Виа Долороза - Парфенов Сергей - Страница 84

Линаев долго молчал, – в трубке слышалось его тяжелое сопение, – но затем произнес:

– Хорошо, Виктор Александрович… Действуйте…

Буквально через час после этого разговора хромированная коробка лифта несла Кожухова и коменданта Белого дома вниз по длинной лифтовой шахте.

Коменданта Кожухов вызвал себе в помощь для того, чтобы обследовать здание правительства. Главный смотритель здания оказался коренастым отставником, невысоким, лет за пятьдесят уже, но всё ещё не растерявшим былой военной выправки. По его прямой спине, уверенному голосу было явственно заметно, что не превратился он ещё в канцелярского червя. Докладывал он по военному четко, не лебезя и по делу – сразу всё понял, принес ключи от внутренних помещений и повел показывать своё хозяйство.

Скоростной лифт Дома правительства плавно замедлил свой спуск и остановился, бесшумно разинув хромированные двери.

– Это подземный этаж, – кивнул крепыш-комендант на темный проем, открывшийся за блестящими дверьми. – Здесь у нас правительственный бункер… Помещение немаленькое, сами увидите… Готовилось специально на случай ядерной войны…

Они вышли из кабины и оказались в тусклом коридоре, в глубине которого виднелась дверь с вращающимся металлическим колесом посередине, какие обычно устанавливают на подлодках между отсеками. Комендант подошел к ней, щелкнул в замочной скважине ключом и принялся медленно вращать тугое колесо. Повернув его несколько раз, он толкнул дверь плечом. Дверь нехотя отворилась.

– Прошу! – комендант отступил, пропуская Кожухова вперед. – Это есть бункер, или помещение номер сто…

Кожухов перешагнул невысокий приступок и оказался внутри просторного помещения. По виду оно очень напоминало обычный объект гражданской обороны – вдоль стен стояли длинные крашенные скамьи, стеллажи с противогазами и аптечками и несколько бумажных коробок с мутными цилиндриками индивидуальных дозиметров. "Не хватает только заплесневелых стен", – почему-то подумал Кожухов. В дальнем конце этого неуютного помещения виднелась ещё одна металлическая дверь. Подойдя к ней комендант вытащил из нагрудного кармана пластмассовый прямоугольник пропуска, вставил его в тонкую щель рядом с дверью и быстро провел сверху вниз. Дверь, зашуршав, ушла в сторону.

– А это VIP-отсек, – произнес комендант. Протянув руку, он щелкнул выключателем на внутренней стенке отсека. Высокий потолок за открывшимся только проемом ярко осветился причудливыми гирляндами люстр.

"Ого! Совсем другое дело!" – Кожухов с удивлением оглядел светлое помещение, стены которого были отделаны кофейного цвета пластиком. Судя по всему, это была столовая – к ровным рядам столов были приставлены пластмассовые стулья. Сбоку к столовой примыкала кухня. Кожухов ради интереса заглянул и туда. Там был образцовый порядок, – посуда, большие, пузатые баки для приготовления пищи, – всё было расставлено по местам и дожидалось своего использования. В сером полумраке мутно поблескивала металлическим боком большая импортная плита и белели высокие коробки холодильников. Удовлетворенно хмыкнув, Кожухов направился к выходу.

– А там что? – спросил он, выйдя из кухни и ткнув рукой на длинный коридор с равномерными прямоугольниками дверных проемов.

– Там – жилые помещения и рабочие кабинеты. В конце – президентские апартаменты… А вот здесь, – комендант показал на уходящий в бок проем-аппендикс, – генераторная, аппаратная и складские помещения. Вентиляция, воздухоподача и водоснабжение – все автономное… Кстати, запасов пищи тут на целый месяц…

– А запасные выходы отсюда есть? – деловито поинтересовался Кожухов.

– Есть! Один выходит к детскому парку, а другой к Москва-реке…

Комендант вытащил из-под мышки план-карту здания, развернул ее и показал на два шурфа, отходящие в разные стороны от подземного этажа. Кожухов беспокойно нахмурил лоб.

– Я так понимаю, это самый удобный путь, чтобы незаметно проникнуть в здание? – спросил он. Комендант, зашуршав картой, отрицательно покачал головой.

