Грязная игра (ЛП) - Батчер Джим - Страница 36

— Гарри, — продолжил он после медитативной паузы, — ты идеальный?

— Нет, — ответил я.

Он кивнул.

— Всезнающий?

Я фыркнул.

— Нет.

— Можешь отправиться в прошлое и изменить то, что уже произошло?

— Теоретически? — спросил я.

Он посмотрел прямо на меня.

— Я слышал, что иногда кое-что можно сделать. Но, конечно, это адски сложно. И у меня нет ни малейшего представления, как именно это делается.

— Так ты можешь?

— Нет, — сдался я.

— Другими словами, несмотря на всё, что ты знаешь, и все те невероятные вещи, что можешь сделать… ты всего лишь человек.

Я нахмурился и отхлебнул пива.

— Тогда почему, ты ждешь от себя совершенства? — спросил Майкл. — Ты, что, считаешь себя гораздо лучше остальных? Что твоя сила делает тебя человеком другого уровня? А твои знания позволяют смотреть на остальных в этом мире свысока?

Я уставился на пиво и почувствовал себя… смущенным.

— Это высокомерие, Гарри, — сказал он мягко. — Оно так глубоко, что ты даже не осознаешь его. И ты знаешь, почему?

— Нет?  — спросил я.

Он снова улыбнулся.

— Потому что ты установил более высокий стандарт для себя. Ты думаешь, раз у тебя больше сил, чем у других, то и делать ты должен больше.

— Кому много дано, с того много и взыщется, — ответил я, не поднимая глаз.

У него вырвался смешок.

— Для того, кто неоднократно говорил мне, что он не верит, у тебя удивительная способность цитировать Писание. Вот это я и хочу сказать.

Я посмотрел на него:

— Что?

— Ты бы не вязал из себя узлы, Гарри, если бы тебе было плевать.

— Ну и что?

— Монстрам плевать, — сказал Майкл.  — И проклятым плевать, Гарри. Единственный способ потерять возможность искупления — это выбрать себя, прекратить беспокоится о других.

Кухня перед моими глазами начала расплываться.

— Ты думаешь?

— Что я думаю? Я думаю, ты не идеален. А это значит, что иногда ты делаешь неправильный выбор. Но… честно говоря, не уверен, что я поступил бы иначе, если в опасности оказался один из моих детей.

— Не ты, — сказал я тихо. — Ты бы не сделал то, что сделал я.

— Я не смог бы сделать то, что сделал ты, — ответил Майкл просто. — И я не стоял на твоем месте перед таким выбором. — Он приподнял пиво к потолку: — Спасибо тебе за это, Господи. Так что если ты пришел сюда за осуждением, Гарри, от меня ты его не получишь. Я делал ошибки. Я лажал. Я человек.

— Но эти ошибки могут меня изменить, — сказал я. — Я могу закончить, как все эти люди рядом с Никодимусом.

Майкл фыркнул:

— Нет, этого не будет.

— Почему нет?

— Потому что я знаю тебя, Гарри Дрезден, — сказал Майкл.  — Ты патологически неспособен понять, когда нужно уходить. Ты не сдаешься. И я не поверю ни на секунду, что ты на самом деле намерен помочь Никодимусу в его деле.

Я почувствовал, как улыбка тронула уголок моих губ.

— Ха!  — воскликнул Майкл, садясь в кресло, и отхлебнул еще пива. — Я так и думал.

— Есть одна хитрость, — сказал я. — Я должен помогать ему во время, но не потом. Технически.

Майкл поморщился.

— Фейри! Я никогда не понимал, почему они всегда говорят как юристы.

— Я — Зимний рыцарь, — сказал я, — но тоже не врубаюсь почему.

— Меня это странным образом обнадёживает, — сказал Майкл.

Я хихикнул:

— Да. Есть немного.

Его лицо посерьенело.

 — Никодимус в деле предательства как рыба в воде, — заметил он. — Он наверняка знает о твоем намерении. Он умен, Гарри. Его опыт в борьбе за выживание исчисляется столетиями.

— Это правда, — согласился я. — С другой стороны, я тоже не совсем пальцем деланный.

Его глаза блеснули.

— Тоже верно.

— И со мной Мёрфи, — добавил я.

