Жрец Лейлы - Зимина Светлана Сергеевна - Страница 60

— Мой господин.

Он поднял глаза на почтительно склонившегося Суила:

— Друг мой, твой господин сегодня встретил саму Смерть в обличье прекрасного юноши и пригласил ее проехать с нами некоторый отрезок пути.

Воин выпрямился и чуть недоуменно посмотрел на Тинара.

— Господин, вы кого-то пригласили в караван? Но это…

— Знаю, — спокойно оборвал его тот, — неразумно. Но этот мальчик обошел меня на турнире. Он выиграл его. Ты сам еще вчера высказывал желание посмотреть на него. Так вот и считай, что судьба услышала твои слова.

Воин побледнел и выпрямился:

— Слушаюсь, мой повелитель.

— Так-то лучше, — вздохнул он. — Скоро этот юноша придет сюда с двумя своими спутниками. Пусть люди будут не только предельно вежливы, но выкажут уважение этому воину. Его спутники не должны получить даже царапины, пока они являются нашими гостями.

— Будет сделано, мой повелитель, — снова поклонился Суил. И в этот момент полог шатра приподнялся и внутрь заглянул караульный, совсем еще мальчишка:

— Господин, там стоят три чужака.

— Пусть их приведут сюда, — распорядился пустынник. Тинар повернулся к Суилу:

— Я хочу, чтобы ты сейчас посмотрел на каждого из них. Но больше меня, конечно, интересует Лилиан-Принц. Прочитай его силой духа пустынника.

Суил молча кивнул.

Они появились бесшумно, словно призраки. Все трое. Первым вошел победитель турнира, тот, на чье приглашение голодноглазая вступила в круг танца. И снова пустынник почувствовал эту странную дрожь, которая охватила его еще в первый раз — тогда, перед началом состязания, когда его взгляд наткнулся на эту тонкую фигуру. Подобная дрожь появлялась лишь в схватке боя, когда он упивался битвой и пролитой кровью врагов, — это был восторг.

Тинар поднялся к нему навстречу, и в этот момент рядом с юным воином встала гибкая, хищная фигура мужчины. Пустынник кивнул сам себе. Этого воина с кошачьими глазами и длинной косой он помнил. Но тогда, в Мигаре, не имел возможности взглянуть ему в глаза. Теперь посмотрел… Смотрел и понимал, что перед ним стоит не человек, а, скорее, кто-то из родственников повелителей пустыни. Неужели оборотень? Хищные глаза взирали на него спокойно и по-кошачьи равнодушно, словно их обладатель мог ничего не опасаться.

От третьего гостя веяло морем. А его глаза походили на Лилиановы, хотя и были необычной расцветки. Важно то, что пряталось внутри… Похоже, эти двое не раз сражались плечом к плечу.

— Тинар Быстрый, — юноша с глазами цвета сапфиров чуть поклонился, — твое предложение путешествовать вместе все еще в силе?

— Мое слово неизменно, — ответил тот.

— Тогда позволь представить тебе моих спутников: Кэртис… — Лениво чуть качнулась коса зеленоглазого. — И Сиган-Убийца. — Кивок и любопытный взгляд разноцветных глаз. Лицом он сильно походил на правителя Мигара.

Когда они ушли, Тинар повернулся к Суилу и вопросительно взглянул на него, сцепив руки в замок, готовый слушать:

— Что скажешь, мой друг?

— Их ведет сама судьба. На всех троих печать силы богов. Точнее, на двоих из них — божественное благословение, а на зеленоглазом — отметка Тьмы.

Тинар медленно кивнул.

— Как думаешь, что забыл темный в Белой Ложе?

Воин покачал головой, даже не рискуя высказывать предположений.

— Пригляди за ними.

— Слушаюсь, мой повелитель.

— Интересный этот парень — Тинар Быстрый. Явно не простой воин. Вон как перед ним стелются. Да и шатер у него центральный в лагере, — задумчиво заметил Сиган.

Все трое возвращались в гостиницу, чтобы подготовиться к намеченному на утро началу путешествия.

— Все, кто составляет его сопровождение, — профессиональные воины, — подал голос Кэртис. — Он принимал участие в турнире Мигара, и его соратники явно все это время ждали его возвращения здесь. Нам повезло. Путешествовать с отрядом воинов пустыни — это намного лучше, чем отправляться в пустыню в одиночку. Кто обратит внимание на возвращающийся домой отряд? А вот нас троих быстро бы обнаружили маги Белой Ложи. Я уверен, они знают, что рано или поздно Лилиан придет по их души. Лучше пусть осознание этого посетит их как можно позже.

Сиган усмехнулся:

— Больше всего этот вариант устраивает меня тем, что не придется платить какому-нибудь каравану.

— Жадина, — тяжело вздохнул я.

— Я пират, — обиделся он. — Неужели в тебе совсем нет даже малюсенькой жилки алчности, которой должен обладать мало-мальски приличный пират?

— Значит, я неприличный пират.

— Это уж точно, — расхохотался он. — С этим согласится любой, кто увидит тебя впервые, особенно при полном макияже.

— И умоется кровью, — кровожадно ответил я.

— А вот это будет поступок приличного пирата, — одобрительно отозвался мой капитан.

Мы оба заулыбались друг другу, а Кэртис только головой покачал:

— Пираты…

В гостинице мы заказали себе плотный ужин, здраво рассудив, что в ближайшее время нам не светит комфортно поесть.

Кэртис, вгрызаясь в ножку какого-то подобия кролика, внезапно сообщил:

— Пустыня Совириса является охотничьими угодьями клана Песчаных котов.

Я поднял голову:

— Ты говоришь про оборотней?

— Да, у нашего клана с ними хорошие отношения, хотя мы давно не пересекались. Пантеры — создания лесные, торчать в песках не любят.

— И что нам дают ваши хорошие отношения? — поинтересовался я, понимая, что Кэрт не просто так начал этот разговор.

Зеленые глаза прищурились.

— Есть один долг, который клан Песчаных должен выплатить моему отцу. Думаю, если долг возьмет его сын, они не обидятся.

— Кэрт, хочешь сказать, что ты их можешь использовать как оружие нападения? — улыбнулся я.

— При необходимости — как мою маленькую армию. Они задолжали нам очень по-крупному.

— Вот как! В который раз убеждаюсь, насколько ты полезный спутник, мой пушистый друг.

Сиган фыркнул.

— Лучше помолчи, — бросил в его сторону ленивый взгляд оборотень.

И вот что удивительно, Сиган действительно промолчал.

Тинар наблюдал за своими гостями. И его уважение к победившему росло с каждым днем путешествия, да и его спутники оказались не промах. На глазах вождя эти трое умудрились за несколько дней расположить к себе даже самых подозрительных из его воинов. И пустынник понимал, что если бы попутчики задались целью, то он мог лишиться половины отряда как минимум.

Суил тоже приглядывал за ними и явно был недоволен происходящим. Однако еще больше его беспокоило то, что его повелитель отказывался признавать гостей опасными как для отряда, так и народа в целом.

— Ты сам видел, что они несут в себе, — пожимал плечами вождь. — А я видел, как Смерть отозвалась и пришла станцевать с этим юношей. Поверь мне, Суил, если бы они хотели, вред нам был бы уже нанесен. У них другая цель, а мы лишь средство добраться до этой цели.

— Повелители пустыни будут недовольны, — покачал головой воин.

— Я попробую объясниться с ними. — Тинар сумрачно посмотрел на него. — Если они действительно будут недовольны. Но я не вижу для этого причин. Если они направляются к Белой Ложе, это проблема магов, а не пустынников.

— Война может обернуться тяжелым бременем для жителей пустыни, — ответил Суил и напоролся на внимательный взгляд господина так, словно это был кинжал.

— Пустынник боится войны? — Легкая ирония, под которой… предупреждение. Воины пустыни не знали страха, а то, что сейчас сказал Суил, весьма его напоминало. Тот вздохнул:

— Нет, повелитель, не боюсь. Но я все же предпочел бы, чтобы война касалась лишь воинов, а вы знаете, что магам все равно кого убивать, мы лишь пыль под их ногами.

— Не думаю я, что до этого дойдет, — покачал головой Тинар, заметив, как веселятся его солдаты у костра, где их балует веселыми песнями брат правителя Мигара.

Тинар внезапно замер. Или это совпадение, или кого-то из его воинов сглазили? Из темноты в круг света от костра внезапно ступила тень, которая спустя мгновение превратилась в огромного песчаного кота.