимаю.

– Где находятся Влас, Грач и Шахри?

– В овраге у машины.

– Это правильно, нечего им шарахаться по лесополосе. Через час жду доклада об обстановке. Все!

– Принял. Отбой.

Седов передал трубку Лерою.

Французский капитан проговорил:

– Напрасно вы доложили генералу о Жане. Только неприятности заимели. И разбор ситуации в будущем.

– Я взял ответственность на себя? Взял. Так какого черта ты, Хакер, лезешь не в свои дела?

– Жан не знает, для чего создавал программу.

– Верю. Поэтому и доложил о нем Белоногову.

– Но…

– Все, помолчи. Смотри за объектом!

В кишлаке Ак-Табаз обстановка была спокойной. После обильного ужина было решено начать переговоры утром. Делегатов устроили в просторной комнате. Никто из них ничего лишнего не сказал, понимая, что помещение, которое им отвели для отдыха, наверняка прослушивается коварным Хатимом. Мирза тоже, переговорив с помощником, ушел в женскую половину дома к молодой наложнице Афрузе. Озбек с Грачевым, сменившим в первой подгруппе снайпера прапорщика Котенко, прослушивали дом и наблюдали за кишлаком. Охрану Хатим не усилил, даже у лесополосы машину с патрулем не выставил. Двое боевиков несли службу внутри усадьбы, один у ворот, остальные, как и делегаты, отдыхали. Быстро стемнело. Озбек дважды выходил на связь с Седовым и докладывал об обстановке. Ничего не грозило спокойствию спящего кишлака.

Озбек передал наушники Грачеву, сам же прилег в подготовленную нишу отдохнуть, и в это время с востока донесся гул приближающихся автомобилей. Их было минимум два.

– Что за черт! – проговорил турецкий капитан.

Он подполз к Грачеву, толкнул в бок. Тот снял наушники:

– Ты чего, Бек?

– Ничего не слышишь?

– Хм, похоже, к кишлаку едет небольшая колонна.

– И чтобы это значило?

– Ты у меня спрашиваешь?

– У себя. Странные гости, не находишь?

– Ну, может, кто-то едет в Кабул.

– Ночью?

– Чтобы к рассвету попасть в город. Торгаши какие-нибудь.

– До рассвета им по шоссе не пройти, остановят блокпосты, патруль.

– Остановят – встанут, дождутся рассвета и поедут дальше. Если у них нет оружия, наркоты, что проверят американцы или еще кто-то из сил коалиции, то колонну не тронут. Попридержат до окончания комендантского часа и отпустят. А то и раньше отпустят, если афганцы подмажут.

– Что-то до этой ночи никакие торгаши здесь не проезжали, – сказал Озбек.

– Чего, Бек, гадать? Скоро все станет ясно.

– Надо ребят в овраге поднять.

– Для чего? Пока рано.

– Ладно. Я смотрю, ты прослушивай усадьбу.

Вскоре в кишлак въехали пикап и грузовой автомобиль, в кузове которого находилось не менее двадцати вооруженных автоматами, пулеметами людей. Колонна остановилась возле усадьбы Хатима. Люди спешились и разошлись вокруг забора, заняв таким образом круговую оборону. К старшему колонны вышел помощник Хатима Шади.

Грачев услышал в динамиках:

– Ассолом аллейкум, Наджиб, – Шади пожал руку старшему колонны.

Тот ответил:

– Ва аллейкум ассолом, Анвар. У вас все готово?

– Да, сейчас разбудим русских, загрузим их в пикап и начнем отход. Наши все на ногах.

– Дом бросаете?

– А зачем он теперь нужен? Да и не тронет его никто.

– Ну, это дела Мирзы. Нам надо до рассвета вернуться на базу.

– Вернемся. Дел-то на цент.

– Уверен, что делегацию не пасут агенты русской разведки?

– Даже если пасут, то пусть видят, как их высокопоставленных чиновников захватят в плен. И пусть передадут об этом своему начальнику.

– Вы могли и сами вывезти русских, для чего вызвали нас?

– Ты, Наджиб, говорил об агентах, я сказал, что они могут быть, но не сказал, сколько их может быть здесь. Твой отряд – гарантия, что никто не помешает нам вывезти русских.

– Понятно. Это правильно. Хатим умный человек. Вот только знаешь, Анвар, не нравится мне, как он поступил с братом. Мог бы обойтись и без спектакля, устроенного в Ак-Табазе.

Шади ответил:

– Хатим знает, что делать.

– Ты прав. Нам не стоит вмешиваться в его дела.

Грач повернулся к Озбеку:

– Доигрались, твою мать.

Он сдвинул один наушник за ухо.

– Что там? – спросил Озбек.

– С колонной прибыли духи для вывоза куда-то нашей делегации. Хатим решил захватить ее в плен.

– Но почему?

– А я знаю? Скорей всего, прочухал, сука, что раскрыт. Вот и пошел на захват заложников. Да каких заложников?! Советника президента, двух генералов и сотрудника посольства. Ну, последний не особо нужен, зато другие?! Они стоят очень дорого.

– Я докладываю о ситуации Седому.

– Погоди! Дождемся, когда колонна уйдет.

– Мы выпустим духов из кишлака?

Грачев не без удивления посмотрел на Озбека:

– Ты не перегрелся, Бек? Что мы вчетвером, без гранатометов, можем сделать? У противника рыл тридцать, если не больше. Стволов всяких, да они нас из одного пулемета на выходе из «зеленки» положат. Или ты думаешь, Седой отдаст приказ остановить духов в столь невыгодных условиях? Командир на потери не пойдет.