Влюбляясь в тебя - Ортолон Джулия - Страница 55

– Ясно. – Чанс понял наконец, в чем дело, и ему стало невыносимо горько. Бакстеры хотели породниться с ним только из-за его происхождения. И это люди, которых он всю жизнь считал своими вторыми родителями! Значит, им нужна была только его чертова родословная, словно речь шла о породистой собаке!

– Теперь ты понимаешь? – умоляюще спросила Пейдж.

– Да, теперь мне все ясно.

– Никакие деньги не могут сделать человека желанным гостем в определенных кругах нашего общества, – безжалостно продолжала она. – Ни с какими деньгами мой отец никогда не станет одним из почетных сынов республики или конфедерации. Сколько бы денег ни отдала моя мать благотворительному обществу, на ее могиле никогда не напишут «Дочь революции» и мы никогда не станем одной из первых семей Вирджинии, как вы. Что бы мы ни сделали, мы никогда не сможем придумывать истории про то, как наши прадеды сражались на войне и сколько наших предков погибло во время знаменитого шторма.

Не в силах больше выносить этого, Чанс встал, собираясь уходить.

– Господи, как мне все это надоело! Я ценю, что сделали мои предки, я горд тем, кто я есть, какой я и откуда я вышел, но в последнее время я чувствую, что устал от этого. – Он повернулся к Пейдж. – Да и какое это имеет значение? Мы такие, какие мы сейчас, независимо от того, что делали или не делали наши предки.

– Для моих родителей это имеет огромное значение. Я мечтала, что именно я смогу дать им это. Я всегда знала, что недостаточно умна, чтобы стать почетным выпускником университета и произнести прощальную речь на вручении дипломов, недостаточно красива, чтобы вернуться домой королевой, но если я выйду за тебя замуж, я принесу им внуков, которые будут носить имя Чанселлоров.

Чанс пожал плечами.

– И это все, для чего я тебе нужен? Все, ради чего ты была рядом все эти годы?

– Нет! Конечно, нет! – Она бросилась к нему и схватила за руки. – Ты один из моих самых близких друзей. Всю жизнь мы были вместе. И я поклялась себе, что стану хорошей женой и буду верна тебе.

– Мне не нужна жена, которая будет хранить мне верность только из чувства долга. – Чанс отдернул руки. Удивление сверкнуло в ее глазах, но теперь ему это было безразлично. Подумать только, еще час назад он места себе не находил оттого, что боялся причинить ей боль. Боже правый! Он отвернулся, гневно уставившись в иллюминатор. Он всегда хотел жениться на женщине, которая полюбит его таким, какой он есть, которая увидит в нем мужчину, а не просто одно из звеньев в фамильном древе Чанселлоров. Желанного мужчину, который может предложить не только университетское образование да приличный счет в банке. Он хотел видеть своей женой Аврору – только с ней он чувствовал себя любимым и желанным.

Совладав со своим гневом, Чанс через плечо взглянул на Пейдж.

– Скажи, как ты предпочитаешь это уладить? Ты сама скажешь своему отцу или это сделать мне?

– Не знаю. Мне надо подумать. – Внезапно ее лицо исказил ужас:

– О нет! А как же бал?

– Что? – Чане нахмурился.

– Мы не можем рассказать никому до бала.

– Пейдж… – Он закрыл глаза, призывая на помощь все свое терпение.

– Нет, выслушай меня. Ты же знаешь, какой бывает мама, если ее разозлить.

«Мелочной и сварливой», – тут же подумал Чанс, но промолчал. У Марси Бакстер были свои достоинства, но в порыве ярости она вела себя словно капризный подросток.

– Когда мама узнает, что мы разорвали помолвку, она придет в ярость. Мне она, пожалуй, устроит бойкот, но тебе… – Пейдж посмотрела на него с жалостью. – Чанс, она тебе этого не простит. И самым легким способом отомстить для нее будет провалить бал, чтобы твоя гостиница навсегда покрыла себя дурной славой.

– Как ей это удастся? – недоверчиво осведомился Чанс.

– Сплетни – великая сила, – ответила Пейдж. – Если она не появится на балу и объяснит это тем, что ты и твои партнеры совершенно некомпетентны и с вами невозможно иметь дела, это обеспечит любому вашему бизнесу крах на годы вперед.

