Жрец Лейлы - Зимина Светлана Сергеевна - Страница 49

— Что ты такое? — прошептала девушка. У Кэртиса взлетела левая бровь.

— Вообще-то, красавица, не «что», а «кто». Оборотень я. И тыкать в меня своими мечами очень невежливо. Я могу обидеться. А иметь поблизости обиженного наследника клана Пантер не слишком хорошая идея для дальнейшего безопасного существования на всем Эмире.

«Ли…»

«Госпожа?»

«Им надо помочь».

«То есть простого спасения недостаточно?»

«Заставь их рассказать…»

И она исчезла из моего сознания, не позволяя больше задавать вопросов.

Я взглянул на готовых проливать кровь людей и одного наглого оборотня, который явно собирался напроситься на хорошую драку. Похоже, разбойников ему не хватило.

— Заткнитесь, — очень вежливо попросил я.

Кэртис замолчал и с любопытством посмотрел на меня. А я только сейчас заметил, что у наших собеседников очень необычная одежда. Вот что меня смущало все это время. Не только необычный покрой, похожий на одежду с древних фресок, но еще и цвет. Преобладающий черный со знакомым синим рисунком… Причем на всех.

Эти люди служили Лейле. Несомненно.

— Я считаю, что нам следует покинуть это место, — заметил я.

«Правда, он у меня красивый?» Голос моей госпожи был полон гордости.

— Ты знаешь… — вспыхнули глаза юного бога.

— Прародитель народа сирен? — пробормотала девушка. Я потер виски.

— Да. Эта история давно превратилась в легенду. С тех пор прошло более пяти тысяч лет.

— Сколько?! — Опять эта синхронность.

— Так мы в будущем? — Кто-то из них вскочил на ноги. Я пожал плечами, у меня начинала болеть голова.

— Вам лучше знать.

Сирен взмахом руки успокоил своих товарищей. И его огненные глаза впились в меня.

— Пророчество гласило, что кровь первых во всем жрецов моей матери, собранная по капле от каждого в огненный кубок, станет ее лекарством. Я ранил своего отца, чтобы воспользоваться силой моря. И отправился по волнам времени. Первым был Сарагон.

Я медленно кивнул:

— Первый жрец Лейлы, поднявший ее культ на небывалую высоту.

— Значит, все должно получиться, — тихо произнес фиолетово-глазый.

И я потрясение уставился на него:

— Ты и есть Сарагон.

— Верно, мальчик, — улыбнулась мне живая легенда. Сирен тихо ухмыльнулся:

— Потом я нашел первую женщину-жрицу. Я перевел взгляд на девушку:

— Лирия.

Она смущенно кивнула.

Я застонал и схватился за голову:

— Кэрт. Я их правильно понял?

— Думаю, да, — задумчиво отозвался темный. — Сила пророчества перекидывает их всех в нужное место и время, дабы собрать доноров вместе. Неудивительно, что они попали сюда. Все самые уникальные жрецы Лейлы за прошедшее время. И ты вписываешься в их плеяду, словно четко попадая в нужное место. Насколько я помню, еще ни один жрец Лейлы не становился ее Верховным в четырнадцать лет.

— Это правда? — тихо поинтересовался у меня сын моей госпожи. — Ты действительно так молод?

— Правда. Мне всего двадцать шесть лет. Теперь я понимаю повеление Лейлы помочь вам.

— Ты должен отправиться с нами за последним жрецом, — возбужденно вскочил на ноги Сирен.

Я заинтересованно склонил голову:

— А какой он должен быть?

— Пророчество гласит, что это будет первый Верховный жрец Лейлы на морском просторе, — тихо ответил бог. — Я не знаю, сколько временных потоков нам нужно будет пересечь, ведь для этого Годос, мой отец, должен перестать существовать. Никто, кроме него, не может безбоязненно входить в морские воды.

Я покачал головой:

— Вот почему мы отправляемся в Вайгал. Теперь мне понятно это тянущее; чувство неотвратимости.

— Я правильно понимаю, что там ты рассчитываешь встретиться с Сиганом? — хмыкнул Кэртис.

— Ну-у-у…

«Он будет там», — шепнул голос в моей голове.

— Он будет там, — повторил я и улыбнулся сыну Лейлы. — Кто такой Сиган? — Но я по глазам видел, что он уже догадался, просто не смел поверить своей дикой догадке.

