Грязная игра (ЛП) - Батчер Джим - Страница 92

— Гарри, — выдохнул Майкл.

— Прости меня за это, Ханна, — услышал я собственный шёпот. — Мне жаль.

Майкл положил руку мне на плечо:

 — Гарри? Ты в порядке?

Я помотал головой и слабо махнул в сторону нападавшей груды.

— Адские колокола, Майкл! Это был даже не бой. Это было настоящее убийство. Она не была монстром. Она просто сделала плохой выбор. Пустила эту штуку внутрь, и... та стала провоцировать её. Управлять ею.

— Это то, что они делают, — тихо сказал Майкл.

— Это могло случиться и со мной... Если бы не Божья милость, под завалом был бы Гарри Дрезден.

Майкл, хромая, подошёл ближе, остановился передо мной и слегка хлестнул меня по щеке:

— У нас нет на это времени. Рефлексировать будешь позже. Мы поговорим об этом потом. Вставай.

Удар не был болезненным, но он слегка ошеломил меня и заставил встряхнуть головой. Изнеможение, вызванное швырянием настолько мощных сил, начало проходить, и я стряхнул вялость, которая последовала за ним. Противное покалывание холода стало ещё ощутимее.

— Гарри, — позвал Майкл, — ты со мной?

— Голова болит, — пробормотал я. И затем я осознал, что это означает. Серьга Мэб пылала в моём ухе как крошечная ледяная звезда, а голова всё равно начала тяжело пульсировать.

Мое время истекало. И если я не смогу вернуть всех к первым вратам и открыть Путь обратно в Чикаго, оно было на исходе и для остальных тоже. Я опёрся на посох и заставил себя встать на ноги. Я чувствовал себя дряхлым, неподъёмным и уставшим, но этой слабости я позволить себе не мог.

Я снова заставил себя сосредоточиться и сморгнул с глаз что-то горячее и влажное.

 — О'кей, — сказал я. — Ладно. Забираем Грея и валим отсюда.

И тут по воздуху с дальней стороны амфитеатра к нам понеслась какая-то размытая тощая фигура с огромными крыльями летучей мыши. Одно из его крыльев ослабело, существо рухнуло на мраморный пол, подпрыгивая при посадке. Неясная фигура несколько раз перекувыркнулась и когда остановилась, перед нами лежал ошеломлённый Грей. Нижняя половина его лица, а также руки и предплечья были алыми от крови.

— Майкл, — позвал я.

Действуя вместе, мы поставили Грея на ноги между нами, и двинулись назад к входу в хранилище, огибая адский жар, исходящий от обломков.

— Грей, — спросил я, — что произошло?

— Он проявил сообразительность и перекинулся в меньшую форму, — сказал Грей. — Мои челюсти соскользнули. Но кое-что попало ему в глаза, и я оторвался от него прежде, чем он смог превратиться обратно и схватить меня.

Откуда-то позади нас раздался яростный рёв дженосквы и грохот падения ещё одной колонны. Следующее рычание прозвучало огорчительно глубже по диапазону, поскольку дженосква снова принял демоническую форму Урсиэля и поднялся на задние лапы для лучшего обзора. В результате его голова оказалась в долбанных двадцати футах от земли, и хотя мы уже проделали большую часть пути по лестнице амфитеатра, горящие глаза Урсиэля и истерзанные, кровавые глазницы дженосквы оказались на одном уровне с моими. Демон-медведь раскрыл пасть и взревел от ярости.

— Похоже, он разозлился, — пискнул я.

— Искренне на это надеюсь, — пробормотал Грей, произнося слова немного неразборчиво. Он едва стоял на ногах, и глаза его всё ещё выглядели мутными. — Дайте мне секунду, и я буду в порядке.

Урсиэль упал обратно на свои шесть лап и двинул к нам. Он хромал на ту ногу, которую перерубил Майкл, но она даже не болталась свободно, как должна бы. Адские колокола, он быстро восстановился.

— Вальмон, — спросил я у Грея. — Где она?

— Отправил её обратно к первым вратам, — ответил Грей, — с магическими артеф… арф… игрушками.

— Вот и всё, — сказал я Майклу. — Ты ранен. Грей всмятку. Отведи его обратно к первым вратам и сделай это настолько быстро, насколько сможешь.

Майкл стиснул челюсти.

— Ты не можешь сражаться с Урсиэлем в одиночку, Гарри. Тебе не победить.

