Жрец Лейлы - Зимина Светлана Сергеевна - Страница 7

В ясных глазах капитана при каждой встрече я читал, с каким бы удовольствием он выкинул меня за борт, и желательно, чтобы в этот момент там кружила парочка акул.

Когда-то во дворце моего отца такие взгляды меня изрядно развлекали, но сейчас я был слишком усталым и беспокоился за Призрака, которого пришлось оставить на берегу. Лейла, конечно, обещала о нем позаботиться, но все равно меня грызло чувство вины. Поэтому, отослав капитана томным движением руки и затребовав себе юнгу в слуги, я отправился отсыпаться.

Пришлось еще сделать над собой усилие и обругать матросов за неправильно уложенные коробки с вещами, выгнать юнгу и лишь после этого просто упасть на кровать. А дальше была лишь сладкая тьма без сновидений. Захват корабля я проспал вчистую, как одурманенный. Одно хорошо — хоть выспался.

Глаза я разлепил с трудом и мысленно обругал себя. Я настолько устал, что не позаботился смыть макияж перед сном. Да и одежда вся измялась, так как я лег не раздеваясь, после того как выгнал юнгу. Хорошо еще, сапоги я все-таки снял.

Потянувшись и почувствовав, что сон смыл с меня всякую усталость, я прислушался к кораблю. И сел. Все казалось несколько иным, чем когда я ступил на его палубу. Что-то случилось.

Я поднялся с постели и сразу отметил, что дверь, которую я плотно закрывал за юнгой, приоткрыта. Кто-то заходил в комнату, пока я спал. И я не проснулся!

Решив не торопиться, занялся собой. Что бы ни произошло, Лилиан должен появиться во всем своем блеске. На туалет ушло почти полтора часа. Лучника Лиана как будто и не было никогда. Зато принц Лилиан отражался в мутном зеркале именно таким, каким его знали при дворе короля Регила.

Именно принц Лилиан поднялся на палубу и встретился взглядом с разноцветными глазами самого настоящего пирата.

— С пробуждением, спящая красавица, — улыбнулись мне яркой, белозубой улыбкой. — А я уж подумывал послать кого-нибудь разбудить тебя поцелуем.

Из луженых глоток матросов вырвалось заливистое ржание.

— Не смотрите так растерянно, прекрасное создание, — продолжил все тот же нахал. — Вы проспали самое увлекательное приключение в своей жизни — захват пиратами вашего корабля!

От расстройства очень хотелось вмазать этому парню прямо по его привлекательному лицу. Я действительно мечтал увидеть пиратский абордаж.

— Но вы сильно не переживайте, — голос пирата отвлек меня, — у вас впереди еще масса приключений: плен у жестоких и злых корсаров, выкуп богатыми родственниками и счастливое воссоединение с семьей…

Я вздохнул и тоскливо посмотрел на свои руки. Вот что выдавало меня с головой. За полгода службы у наемников ни о каком маникюре и ухоженных руках не могло быть и речи. Я сложил аккуратный кукиш и предъявил его нахальному пирату, сопроводив пояснением:

— Это на выкуп и радостное воссоединение с семьей. Денег у меня не слишком много. А из семьи меня изгнали по полному ритуалу. Так что пленник из меня невыгодный.

Улыбки стали медленно пропадать с лиц пиратов, а я ждал, что на это скажет их разноцветноглазый капитан.

— Убивать тебя тоже нет резона, — наконец задумчиво заметил он. И внезапно просветлел лицом: — Придумал! Мы тебя продадим!

Одобрительный гул меня отнюдь не вдохновил.

— У меня есть предложение получше, — заявил я, когда они поутихли. — Возьми меня к себе лучником.

— Женщина на корабле? — округлил он глаза.

Я вздохнул и таки ему врезал.

Сиган задумчиво разглядывал своего пленника, которого заковали так, чтобы не мог шевелиться.

— Интересный ты парень, — наконец заговорил он, удерживая на щеке холодную тряпку. — Мне пару зубов выбил, одному матросу глаз выдавил, второму сломал ребра, покалеченные руки я не считаю. От последнего тебя едва оттащили, когда ты пытался перегрызть ему горло. Может, ты хоть имя свое скажешь?

Пленник поднял голову. Растрепанные волосы и потекший макияж создавали странное впечатление. Охрипший голос выдавил:

— Лилиан.

