Заговор против короны (ЛП) - Салливан Майкл Дж. - Страница 32

— Я думаю о том, что нет никаких причин идти на неоправданный риск.

— Неоправданный риск? Ты это серьёзно? А ты не считаешь риском пересечение скользкого, узкого моста через ущелье неизвестной глубины? Убийцы — это наименьшая из наших забот.

— Ты всегда создаёшь столько сложностей тем, кто тебя охраняет?

Единственным ответом Алрика был полный презрения взгляд.

Арка вела в похожий на тоннель узкий коридор, который заканчивался большим круглым помещением. Созданная в виде амфитеатра галерея состояла из уходивших вниз ступеней и установленных по кругу каменных скамей, каждый ряд которых был ниже предыдущего. Таким образом, всё внимание было направленно на углублённый центр комнаты. У подножия ступеней располагался балкон, а двадцатью футами ниже — круглая сцена. Спустившись по лестнице, Адриан увидел, что на сцене никого не было, за исключением одного человека, сидевшего на стуле.

Яркий луч, падавший откуда-то сверху, освещал одинокую фигуру. Человек не казался особенно старым. Седина едва тронула его тёмные волосы до плеч. Тёмные, задумчивые глаза смотрели из-под выступающего лба. Его щёки были гладко выбриты, что удивило Адриана: те немногие волшебники и маги, которых он знал, поголовно носили длинные бороды как символ своего ремесла. Узник был одет в великолепную мантию, цвета которой Адриан не смог точно определить. Одеяние переливалось оттенками от тёмно-синего до дымчато-серого, но на сгибах и складках казалось изумрудно-зелёным или порой даже бирюзовым. Мантия раскинулась вокруг мужчины, который держал скрытые тканью руки на коленях. Он сидел неподвижно, словно статуя, ничем не выдавая своей осведомлённости об их присутствии.

— Что теперь? — прошептал Алрик.

— Поговори с ним, — ответил Ройс.

Принц задумчиво посмотрел вокруг.

— Ему ведь никак не может быть тысяча лет, да?

— Не знаю. Кажется, здесь может быть всё что угодно, — ответил Адриан.

Майрон осмотрел комнату и поднял взгляд к невидимому потолку. На его лице отразилось страдание.

— Это пение, оно напоминает мне об аббатстве, о пожаре, как будто я снова слышу их крики.

Адриан осторожно положил руку ему на плечо.

— Старайся не обращать на это внимания, — сказал Ройс монаху, а затем повернулся и сердито глянул на Алрика. — Ты должен поговорить с ним. Мы не можем уйти, пока ты этого не сделаешь. Теперь иди вперёд и спроси его о том, ради чего мы сюда пришли.

— Что я скажу? Я имею в виду, если он, ну, на самом деле колдун из старой империи, если он на самом деле служил последнему императору, с чего мне начать?

— Попробуй узнать, чем он тут занимается, — сказал Адриан. Алрик встретил его предложение с усмешкой. — Нет, серьёзно, посмотри туда. Там только он и стул. У него нет ни книг, ни карт, ничего. Прошлой зимой я чуть не сошёл с ума от скуки, застряв в «Розе и шипе» во время сильного снегопада. Как провести тысячу лет, просто сидя на этом стуле?

— И как не сойти с ума, всё время слушая эту музыку? — добавил Майрон.

— Ладно, я кое-что придумал. — Алрик повернулся к колдуну. — Прошу прощения, сэр.

Человек на стуле медленно поднял голову и моргнул от яркого света. Он выглядел измождённым, его глаза казались утомлёнными.

— Извините, что беспокою вас. Я Алрик Эзи...

— Кто ты, хорошо известно мне, — перебил его Эзраходин. Он говорил расслабленно и спокойно, его голос звучал мягко и умиротворяюще. — Сестрица где твоя?

— Моя что?

— Сестрица, Ариста.

— А-а, моя сестра.

— Сес-тра, — медленно повторил колдун и вздохнул, покачав головой.

— Её здесь нет.

— Почему не пришла она?

Алрик посмотрел на Ройса, а потом на Адриана.

— Она попросила нас прийти вместо неё, — ответил Ройс.

Посмотрев на вора, колдун спросил:

— А ты кто таков?

— Я? Я никто, — отозвался Ройс.

Эзраходин прищурил глаза и поднял бровь:

— Возможно. А возможно, и нет.