– Нет… Не думаю, – ответил он спокойно. – Эти выходы находятся на открытом месте – к ним незаметно не подберешься… Если кто-то захочет незаметно попасть в здание, то скорее всего попытается использовать другой путь… Через тоннель метро… Пойдемте, покажу… Секундочку, только возьму фонарь!

Они вышли из VIP-отсека. Комендант взял со стеллажа большой аккумуляторный фонарь и повел Кожухова в другой конец коридора. Там оказалась длинная винтовая лестница, темной спиралью уходящая в глубь колодца. Комендант включил фонарь и первым двинулся вперед. Спуск оказался долгим, яркий луч фонаря несколько минут метался по серым унылым стенам, (пока шли, металлические ступени гулким эхом отдавались в узком пространстве шахты) – они наконец не уперлись в темную дверь. Кожухов вопросительно посмотрел на коменданта.

– А там что?

– Метро, как я и говорил… Открыть?

Кожухов утвердительно кивнул. Комендант забряцал ключами, нашел нужный и вставил его в замочную скважину.

– Подождите! – Кожухов сунул руку подмышку и извлек оттуда длинноствольный пистолет. Сняв его с предохранителя, приказал негромко:

– Дайте фонарь! Дайте, дайте!

Комендант протянул ему фонарь.

– А теперь отпирайте… Осторожно! Не отворяйте только… Откроете по моей команде…

Кожухов выключил фонарь и сказал шепотом:

– Открывайте!

Дверь тихо скрипнула и в шахту потянуло сквозняком. Громко щелкнул выключатель. Острый луч рассек темноту и выхватил из мрака шарахнувшуюся в бок фигуру. Ствол "Стечкина" отследил это движение и зло харкнул в ту же сторону короткой, раскатистой очередью. Пули с цокотом защелкали по стене, высекая из нее длинные, золотистые искры.

– Стоять! – оглушительно рявкнул Кожухов и фигура испугано замерла.

– Вы чего, мужики? – забубнила она. – Вы чего?

Теперь, когда фигура остановилась, её наконец-то можно было рассмотреть – в тоннеле стоял мужик в оранжевой рабочей спецовке, судорожно загораживая лицо ладонью от мощного луча фонаря. В последний момент Кожухов успел таки поднять ствол пистолета чуть-чуть выше, и пули прошли поверх головы незваного гостя. Дело тут, конечно, было не в том, что Кожухов побоялся убить человека. Нет! Он был профессионалом, – хорошим профессионалом, а первое, чему учат профессиональных охранников, – это не бояться применять оружие. Просто в последний момент он разглядел на фигуре оранжевую спецовку ремонтника.

– Тьфу ты! – в сердцах сплюнул Кожухов на темный пол и, отведя фонарь в сторону, спросил с раздражением. – Ты кто такой? Какого хрена тут делаешь?

Человек в оранжевой спецовке опустил руку от лица и, боязливо уставился на направленный на него ствол пистолета:

– Я это… Обходчик… У нас протечка на перегоне – меня послали посмотреть… Услышал, что кто-то скребется… Остановился… А тут вы с пистолетом…

У него была ничем не примечательная физиономия, основной достопримечательностью которой являлись пышные усы. "Типичный пролетарий", – подумал Кожухов, разглядывая широкое лицо, короткий нос и всклокоченные в беспорядке волосы… Но вдруг эти черты показались ему знакомыми. Буквально какое-то мгновение что-то неуловимое мелькнуло в них, но этого мгновения было достаточно, чтобы Кожухову показалось, что этого человека он уже где-то видел. Но вот дальше… Дальше память, как назло, никак не хотела приходить ему на помощь… Наверное, из-за того, что лицо находилось в тени. Кожухов поднял фонарь.

– Эй, хватит… Ну, хватит, хватит же! – обиженно запротестовал обходчик, снова закрывая лицо ладонью.

"Где ж я мог тебя встречать? – досадливо подумал Кожухов. – А может просто похож на кого-то?" Он опустил фонарь и сказал отходчиво:

– Ладно, мужик… Считай, твой сегодня день! Дуй отсюда, чтоб духу твоего больше тут не было! Да… И в церковь сходи – свечку поставь…

Последние слова уже прозвучали вдогонку обходчику, потому что он почти бегом поторопился прочь от злосчастной двери. Вдали замелькал тонкий лучик его карманного фонаря и вскоре гулкий топот его кирзовых сапог затих вдали… Комендант стоявший рядом с Кожуховым, буркнул недовольно: