Заговор против короны (ЛП) - Салливан Майкл Дж. - Страница 63

— Уверяю вас, что это был дружеский визит.

Алрик свирепо глянул на графа.

— Убирайтесь из моего королевства, пока я не приказал схватить вас как заговорщика.

— Вы не посмеете, — ответил Арчибальд. — Я вассал короля Этельреда. Схватите меня или будете грубо со мной обращаться, и вы рискуете развязать войну. Мелингар вряд ли может позволить себе подобную схватку, особенно сейчас, когда во главе стоит неопытный мальчишка.

Алрик обнажил меч, и Арчибальд отступил на два шага.

— Проводите графа, пока я не забыл, что Мелингар в мире с Уорриком.

— Времена меняются, ваше высочество, — крикнул Арчибальд принцу, пока стражники уводили его прочь. — Грядет новая империя, и при новом порядке не будет места устаревшей монархии.

— Неужели нет никакой возможности бросить его в подземелье? Хотя бы на несколько дней? — спросил Алрик у Пикеринга. — Может, попробовать объявить его шпионом?

До того как Пикеринг успел ответить, заговорил епископ Солдур.

— Граф во многом прав, ваше высочество. Любое враждебное действие по отношению к Баллинтайну король Этельред будет считать актом войны против Чедвика. Только представьте, как бы вы ответили, если бы в Аквесте повесили графа Пикеринга. Вы бы не стали терпеть подобного, так же, как и он. Кроме того, это всё пустые угрозы. Граф молод и старается выглядеть важным. Простите ему его молодость. Разве вы тоже не ошибались в своих суждениях?

— Пожалуй, — пробормотал Алрик. — И всё же я не могу не подозревать, что змея задумала недоброе. Просто жаль, что нет никакого способа его проучить.

— Ваше величество, — прервал его Адриан. — Если не возражаете, у нас с Ройсом в городе есть друзья, которых мы хотели бы проведать.

— Да, конечно, идите, — ответил Алрик. — Но остается вопрос оплаты. Вы оказали мне огромную услугу, — сказал он, с нежностью глядя на сестру. — Я собираюсь сдержать слово. Вы можете назвать свою цену.

— Если не возражаете, мы к этому ещё вернемся, — сказал Ройс.

— Понимаю. — Принц выглядел немного обеспокоенным. — Но я надеюсь, что ваши требования будут разумными и не разорят королевство.

— Вам следует обратиться ко двору, — сказал Алрику Пикеринг.

Алрик кивнул, и они с Аристой и Маувином4 скрылись на лестнице. Пикеринг задержался рядом с двумя ворами.

— Думаю, есть шанс, что из мальчика и в самом деле получится хороший король, — заметил он, как только принц оказался слишком далеко, чтобы услышать. — В прошлом у меня были сомнения, но он, кажется, изменился. Он стал серьёзнее и увереннее.

— Так значит, меч всё-таки волшебный. — Адриан показал на рапиру.

— М-м? — Пикеринг опустил взгляд на меч, висевший у него на боку, и усмехнулся. — О, ну, скажем так, он даёт мне преимущество в бою. Кстати, почему вы поддавались Браге?

— Что вы имеете в виду?

— Я видел, как вы сражались, когда мы вошли. Ваша стойка была оборонительной, вы только отражали и парировали удары. Вы ни разу не атаковали.

— Я боялся, — соврал Адриан. — Брага выиграл столько призов и турниров, а я ни одного.

Пикеринг выглядел озадаченным.

— Но вы не можете участвовать в турнирах, поскольку не знатного происхождения.

Адриан поджал губы и кивнул:

— Раз уж мы заговорили об этом, полагаю, вы правы. Вам лучше позаботиться о ранах, ваша светлость. Вы зальёте кровью свою славную тунику.

Пикеринг взглянул вниз и удивился, заметив порез поперёк груди, который нанёс ему Брага.

— Ох, да, это неважно. Туника всё равно испорчена, а кровотечение, кажется, остановилось.

Вернувшийся Маувин подбежал к ним и встал рядом с отцом.

— Я приказал солдатам искать гнома, но пока безуспешно.

Несмотря на плохие новости, Маувин широко улыбался.

— Чему ты улыбаешься? — спросил его отец.

— Я знал, что ты сможешь его победить. Правда, некоторое время я сомневался, но в глубине души я знал.

Граф кивнул, и его лицо приняло задумчивое выражение. Он посмотрел на Адриана:

— После стольких лет сомнений мне представилась непредвиденная и удачная возможность победить Брагу, особенно на глазах у моих сыновей.

Адриан кивнул и улыбнулся:

— Так и есть.

Повисла пауза, в течение которой Пикеринг вглядывался в лицо Адриана, а потом положил руку ему на плечо.

— Честно говоря, лично я рад, что вы не дворянин, господин Адриан Блэкуотер, действительно рад.

— Вы идёте, ваша светлость? — позвал сэр Эктон, и граф с сыном вышли.

— Ты же на самом деле тянул с Брагой не для того, чтобы Пикеринг мог его убить, верно? — спросил Ройс, после того как они остались в коридоре вдвоём.

— Конечно нет. Я тянул, потому что для простолюдина убить аристократа — верная смерть.

— Я так и думал. — В голосе Ройса слышалось облегчение. — На минуту мне показалось, что ты решил сменить повозку с добрыми делами на целый обоз.

— Дворяне, конечно, кажутся такими милыми и дружелюбными, но если бы я его убил — даже несмотря на то, что они в любом случае желали ему смерти, — можешь быть уверен, они бы не погладили меня по головке, говоря: «Отличная работа». Нет, убийства аристократов лучше избегать.

— По крайней мере там, где есть свидетели, — ухмыльнулся Ройс.

Направляясь к выходу из замка, они слышали отзвуки речи Алрика:

— ...был государственным предателем и виновен в убийстве моего отца. Он пытался убить меня и казнить мою сестру. Тем не менее, благодаря мудрости принцессы и доблести остальных, я сейчас стою перед вами.

Далее раздался рёв аплодисментов и приветственных криков.

ГЛАВА 10

ДЕНЬ КОРОНАЦИИ

Семьдесят восемь человек было убито и больше двухсот ранено в ходе сражения, которое стало известно как Битва за Медфорд. Своевременная атака жителей на ворота обеспечила принцу вход в город и, вполне возможно, спасла ему жизнь. Как только новости о возвращении Алрика распространились по городу, восстание прекратилось. Мир был восстановлен, чего нельзя сказать о порядке. Бродячие банды воспользовались возможностью и ещё несколько часов после битвы грабили лавки и склады, в основном те, которые выходили на реку. Один сапожник погиб, защищая свою мастерскую, и ещё одного ткача сильно избили. Вдобавок к повальному воровству были убиты шериф, два его помощника и ростовщик. Многие верили, что были те, кто использовал беспорядки, чтобы свести старые счёты. Убийц так и не нашли, и никто не стал утруждаться поисками грабителей. В результате никого даже не арестовали; было достаточно того, что насилие закончилось.

Большая часть снега, выпавшего в день битвы, растаяла в течение нескольких следующих дней, оставив только грязные пятна, спрятавшиеся в тени. Однако погода оставалась в основном холодной. Осень официально закончилась, и наступила зима. Молчаливая толпа часами стояла на ледяном ветру около королевской гробницы, куда перенесли тело Амрата для официальных королевских похорон. В тот же день были похоронены и многие другие. Погребение, вместе с последовавшим за ним недельным трауром, облегчило общее горе.

Среди погибших оказался и Вайлин, капитан стражи замка Эзиндон. Он был убит, когда руководил обороной замковых ворот. Так и не было установлено, являлся Вайлин предателем или просто был обманут великим герцогом. Алрик предпочёл оправдать его за недостаточностью улик и разрешил похоронить со всеми почестями. Хотя Мэйсон Грюмон погиб, Диксон Тафт, управляющий «Розы и шипа», пережил битву, потеряв только правую руку до локтя. Он мог бы умереть, как и многие другие, если бы не усилия Гвен Делэнси и её девушек. Оказалось, что из проституток вышли превосходные сиделки. Те увечные и раненые, у которых не было семьи, чтобы позаботиться о них, неделями жили в «Медфордском гнёздышке». Когда весть об этом достигла замка, в «Гнёздышко» прислали продукты, бельё и другие припасы.

По Мелингару распространились новости о героической атаке Алрика на укреплённые ворота. История о том, как он выжил посреди града стрел, только чтобы отважно снять шлем и ещё раз бросить вызов лучникам, была просто создана для кабаков. До битвы мало кто был высокого мнения о сыне Амрата, но теперь в глазах многих он стал героем. Несколькими днями позже начала обретать популярность чуть менее известная история, также ходившая по городским тавернам. Эта необычная байка рассказывала о том, как два преступника, ложно обвинённые в убийстве короля, избежали мучительной смерти, похитив принца.