— Это хорошо, — сказал Майкл, стукнув бутылкой по столу в подтверждении своих слов. — У этой женщины есть и мозги, и сердце.

Я закусил губу и посмотрел на него:

— Но… Майкл, она ни разу… за прошедший год...

Он вздохнул и покачал головой.

— Гарри… Ты знаешь, что этот остров значит для всех нас?

Я тоже покачал головой.

— В последний раз, когда я там был, в меня попали две пули. В итоге месяц я пробыл в реанимации, четыре месяца был прикован к постели, и снова смог ходить только почти через год. Мои бедро и поясница были необратимо повреждены, и, с физической точки зрения, это был самым долгий, ужасно болезненный и страшно унизительный опыт в моей жизни.

— Да уж, — сказал я.

— Ты знаешь, что мне снится в кошмарах?

— Что?

— Остров, — ответил Майкл. — Его… присутствие. Его недоброжелательность. — Он вздрогнул.

Майкл, рыцарь Креста, который не моргнув и глазом смотрел на смертельно опасных духов, демонов и монстров, дрожал от страха.

— Это ужасное место, — тихо произнес он. — Его воздействие… Ясно, что тебя оно не затрагивает. Но лично я не уверен, что смогу вернуться туда снова, по собственной воле.

Я моргнул.

— Но я знаю, что Молли туда возвращалась. И, как ты говорил, Кэррин тоже. И Томас. Много раз. — Он покачал головой. — Это... поражает меня, Гарри.

— Они... Они ни разу ничего не сказали, — произнес я. — Я имею в виду, они там не ночевали, но все же...

— Конечно же, не ночевали, — сказал он. — Ты уже достаточно корил себя за то, в чем не виноват. Неравнодушные люди не хотят добавлять еще и это. — Он замолчал, а потом мягко добавил. — Но ты решил, что все из-за тебя.

Я допил пиво и кивнул.

— Высокомерный, — сказал я. — Чувствую себя идиотом.

— Хорошо, — ответил Майкл. — Иногда полезно себя так чувствовать. Это помогает осознать, что еще есть, чему учиться.

То, что он сказал об острове, укладывалось в картину. Я вспомнил свои первые визиты на остров и как тревожно мне там было. У меня есть талант и огромная практика в плане защиты от психических воздействий, и я защищался от него чисто рефлекторно,  отгораживаясь от самого страшного, что он мог со мной сделать. Чародей. И немногим позже я вызвал Предел Демона на ритуальный поединок, который сделал меня Стражем этого места, освободив от злобного воздействия.

У Томаса не было такой практики и такой защиты, как у меня. Для Молли, куда более чувствительной к подобной энергии, чем я, это должно было быть мучительно. И Кэррин, которая уже подвергалась раньше психическому нападению... Проклятье.

Все они и так уже заполучили кучу шрамов, помогая мне, без единой жалобы... а я тут убивался из-за того, что они не хотели обзавестись новыми.

Майкл был прав.

Я совершенно зациклился на себе.

— Я тут понял, — сказал я. — Если бы я не был Зимним рыцарем... Мэб нашла бы другого головореза, — Мэб как-то уже говорила мне, кем бы она меня заменила - моим братом, Томасом. Я вздрогнул, представив, что было было бы, если бы к его врожденным, добавились еще и соблазны Зимы. — Кто-то еще взял бы на себя это бремя. И, возможно, был бы уже уничтожен.

— До тебя дошло только сейчас? — спросил Майкл. — Я подумал об этом спустя пять секунд, как узнал.

Я рассмеялся. И это действительно было хорошо.

— Так-то, — кивнул Майкл.

— Спасибо.

Я благодарил за множество вещей сразу. Майкл понимающе кивнул.

— И, конечно же, у нас тут есть еще один очевидный вопрос, который мы пока старательно обходили стороной.

Ну разумеется, есть.

Мэгги.

— Я не хочу снова делать ее мишенью, — сказал я.

Майкл терпеливо вздохнул.

— Гарри, — сказал он, словно разговаривая со слабоумным, — Я сомневаюсь, что ты заметил. Но все закончилось очень плохо для последнего монстра, который посмел поднять руку на твоего ребенка. И для его друзей. И для союзников. И для всех, кто на него работал. И для большинства людей, которых он знал.