– А если люди придут на бал и убедятся, что мы прекрасно со всем справляемся?

– Они будут смотреть на все предвзято и весь вечер разговоров только и будет, что о моей маме и о причинах ее отсутствия. А потом примутся и за нас с тобой. – Она всплеснула руками. – О, Чанс, мы не можем сказать им сейчас. Они обо всем узнают в свое время, но если все откроется до бала, они весь вечер будут обсуждать нас. Я этого не вынесу.

– И что же ты предлагаешь? – холодно спросил Чанс. – Притворяться влюбленной парочкой, пока не кончится бал?

– Неужели это так сложно? – взмолилась она. – Осталось всего две недели, а ты сам сказал, что хотел бы, чтобы мы остались друзьями. Я могла бы продолжать помогать вам в гостинице. А потом, когда бал будет позади, я придумаю, как все объяснить маме с папой.

Чанс отвернулся, вынужденный согласиться, что она права. В привилегированных слоях общества сплетни были излюбленным развлечением, и трудно было найти более неудачный момент для расторжения помолвки с Пейдж.

– Если это и есть твой план, то он не сработает.

– Почему? – спросила она.

– Потому что… нелепо с твоей стороны было бы продолжать помогать в гостинице… Потому что я… встречаюсь с Авророй.

Пейдж на мгновение побледнела, а затем разразилась новым приступом ярости.

– И давно ты встречаешься с ней у меня за спиной?

– Все совсем не так! – спохватился Чанс, судорожно соображая, как объяснить ей все. – Я не встречался с ней все это время.

– Ты хочешь сказать, что вы вместе с сегодняшней ночи?

– Признаюсь, что соблазн был велик, но я не поддавался ему, пока встречался с тобой. Я не изменял тебе, Пейдж. Я бы никогда не поступил так, и поэтому-то я и здесь.

Она недоверчиво повела бровью.

– А Эллисон знает?

Чанс кивнул, подумав, что как бы там ни было, а Эллисон должна была знать все, ведь Аврора позвонила вчера домой и сказала, где она собирается провести ночь.

– О нет! Только не это! – Пейдж стукнула кулаками по дивану и упала на подушки. – Ну почему тебе надо было отнять у меня и это?

– Отнять у тебя что?

– Мою дружбу с Эллисон и гостиницу! – Она схватила подушку, ударила в нее пару раз своими хрупкими кулачками, затем прижала ее к груди. – Первый раз в жизни я чувствовала, что приношу какую-то пользу!

Ее горе тронуло Чанса, ведь он чувствовал то же самое, став партнером в предприятии. Быть частью целого, наблюдать, как дело растет и развивается, – все это, как ничто другое, приносило ему истинную радость и удовлетворение. Он подошел к дивану и сел рядом с Пейдж. Хотел было взять ее за руку, но вовремя передумал.

– Мне очень жаль.

– Еще бы, – язвительно проговорила она. – Ты ведь понимаешь, что твоя связь с Рори еще больше усложняет дело. Теперь точно пойдут разговоры. И забудь о том, что говорила Стейси по поводу ее свадьбы, для которой они наняли Эдриана шеф-поваром. Она будет в ярости и, конечно, не захочет его видеть. – Пейдж метнула на Чанса сердитый взгляд, словно надеясь пронзить его в самое сердце. – Если бы все это не касалось Эллисон, я была бы даже рада. Ты этого заслуживаешь.

– Возможно, – вздохнул Чанс. «Только этого не заслуживает Аврора», – с досадой подумал он. – Я хотел бы подождать до бала и только потом все рассказать, но не представляю, как это сделать. Врать я не стану.

– Что ж, тогда выход только один, – сказала Пейдж, неохотно уступая ему.

– Какой же?

– Я могла бы уехать в Корпус-Кристи и проследить там за ремонтом «Воли пирата». Если меня здесь не будет, мы, естественно, не сможем видеться, и ни у кого не возникнет подозрений.

– Ты хочешь сказать, что отправишься работать на корабле в компании одних мужчин?

Она раздраженно фыркнула.

– Не только мужчинам нравится работать на старинных парусных кораблях. Я прекрасно справлюсь с этой работой, не хуже чем все остальные в команде. К тому же капитан «Воли пирата» – женщина, так что я вовсе не буду там единственной представительницей слабого пола.