— Красивое имя, — одобрил Сиган. — Слушай, Лилиан, за что ты мне зубы выбил, я понимаю, но зачем было тому парню в горло вцепляться?

Пленник мотнул головой, сбрасывая пряди волос с глаз, и кратко пояснил:

— Глаза похотливые.

— Драться ты мастер, хоть на первый взгляд и не скажешь. Тебе что-нибудь надо?

— Умыться.

— Я юнгу пришлю. Ты только пацана не пугай, его и так всего трясет.

Пленник промолчал.

— У тебя в каюте нашли меч и лук. Твои?

— Да.

— Значит, это было серьезное предложение насчет команды и тебя?

Сапфировые глаза впервые прямо уставились на него, и этот странный парень наконец заговорил:

— Капитан, если бы я не был серьезен, я бы не предложил себя. Но когда меня принимают за женщину, боюсь, я становлюсь невменяемым.

— У тебя необычайная физическая сила.

— Это семейное, — сплюнул он. — Сами не знаем почему. Мой девятилетний брат спокойно натягивает лук в два раза выше его.

— Тебя правда изгнали по полному ритуалу?

— Правда.

— За что?

Пленник хрипло рассмеялся, затем закашлялся:

— Дай воды.

Пират отбросил тряпку. Снял с пояса флягу и приложил к губам своего странного гостя.

Напившись, тот вздохнул и ответил:

— За недостойное своему положению поведение.

— Не понимаю, — нахмурился пират. — Если ты одним ударом выбиваешь мне зубы за намеки на твой внешний вид, то к чему весь этот маскарад?

Сапфировые глаза стали мечтательными.

— Это так его бесило…

— Кого?

Но Лилиан, похоже, закончил разговор. Он прикрыл глаза и заметил:

— Ты обещал юнгу. Я ужасно выгляжу.

Сиган выпрямился и покачал головой:

— И откуда ты взялся на мою голову?

Тот неожиданно ответил:

— А вот это не я тебе объяснять буду.

— И кто же?

«Я», — шепнул девичий голос.

Капитан пиратов резко развернулся. На фальшборте, болтая в воздухе босыми ногами, сидела девочка тринадцати-четырнадцати лет. Серые озорные глаза, две тяжелые косы цвета золота. А на ногах пятна травяного сока.

— Привет, Сиган, — улыбнулась она. — Меня зовут Лейла. Не обижайтесь на Ли, у него просто плохое настроение. Он проспал ваше нападение, а ему очень хотелось посмотреть пиратский абордаж.

Его звали Сиган Клейорик. Команда называла его капитан Сиган. В Прибрежных королевствах он был известен как пират Сиган. За его голову была назначена награда золотом. Сам он говорил, что любит море и свободу.

— И еще, Ли, — серьезно взглянул на меня он своими разноцветными глазами, — я люблю драку. Это упоение. Буря в крови. Драка — это свобода… — Я кивнул, действительно понимая. — Из-за этого чуть не подставил своего брата, подался в пираты, опозорил семью… Море — оно подобно драке. Здесь нет времени, нет пространства… Это тоже свобода.

Я понимал его. Почти.

Одно я мог сказать точно: почему выбор Лейлы пал на Сигана. Мы были похожи. Его, правда, никто не изгонял из семьи, но сам Сиган полагал, что просто не успели, он сбежал раньше.

Нам было о чем поговорить.

Его первый и второй помощники из прошлой жизни. Воины, которые не смогли оставить его. И решили, что пиратство — это не слишком большая цена за верность. В этом я ему завидовал.

Сиган успел побывать юнгой, простым матросом, поднялся до помощника, а потом он увидел «Быстрый». И влюбился в этот корабль, словно в женщину. Его капитаном он стал через три дня, перерезав горло предыдущему владельцу в честной дуэли.

И в первое же самостоятельное плавание он умудрился отбить «золотой» корабль из конвоя Восточной империи.

Его считали счастливчиком. На судно под его начало рвались многие… Сколько раз его пытались убрать, Сиган уже и не помнил. Полагали, что он заключил сделку со смертью.

Я слушал и запоминал. Через него я видел море таким, каким видел его он.

И круги на воде становились все шире и шире. И однажды я повторил свое предложение: