Истории длиной в день (СИ) - Волков Николай Владимирович "Voltor" - Страница 36

Меня он также поучал в свое время, и пока я сам не понял, что мне действительно следует стать

священником, он от меня не отстал. Я был его «клиентом».

Мы пожали друг другу руки.

- А я – все еще его ученик.

- Уже нет. Вы уже Исповедник. Вы стали задумываться о том, что к чему в этом мире и в

вашей жизни, а это значит, что вы уже Исповедник. В свое время я насмотрелся на Олега, и могу

узнать Исповедника, когда вижу его.

Я остался один на скамейке, улыбаясь и обдумывая услышанное. Когда же мне пришла пора

трогаться в обратный путь, я подошел к надгробию, и тихо сказал:

- Все так, мама. Я все еще ребенок, который нуждается в тебе. Ребенок, который всегда будет

нуждаться в тебе. Я люблю тебя, мама.

История десятая

- Значит так. Я предлагаю тебе варианты, которые ты успешно игнорируешь. Даже то, что ты

все-таки делаешь, без остального не возымеют эффекта. Я объяснял тебе это уже столько раз, что

со счета сбился.

- Да, но…

Вру, конечно. Со счета я не сбился, и сейчас мне предстоит выслушивать все то же самое уже

в пятнадцатый раз, но эта особа меня начинает доставать. С учетом того, что проблема изначально

была пустяковая, но я не могу справиться с ней уже целую неделю, из-за того, что она не хочет

следовать моим указаниям по ее решению и ждет видимо чуда, я могу сказать, что у меня все

это уже в печенках сидит. Честно говоря, я и подумать не мог, что «разбитое сердце» может стать

настолько сложным, поскольку всегда они соглашались делать то, что я предлагал и следовали

указаниям на сто процентов.

- Что «но»? Я это уже слышал.

- Это будет жестоко по отношению к нему.

Угораздило же меня с ней связаться. Впрочем, иначе было нельзя, за мной должок перед тем,

кто меня об этом попросил.

- Жестоко будет сломать ему ногу, но и это он переживет.

Девочка посмотрела на меня со слезами на глазах. Зарекался ведь работать с

пятнадцатилетними, но все-таки взялся, за что теперь и расплачиваюсь.

Вкратце, ситуация была классическая. Девочка влюбилась как кошка в парня старше

возрастом, у которого ветер в голове больше напоминал тайфун. Он загулял с другой, а она не то,

что обидеться по настоящему не могла, она готова была ему все простить, лишь бы он вернулся.

Ее угораздило пожаловаться одному моему бывшему «клиенту», которому я помог в свое время

со схожей проблемой, а меня при всем этом, к нему занесло по делам. В придачу, я попросил его

о довольно серьезном одолжении, и он все выполнил.

Он месяц ходил за мной хвостом, упрашивая заняться проблемой этой девушки, причем

каждый раз я говорил, что не буду этим заниматься из-за ее возраста и эмоциональной

незрелости. Наконец он меня достал настолько, что я согласился, за что и расплачивался сейчас.

Спасало меня только одно, то, что я обещал держать его в курсе происходящего, и, как результат,

он вынужден был каждый вечер выслушивать подробности наших с ней бесед.

Маленькая месть приносила свои плоды, парень уже и сам пожалел, что подписал меня

на это, и потихоньку подвывая, грозился прибить обоих. В смысле и девочку и ее неудачного

молодого человека.

Осложнялась же ситуация двумя вещами. Во-первых, девочка не следовала моим указаниям,

считая себя самой умной, а во-вторых, я не наблюдал в ее молодом человеке и капли здравого

смысла. То есть, нет, какие-то чувства у него к ней были, но этого было явно недостаточно для

того, чтобы он остался с ней и прекратил «гулять на сторону».

В общем, я находился между двумя мощнейшими гормональными ураганами, совладать с

которыми не было никакой возможности из-за двух не связанных между собою причин.

- Послушай, если не действовать сейчас хоть немного жестко, то мы ничего не добьемся.

- Я не могу так с ним.

Я лишь устало прикрыл глаза. Закрываться от того, чтобы «считывать» ее мне приходилось

постоянно, потому, что из-за ее гормонов она и себя не слишком-то контролировала в

эмоциональном смысле, и буквально глушила мне все что могла. Вымотанный за эту неделю и

физически и эмоционально, я подумывал уже о том, чтобы пустить в ход тяжелую артиллерию в

виде Олега, но не делал этого по той простой причине, что не хотел быть осмеянным.

- Слушай, так жить нельзя – сказал я.

- Но что же делать?

Я закатил глаза.

- Прекратить.

- Что?

- Прекратить. Все прекратить. Ты его любишь, с этим все ясно. Ты готова простить его за все.

Готова принять его на любых условиях, но есть одно «но». Ты ему безразлична.

- Это не так! Он же звонит мне, приезжает, когда я прошу!

О боже, дай мне сил.

- Да, но при всем этом ты не делаешь того, что могло бы его удержать. Не делаешь того, что

задержало бы его настолько, чтобы те чувства, которые он к тебе испытывает, переросли в нечто

большее, чем просто «она неплохая девчонка, с которой можно провести время».

- Но то, что ты говоришь, это жестоко. Я не могу так поступить с ним.

- Тогда все просто. Ты его не получишь.

Я поднялся на ноги и подхватил куртку.

- Но ты же обещал!!!

Я повернулся к ней.

- Помнишь, при каком условии? Что ты будешь делать то, что я скажу. Ты этого не делаешь,

так что увидимся через несколько лет, когда ты будешь готова играть по моим правилам.