— Пират, — поднялся я на ноги. — И первый жрец Лейлы на морских просторах. — И уточнил. — Верховный жрец Лейлы на море, такой же, как я Верховный на суше.

Глава 6

Гости из прошлого

Их было шестеро. Шесть жрецов Лейлы, чья кровь требовалась для огненного кубка с лекарством, способным излечить богиню. Нашу богиню.

Первый жрец Лейлы, ставший Верховным, — тот, кто, сочетая в себе обе ипостаси служения, распространил культ Лейлына половину континентов Эмира, — фиолетово-глазый Сарагон. Необычный цвет его глаз воспевался в легендах как особый знак расположения богини.

Первая — из трех за всю историю служения Лейле — женщина Верховных жрец, солнечная, золотоволосая Лирия, с невинной улыбкой и черной душой убийцы.

Первый служитель, которому Лейла даровала свою силу в первое свое явление на Эмире, маг и воин — Лайл, спокойный, рассудительный. Вопреки пристрастиям нашей госпожи, лицо этого избранника не блистало красотой, но было в нем что-то… настолько притягательное… Короче, я понимал Лейлу. Насколько мне было известно, его она удостоила особой чести. Он был, пожалуй, единственным ее жрецом, кто испытал в жарких объятиях страсть самой богини. И сейчас он путешествовал с одной целью: спасти любимую женщину, а не повелительницу.

Первый Верховный жрец-любовник — голубоглазый Тир — гибкий, яркий и совершенно сумасшедший. Он способен был очаровать даже дерево. Я старался держаться от него на некотором расстоянии. Опасный, очень опасный…

Первый Верховный жрец, уничтоживший собственный народ во имя Лейлы, — молчаливый Татар. Мрачный тип с высокомерными королевскими замашками. Ему не нравились вопросы, да и, по-моему, я сам тоже. Сначала он вообще мне чем-то напомнил Регила.

Первый Верховный жрец, наделенный великим талантом барда, — Миран, бродяга с беззаботной улыбкой.

Еще четверо, сопровождавшие Верховных жрецов, оказались здесь по чистой случайности. Вышло так, что они просто не вовремя находились рядом со своими господами. Это мальчик-секретарь, слуга Тагара, которому жрец диктовал какой-то документ в момент появления Сирена, служанка Лирии, в тот момент помогавшая своей госпоже в утреннем омовении, и две девушки-рабыни — с ними Тир плескался в уединенной бухте.

— Ты очень хорошо знаешь легенды и песни. — Ко мне подъехал Миран.

Коней мы взяли в лагере разбойников, все равно своим хозяевам они больше не требовались. Я взглянул на барда и улыбнулся:

— Приходится. Нам больше ничего не осталось, кроме легенд и песен.

— Неужели наши потомки не смогли сохранить даже крупицы иных знаний? — нахмурился он. — Я в свое время создал в Главном храме Лейлы одну из самых больших библиотек Эмира.

Я покачал головой:

— Нет больше храмов Лейлы. Я самый настоящий бродяга, как и Сиган. Нас обоих швыряет из стороны в сторону по повелению богини.

Жрецы подтянулись ближе, прислушиваясь.

— Что же случилось за эти пять тысяч лет? Почему моя мать отказалась от храмов? Ей всегда нравились строения в ее честь, — подал голос Сирен.

Я вздохнул. Вот этих-то вопросов я и боялся. И все же… Для них эти события — будущее. Они ничего не ведали, просто оказавшись как бы в одном из нужных им вариантов времени. Так что, почему бы и не рассказать.

— Лорд Сирен, как имя вашего дяди? Того, который подстроил всю эту историю, из-за чего вы вынуждены скитаться во времени?

— Брата Годоса зовут Рой, — мрачно отозвался молодой бог. — Он любит кровь, и его стихия…

— Мрак, — закончил я его фразу. — Эта война станет бесконечной. Религия поклонения Рою стала довольно распространенной за последнее время. Во многом благодаря любимцу Верховному жрецу бога мрака — Растину.

— Ты шутишь? — недоверчиво посмотрели на меня огненные глаза. — Рой ненавидит людей. Исключено, чтобы кто-то из них стал его любимцем… Не верю.

— Тем не менее, — пожал я плечами. — Видимо, и в божественных созданиях может что-то меняться. Изменились и Лейла, и Рой. Потому что именно из-за Растина поколение назад был под корень уничтожен культ Лейлы. Все ее храмы разрушены и смешаны с пылью. А имя богини почти забыто.