Мой личный чародей (СИ) - Анненкова Ирина - Страница 92

Противный эльф даже залучился от счастья.

— Ну вот! А я о чем толкую? Интересно, почему как скучную работу работать — так Аллардиэль? А как пряники есть — так другие налетают? Я тоже хочу воевать с нежитью, а не прятаться за приграничными пущами! Подвластная мне, как и любому эльфу, магия растений, а также мой меч не будут лишними в битве, не так ли? — последние слова он произнес, глядя уже не на меня, а на Дара.

Я растеряно перевела взгляд с самодовольного эльфа на мужа — и похолодела. Ушастый нелюдь всё правильно рассчитал. Мой чародей явно заинтересовался его последними словами. И я прекрасно понимала, о чём именно Дар сейчас думает. Вплести ненавистную для нежити магию Жизни в нашу собственную магию Стихий было очень заманчиво. Особенно, если припомнить то, о чем нам рассказывал Эрвиэль.

— Дар, — прошептала я, — нет!

Чародей принялся задумчиво накручивать на палец прядь моих волос.

— Слав, формально твой друг прав. Ты — неважно как, неважно где — проиграла ему желание, забыв оговорить его рамки. Кстати, это было крайне неосмотрительно с твоей стороны. На будущее я очень не советую тебе разбрасываться такими вещами. Ты — чародейка, и нарушить данное напрямую слово не можешь — один из основных законов магии, помнишь? Теперь Аллардиэль имеет право потребовать что угодно. Думаю, тебе стоит порадоваться, что его желание оказалось настолько скромным.

— Да уж, — криво ухмыльнулся эльф, — каюсь, у меня было искушение распорядиться своим правом несколько по-другому. Однако я его сумел побороть. И, думаю, всё же не прогадал.

Я беспомощно посмотрела на Дара. Потом на Степку. Нет, эти двое совсем не против того, чтобы Ал присоединился к нашей компании. Чародей ради полезных способностей молодого эльфа согласен потерпеть его присутствие. А кот — тот так просто счастлив: ну с кем ещё он сможет всласть посплетничать обо мне, неверной? И их обоих совершенно не волнует то, что из Аллардиэля борец с нежитью — как из меня молотобоец. Что-то я не припомню, чтобы змеевихи или кабаны из Преисподней разлетались в разные стороны от хваленой эльфийской магии растений!

— Ал, пожалуйста, не надо! — взмолилась я. — Это совсем не ваша война! Как я смогу посмотреть в глаза Диннориэли?!! Когда она узнает, что ты потащился за мной?

— Да очень просто посмотришь, — пожал плечами парень. — Они с отцом вот-вот подойдут, нас проводить. А вот если они узнают, что ты зажала проспоренное желание, то мигом тебя запрезирают. У нас, эльфов, с этим строго! Прям как у вас, чародеев!.. Славка, не дуйся! Вы, я слыхал, сперва собираетесь навестить гномов и кентавров? Тогда, я думаю, хороший проводник, назубок знающий все здешние тропы, вам не помешает. Не так ли, Светодар?

Хотя Аллардиэль и полагал обратное, прощание с его родителями стало для меня нелегким испытанием. Прекрасная Диннориэль мужественно улыбалась и уезжающим людям, и своему шалопаю-сыну, и даже мне; она желала нам легких дорог и скорого возвращения под сень Священных Деревьев. Однако в каждом ее слове, в каждом жесте чувствовалась старательно, но безуспешно скрываемая тревога. Я не переставала ругать себя последними словами за собственную трусость — но так и смогла набраться решимости подойти и заговорить с ней. Почти уткнувшись носом в шею Айрат, я делала вид, что страшно увлечена заплетанием ее мягкой гривы в косички, когда на мои плечи опустилась тонкая рука.

— Не надо, — шепнула Диннориэль, обнимая меня, — не прячься от меня. Я знаю, что ты ни в чем не виновата. Мой сын всегда отличался упрямством.

Я обернулась и виновато прижалась к плечу высокой эльфийки.

— Диннориэль, простите меня, пожалуйста! Я честно пыталась отговорить Ала. Мы с ним даже поругались из-за этого! Но меня никто не захотел слушать — ни он, ни даже мой муж. Считается, что это его собственный выбор, и он имеет на него полное право…

— Мужчины… — с мягкой насмешкой протянула Диннориэль. — Не могут время от времени не бросать вызов судьбе. Что ж с ними поделать? Только принимать такими, какие они есть.