— Моя сестра поручила мне прийти сюда и поговорить с вами, — сказал Алрик, вновь обращая внимание колдуна на себя. — Вы знаете почему?

— Тебя прислать сюда я попросил.

— Чисто сработано, если учесть, что вы заперты здесь, — заметил Адриан.

— Чисто? — спросил Эзраходин. — Ты молвил «чисто»? Ибо не вижу грязи здесь. — Четверо мужчин ответили непонимающими взглядами. — Но не о том наш будет разговор. Уже вошло в привычку у Аристы чтить иногда присутствием меня, хотя внутри сих тёмных стен совсем не просто мне уловить движенье солнца в небе. Себя способной мнит она к Искусству нашему, а ведь и школ-то чародейских во внешнем мире не осталось. Неутолённое желанье её заставило во мне наставника увидеть. Давно забытым чудесам Ариста научиться захотела. Я заперт в каменных стенах, покуда сквозь пальцы бесконечно утекает время, и утешенья мне иного не сыскать, чем эхо долгое от собственных речей. Так что, во имя милости людской, учить её я согласился. Принцесса весточки мне приносила из мира нового. Взамен дары я ей передавал — дары познанья.

— Познанья? — спросил обеспокоенный Алрик. — Какого познанья?

— Пустяки. Недавно от недуга твой отец страдал? Экстракт здоровья я научил её готовить. — Они посмотрели на него, явно озадаченные. Взгляд Эзраходина покинул их. Казалось, он что-то искал. — Правда его она иначе называла...

Его лицо сосредоточенно напряглось, затем он нахмурился и покачал головой.

— Исцеляющий эликсир? — спросил Майрон.

Колдун внимательно посмотрел на монаха:

— Именно!

— Вы научили её готовить эликсир для отца?

— Пугает, да? Когда злодей, подобный мне, готовит эликсиры королю. Однако яда я не сотворил и смерть не причинил. Твоя сестрица, как и ты, была полна сомнений. И посему мы оба выпили из кубка, дабы доказать, что эликсир безвреден. Не выросли у нас рога, и смерть не забрала нас, но твой король поправился, его отведав.

— Это не объясняет, почему Ариста послала меня сюда.

— В твой дом проникла смерть?

— Откуда вы знаете? Да, моего отца убили, — сказал Алрик.

Колдун вздохнул и кивнул.

— Предупреждал сестру твою я о том, что страшное проклятье грозит семье её, но не послушала она меня. И всё же я уговорил Аристу прислать тебя сюда, коли беда придёт иль смертью омрачится дом Эзиндонов.

Эзраходин не спеша оглядел Адриана, Ройса, а потом и Майрона.

— Несправедливо обвиненными сии являются? Ибо сказал я ей: доверия достойны только те, кто за деяния такие обвинён, которых хуже нет на свете.

— Значит, вы знаете, кто убил моего отца?

— Не ведомо мне имя, ибо я не ясновидец. Однако видно, из какого лука сия стрела. Отец твой пал от рук мужей, что в сговоре с пленившими меня.

— Церковь Нифрона, — тихо пробормотал Майрон, и всё же колдун услышал, и его прищуренные глаза снова посмотрели на монаха.

— Зачем Церкви Нифрона желать смерти моему отцу?

— Ибо глухи и слепы в азарте погони люди, взявшие след. Тюремщики мои зорки, а здешние стены умеют слушать. И посему, пока я безобидно вёл себя и добрые дела творил, они уверились, что указала путь моя рука и твой отец Наследник есть Новрона.

— Подождите минуту, — прервал его Алрик, — церковь не желает убийства Наследника. Само её существование посвящено восстановлению его на троне и началу Новой имперской эры.

— Тысяча лет не сотворит правду из лжи. Смерть была призвана, и смерть искала крови бога. Сие есть истинная причина, по которой меня заточили.

— И какова она?

— В суровом одиночестве, без права говорить, я погребён в сей каменной могиле. Ибо являюсь я свидетелем того, как подменили правду. Единственный источник света я в бескрайней тьме. Церковь, сей веры бастион, — коварная змея, клыки которой лишили жизни императора и всю его семью — всех, кроме одного. Наследник коль найдется, то станет он свидетелем моим и оправданьем против клеветы. Ведь за спасенье нашего владыки сражался я.

— В той истории, что мы слышали, именно вы убили императорскую семью и несёте ответственность за разрушение целой империи, — сказал Адриан.