— Нет нужды сражаться с ним, — возразил я. — Нужно просто купить вам двоим немного времени, чтобы выбраться. Доверься мне. Я буду прямо за тобой.

Майкл на секунду прикрыл глаза, а затем быстро кивнул мне и принял весь вес Грея на себя.

— Да пребудет с тобою Бог, друг мой.

— Любая помощь приветствуется, — согласился я и остановился на верхней части лестницы амфитеатра, в то время как Майкл и обвисший на его руках Грей отступали по пути нашего прибытия.

В голове стучало. Я вытряс из рукава нож в ножнах и закинул его в карман пыльника, к своему револьверу-переростку, затем проверил, что Плащаница надёжно спрятана в другом кармане.

Из дальнего конца хранилища донёсся устрашающий завывающий вопль. Холодок, пробегавший по коже, становился всё интенсивнее, и ему сопутствовало чувство иррационального, сверхъестественного ужаса. Через мгновение первому воплю эхом отозвались другие, и ощущение бездумной паники усилилось. Сердце пустилось вскачь, ноги и руки затряслись и ослабли.

Тени приближались.

Урсиэль издал ещё один неистовый рёв, а затем двадцатифутовый рогатый медведь размером с боевой танк проломился на открытое пространство и неуклюже помчался вверх по лестнице ко мне, оскалив клыки, с явным намерением учинить кровавую бойню.

И вместо того, чтобы спасаться бегством как любая здравомыслящая личность, я замахал ему как мельница руками и заорал:

— Эй, Йоги! Я здесь! Иди-ка получи!

Глава 47

Урсиэль был слишком большой, чтобы драться.

Послушайте, люди без умолку болтают о том, что размер — это ещё не всё, и чем ты выше, тем больнее падать, но людям, которые так говорят, вероятно, не приходилось сталкиваться с атакующим медведем-демоном, таким большим, словно он сошёл с экрана кинотеатра на открытом воздухе. С точки зрения обороны побеждает самый что ни на есть размер. Это факт. Спросите слона.

Но...

С точки зрения охоты, быть большим хорошо только тогда, когда те, на кого ты охотишься, тоже весьма огромны. Успешные хищники не обязательно больше, чем те, с кем они расправляются — они просто лучше вооружены и достаточно велики, чтобы справится с задачей, если всё сделают правильно. Слишком многочисленная и проворная добыча может разбежаться, и охотнику будет сложнее угнаться за несколькими целями одновременно.

Грей поступил блестяще, ослепив дженоскву. Он заставил его полагаться на глаза Урсиэля. А для этого, по-видимому, нужно было оставаться в форме гигантского медведя. Если бы дженосква преследовал меня в своей естественной форме, он поймал бы меня и разорвал в клочки в один миг — я видел, как быстро он мог двигаться. Медведь, возможно, и представлял собой неодолимую массу мышц, когтей и клыков, но у меня был небольшой опыт общения с очень-очень большими существами в процессе движения, и я знал о них одну важную вещь.

Они не слишком поворотливы.

Урсиэль приблизился и, насколько позволяли его размеры, изобразил нечто похожее на атакующий прыжок. Я метнулся в сторону. Гарри Дрезден, чародей, сыграл бы в ящик на этом самом месте. Но сэр Гарри, рыцарь Зимы, на целый волосок разминулся с разящими лапами и щелкнувшими челюстями, отскочил назад на несколько ярдов и заорал:

— Оле! Торо!

Урсиэль взревел ещё раз, но его голова повернулась в сторону отступающих фигур Майкла и Грея. По моим наблюдениям, Урсиэль не был тактическим гением, но и он, и дженосква были хищниками, а Майкл и Грей были ранены и уязвимы. Их легко можно было поймать и прикончить, а затем на досуге поохотиться и на меня, словно кошка, которой досталась целая куча надоедливых мышей.

И я поднял свой ​​посох, направил его на демона-медведя и прокричал:

— Fuego!

Огненный заряд, который я послал в него, был невелик. Мне не хотелось тот час же хлопнуться в обморок от истощения, а дженосква-и-Урсиэль проявлял раздражающую устойчивость к моей магии. Но у меня была другая цель. Мини-заряд пламени ударил медведя по носу, и хотя и не обжёг плоть, но подпалил немного шерсти и, клянусь, чертовски его взбесил.