— Вы правда на меня не сердитесь? — я впервые осмелилась поднять на нее глаза. — Но вы же понимаете, что я никак не могла войти в ваш дом! Мне так жаль…

— Не жалей, — женщина стиснула моё плечо своими сильными пальцами, — не надо жалеть. Ты тоже имеешь право на собственный выбор и собственное счастье. Только… только постарайтесь, пожалуйста, постарайтесь вернуться в Священный Лес! Мы будем вас ждать.

Авлена, подошедшая вслед за Диннориэлью, больно сжала мои пальцы и, глотая злые слезы, прошептала:

— И все-таки он уезжает за тобой. Почему, ну почему так?!

— Не плачь, — тихонько попросила я. — Он уезжает за мной, а вернется к тебе. Обязательно вернется! Вот увидишь!

Пресветлый Эрвиэль попрощался с отбывающим посольством у широкой каменной арки, ведущей ко входу в Дом Правителя. Со сдержанным дружелюбием пожелал всем доброго пути, выразил надежду на новые встречи, а затем очень вежливо попросил у Дара позволения проститься со мною. Лично.

И попробуй тут не позволь. Нет, то есть можно, конечно, да вот боюсь, все труды посольства разом пойдут насмарку.

— Пресветлый Эрвиэль, — я с упреком посмотрела на чрезвычайно довольного собою эльфа, когда мы с ним отошли на несколько шагов от старательно не смотрящих в нашу сторону людей, — вам не кажется, что вы пользуетесь собственным положением и позволяете себе поддразнивать моего мужа? Это недостойно вас.

— Ну, а зачем тогда положение, если им никогда не пользоваться? — хмыкнул черноволосый эльф. — Кстати, не забывай, что ты теперь эльфийка и в некотором роде — моя подданная, так что я просто обязан напутствовать тебя перед долгой и опасной дорогой.

— Хорошо, — вздохнула я, — давайте.

— Что давать? — удивился Правитель.

— Ну, давайте, напутствуйте. Я вас слушаю.

— Что ж, доброго пути я вам всем уже пожелал, — усмехнулся эльф. — А тебе хочу повторить ещё раз: здесь твой дом, который всегда будет ждать тебя. Не забывай.

— Лучше б вы нам помогли с полоумным Сивелием бороться! — хмуро буркнула я. — Не то сожрет вашу новоявленную эльфийку какая-нибудь особо изворотливая нежить — вот тогда пожалеете, да поздно будет!

— Нет уж, — серьезно попросил Эрвиэль, беря меня за руку, — ты всё-таки постарайся сделать так, чтобы тебя не сожрали. И не обижайся на меня за то, что я не могу вслед за молодым Аранта последовать за вами. Правитель, прости за банальность, себе не принадлежит, вот ведь какая штука.

Я вздрогнула. Вот только не хватало, чтобы вслед за упрямым Аллардиэлем нечто подобное выкинул ещё кто-нибудь. Пресветлый Эрвиэль, к примеру. Вот тогда-то мне наверняка будет обеспечено пожизненное и посмертное проклятие от всех эльфов!

— Всё в порядке, Правитель, — торопливо проговорила я, осторожно высвобождая свои пальцы из его ладони и стараясь не смотреть ему в лицо. — Мы и сами справимся. Конечно, союзники никогда не помешают, но — нет, не стоит беспокойства. У нас достаточно собственных сил.

— Поэтому вы и собираетесь посетить гномов и кентавров?

— Ну-у-у… а почему бы и нет? Может, что полезное посоветуют.

— Посоветуют, — рассеянно отозвался Эрвиэль, думая о чем-то своем, — отчего ж не посоветовать? Но на военный союз с ними вам тоже рассчитывать не стоит.

Я рассмеялась. С кем военный союз, с домоседами гномами? Или с надменными кентаврами? Ну-ну. Даже я не настолько наивна, чтобы на такое надеяться. Однако поговорить всё же не мешает. Тем более что кентавры должны знать, как именно можно подобраться к проклятой Дыре.

— Веслава, — серьезно продолжил Правитель, — старшие народы не сражаются в чужих войнах. Никогда.

— Да хорошо, хорошо, — закивала я, — всё понятно. Я ведь не спорю. Не сражаются — и не надо. Нам просто нужно побеседовать с кентаврами, а земли гномов как раз по пути в их леса, отчего ж не заехать? Мы же не собираемся в Ирлер, правда? Хотя, возможно, орки и не отказались бы подраться.

— Возможно, — хмыкнул эльф, — весь вопрос — с кем? Не забывай, что орки вовсе не связаны с тобою узами признательности, а войну с людьми и они не позабыли.