Звездочёт из Нустерна и таинственный перстень - Гир Александр - Страница 63

Никто в городе больше не вспоминал о невесть откуда взявшейся и невесть куда пропавшей племяннице бургомистра. Надо сказать, что о ней позабыли еще в то утро, когда архивариус со звездочетом отправлялись в монастырь Сорока отшельников. Постепенно забылся и тот пышный и скандальный бал: никто уже не мог точно сказать, по какому случаю его устраивали. Впрочем, это и неудивительно: маги не любят оставлять следы. Редко вспоминали и о звездочете Себастьяне Нулиусе. Среди горожан быстро распространилось и укоренилось мнение, что он, получив приглашение, отправился в Турон преподавать геометрию и астрономию, прихватив с собой свою старую няньку фрау Марту. Мнение, безусловно, нелепое, но никто из знавших истинное положение дел не пытался оспаривать его. А истину знали друзья Себастьяна. В отличие от прочих они частенько вспоминали не только своего друга, но и прекрасную принцессу Аранею.

Однажды, дождливым вечером, в трактире Локка сидели за ужином архивариус Букреус и профессор Артур Инсекториус. Они попивали горячий пунш и задумчиво смотрели на пылающие в камине дрова. Слепой Гаст наигрывал на виоле, а Эльза вторила ему на лютне. Дела их поправились, и медяки, которые они выручали за выступления, были им теперь не особо нужны, однако они настолько привыкли играть по вечерам в трактире, что не желали оставлять этого. Приближалось время тушения огня. Посетителей становилось все меньше.

– Что-то сейчас поделывает наш друг Себастьян? – проговорил профессор.

– Думаю, что в эту минуту, – ответил архивариус, – он поднимается на башню своей новой обсерватории, а его молодая супруга, по своему обыкновению, вяжет какие-нибудь чудесные кружева, как это делала ее знаменитая прабабка Арахна.

– А что тебе говорил король Аранеус, когда ты в последний раз виделся с ним? – спросил профессор.

– Артур, – покачал головой архивариус, – ведь я тебе по меньшей мере уже пять раз рассказывал об этом, и ты не устаешь спрашивать.

– Да, мой друг, я не устаю спрашивать об этом и не устаю слушать твой рассказ, поскольку все, что связано с Магонией, чрезвычайно интересует меня. Расскажи мне еще раз о посещении короля, пусть это будет в шестой и, может быть, в последний раз.

– Если в последний, то расскажу… – смеясь отозвался архивариус, но рассказа не последовало. Дверь трактира отворилась, и в зал вошел статный, красивый незнакомец средних лет, одетый в пропыленный дорожный плащ. В его руке был небольшой сундучок черного дерева. Лицо незнакомца казалось усталым и от этого, должно быть, несколько угрюмым.

– Это гостиница? – спросил он.

– Да, – ответил архивариус.

– Могу я видеть хозяина?

– Локк! – позвал профессор.

Из кухни вышел трактирщик и поклонился незнакомцу.

– Чем могу служить, сударь?

– Могу я у вас остановиться?

– Сколько угодно, сударь, – ответил Локк. – Все комнаты свободны.

– А что так?

– Не сезон, сударь, – пояснил Локк и развел руками.

– Прекрасно.

Архивариус поднялся из-за стола и, подойдя к незнакомцу, спросил:

– Вы издалека, сударь?

– Да, – ответил тот.

– Путешествуете?

– Отчасти, – уклончиво произнес гость. – Я слышал много хорошего об этом городе, и если это действительно так, то мое путешествие можно будет считать оконченным.

– Нужно ли вас понимать так, что вы намерены надолго поселиться в Нустерне? – поинтересовался архивариус.

– Все будет зависеть от обстоятельств.

– Если вы все же надумаете здесь задержаться надолго, то я смогу предложить вам очень приличный дом.

– Благодарю вас, – сказал путник рассеянно. Было видно, что он хотел бы прекратить разговор.

– Простите, забыл представиться. Бальтазар Букреус, – архивариус здешнего магистрата.

Усталый взгляд гостя несколько оживился, и он улыбнулся.

– А это мой друг, – продолжал архивариус, указывая на Артура, – профессор Инсекториус.

Незнакомец поклонился профессору и тоже представился:

– Золотых дел мастер Рум Аурсен к вашим услугам.

– Осмелюсь предложить вам присоединиться к нашей скромной трапезе, – сказал архивариус.

– Покорно вас благодарю, но я слишком устал с дороги. Как-нибудь в другой раз, – учтиво отказался гость.

Бальтазар поклонился и вернулся к своему столу.

Локк взял из рук золотых дел мастера сундучок, чтобы проводить гостя в комнату. В это время Эльза, отложив лютню, запела одну из старинных баллад, которыми она обычно заканчивала свое выступление в трактире. Незнакомец остановился, прислушался и шепнул Локку:

– Знаете что, сударь, пожалуй, я немного подкреплюсь. Принесите мне холодной ветчины и пива.

Локк пошел выполнять заказ, а золотых дел мастер уселся за свободный стол и, устремив взгляд на Эльзу, ловил каждое слово баллады.

Бальтазар, наклонившись к профессору, тихо произнес:

– Похоже, мы стоим на пороге новой таинственной истории.

Профессор удивленно посмотрел на друга и спросил:

– С чего ты взял?

Архивариус усмехнулся, достал трубку, с величайшей аккуратностью набил ее и только после этого ответил:

– Посмотри, на нашем госте абсолютно сухой плащ, а между тем, на улице дождь. Стука колес, который мог бы засвидетельствовать, что он приехал в карете, не было слышно. Отсюда я делаю вывод: наш гость – необычный человек. К тому же у меня хорошая память на имена.

– Ты думаешь? – озадаченно промолвил профессор и внимательнее стал вглядываться в гостя. – Знаешь, Бальтазар, если меня опять начнут в кого-нибудь превращать, я этого уже не вынесу. Так и знай!

И друзья весело рассмеялись.