Мой личный чародей (СИ) - Анненкова Ирина - Страница 40

— Дети у гномов очень быстро растут и постоянно хотят есть, — негромко пробормотал Аллардиэль, выкладывая последние съедобные коренья на чистый лист лопуха. — Эй, погоди-ка! Положи обратно, а то твоей сестре ничего не останется!

— А что, больше ничего нет? — непритворно удивилась старшая гномиха.

— Потерпи, и мы ещё приготовим, — строго ответила я, подсушивая и зажигая заклинанием сложенный горкой валежины. — Ты, кстати, ещё не сказала, как тебя зовут.

— Кадри, — небрежно буркнула мелкая, уставившись на весело горящий костерок. — Ух, ты! Никогда такого не видела! Это что, ваша орочья магия? Я один раз видела орка! Нет, два раза. А что ты ещё умеешь? Ты меня научишь?

Сказать, что у меня отвисла челюсть — это не сказать ничего. Мне показалось, что я больше никогда не сумею закрыть разинутый от изумления рот. Нет, я, конечно, понимала, что после плена у змеевих и почти целой седмицы, проведенной в пути, я выгляжу далеко не лучшим образом, и никакие чары мне тут не помогут. Но чтобы меня приняли за орчанку?! В книжке, которую мне подсунул Дар, было несколько красочных иллюстраций, изображающих представителей этого, вне всякого сомнения, достойного народа….

Мда…. Вот уж не думала, что у меня отросли клыки! А это, надо заметить, ещё далеко не самая отталкивающая черта внешности орков. Машинально ощупывая нижнюю челюсть, я растерянно посмотрела на Ала, на котором как назло тяготы путешествия ничуть не сказались. Неужели всё и впрямь так запущено?..

Сперва эльф с недоумением изучал мою перекошенную физиономию, но вдруг на его губах заиграла гаденькая улыбочка. Еще миг — и он уже просто лучился от счастья. По-моему, теперь настал его черед чувствовать себя полностью отмщенным. Некоторое время Аллардиэль искренне наслаждался моим мрачным ликом, но потом всё-таки решил проявить великодушие.

— Пожалуй, я не ошибусь, если предположу, что ты никогда не видела живых орков, — елейным голосом пропел он, — только их изображения в книгах, да? Полностью с тобою согласен: это совершенно незабываемое зрелище!

Я молча кивнула. Точно. Видела. В книге. Там ещё на развороте нарисован один из их вождей в полном боевом облачении и с ритуальным оружием. Я попыталась проглотить застрявший в горле комок. Та картинка и впрямь производила очень сильное впечатление…

— Ну ладно, — наконец-то сжалился гадко хихикающий Ал, — так и быть, можешь не страдать. Понимаешь, всё дело в том, что в книгах-то помещают только портреты вождей. Или старейшин… до тебя так и не дошло? Ты же видела, как выглядят только очень немолодые орки, причем мужчины! Хотя старухи-орчанки ещё страшнее…. Но вот молодые орки очень даже ничего. Не эльфы, конечно, но…. А уж юные орчаночки… хм-м-м… да!

Эльф говорил неторопливо, посмеиваясь и явно наслаждаясь моментом, но вместе с тем очень тихо, так, что кроме меня его слова никто не слышал. Да никто, надо заметить, и не слушал. Девчушки увлеченно догрызали последние утиные косточки, Степка вертелся вокруг них. Слегка придя в себя, я наклонилась к усевшемуся рядом со мною длинноухому нелюдю и негромко спросила:

— Лесные гномы, говоришь? А что, бывают ещё какие-нибудь?

Аллардиэль согласно кивнул:

— Ещё бывают горные. Как и следует из названия, одни селятся в лесах, другие — в горах. Горные гномы — прекрасные рудознатцы, рудокопы и кузнецы. Кстати, среди них есть кланы, занимающиеся исключительно добычей и огранкой драгоценных камней. Живут они в Скалистых Горах, это примерно во-о-он там, — эльф махнул рукой в ту сторону, где, по моим прикидкам, должна была находиться дорога в Синедолию — должно быть, так здесь именовались Восточные Горы. — Лесные же гномы — близкая родня горным. Летописи говорят, что после войны с людьми несколько гномьих кланов решило, что жить в Скалистых Горах стало небезопасно.

— Постой, постой! Кланов? Гномьих кланов? Гномов до сих пор так много?

— Ну да, — удивленно хлопнул ресницами Ал. — А что тебя, собственно, так удивляет?

— Да нет, ничего… просто, знаешь, я слыхала, что после войны старших народов почти не осталось. А ты говоришь — целые кланы!

— Ну конечно, — сухо усмехнулся эльф. — Это люди как всегда выдают желаемое за действительное. На самом деле, почти не осталось троллей, великанов и природных оборотней. Эльфы и кентавры пострадали очень сильно. А вот гномы как жили, так себе и живут, хотя перессорились и разделились на две ветви. Ну и, конечно, орки. Почти все их воины сложили тогда свои головы, однако орочьи племена всегда были (да и есть!) очень многочисленными. Оставшиеся в живых быстро скумекали, чем дело пахнет, подхватились, загрузили свои кибитки и откочевали на восток, подальше от кровожадных людей, где обитают и по сей день. Да, Веслава, кровожадных людей, и нечего хихикать! Кстати, эльфам и прочим народам ещё повезло: воинственность орков с гибелью огромного количества воинов сильно упала, так что теперь мы совершенно спокойно и мирно живем неподалеку от их степей. Мы с ними торгуем зерном, фруктами, овощами, мясом…

— Так, ты давай-ка, не отвлекайся, — посоветовала я. Обзор эльфийских торговых связей мы, пожалуй, оставим "на потом". — И что же гномы?

— Так вот, лесные гномы…. Уйдя на восток, они обосновались в дебрях лесистого древнего кряжа наподобие того, что мы с тобой прошли насквозь. Там нет особых залежей руды, но переселенцев это не смутило. Они занялись охотой, разведением скота — по большей части коз и овец, а их кузнецы давно превзошли в своём искусстве горных сородичей. Также лесные гномы добывают и обрабатывают строительный камень — ну, и, соответственно, возводят из него разные постройки. Кроме того, они известны прекрасными изделиями из дерева, — тут эльф отчего-то нахмурился и неодобрительно поджал губы.

— И что же, горные и лесные кланы между собой общаются?

— Не угадала. Практически нет, хотя вообще-то родственные связи у гномов очень сильны, гораздо сильнее, нежели у нас, эльфов. Но так уж вышло, что расставались они не по-хорошему. Одни не желали уходить, другие — оставаться, и в результате и те, и другие напрямую обвинили друг дружку в трусости.

— Что ж, кого-то больше страшит неизвестная опасность, а кого-то — известная, — философски заметила я, засовывая в жар корни лопуха и дикого хлеба. Ал хмыкнул:

— Это уж точно! Как бы то ни было, кланы почти не поддерживают между собой отношения.

— Почти?

— Последний раз горные и лесные гномы встречались между собой лет двенадцать тому назад, когда одна влюбленная пара решила наплевать на старинную рознь и сбежала.

— И что из этого вышло? — заинтересовалась я. Что ни говори, а романтическая история — это всегда увлекательно, даже если она произошла давно и между гномами.

Аллардиэль пожал плечами.

— Да, в общем-то, ничего особенного. Родители парочки передрались между собой, причем абсолютного преимущества не добилась ни одна из воюющих сторон, — эльф старался говорить как можно серьезнее, но в синих глазах прыгали отчаянные бесенята. — Отец девушки сломал нос своему сопернику, но его супруга лишилась половины прически — ужасное оскорбление!

— Ну, а молодые? — давясь от смеха, спросила я.

— А что молодые? — беззаботно ответил Ал. — Как сбежали в орочью степь, так и живут там по сей день. Четверо детишек. Юрта из вышитого войлока. Жить можно — хорошие ремесленники всем нужны. А орки и так никого не прогоняют. У них испокон веков все беглецы скрываются.

— Умные, — с уважением протянула я.

— Неужели? — суховато удивился эльф. — В чем же, позволь спросить? В том, что традиций не чтят?

— В том, что чужих традиций не чтят, — уточнила я. — Молодцы, привечают умелые руки и умные головы.

— Как бы то ни было, хорошо, что девчушки сочли тебя орчанкой.

— А тебя — эльфом, эту орчанку умыкающим?

— Было бы гораздо хуже, — Ал пропустил мимо ушей моё игривое замечание, однако мстительно сощурился, — если бы они поняли, что ты — человек. Видишь ли, гномы людьми своих непослушных детишек пугают! Так что, ловили бы мы сейчас этих крошек по всему лесу.