Вспоминай меня ночью... (СИ) - Карр Анна "Karkar" - Страница 22

Из всего запланированного времени хватает только на «заварить нужный порошок», так как меня невыносимо тянет обратно.

Я не отсутствовал и пары минут, но Белла уже спит. Сладко и по-детски вздрагивая во сне.

Ослабляю завязки на ее мягких полуспортивных брючках, целуя ее животик, рядом с пирсингом. Всеми силами торможу себя, чтобы не сорваться и не зацеловать ее спящую насмерть.

Пробегаюсь по согнутым в коленях ножкам и освобождаю мягкие ступни от стягивающих белых носочков. Немного массирую ее пальчики, пытаясь расслабить еще сильнее и проходясь по акупунктурным точкам.

Дома жарко. И я решаю не доставать из-под нее одеяло и не тревожить лишний раз, а закрыть маминым пледом.

Выключаю свет, оставляя слабую настольную лампу, чтобы видеть ее лицо, вырубаю прямо из розетки комп и, переодевшись в пижамные бриджи, тихонечко ложусь рядом, притягивая ее к себе.

Я засыпаю, прижимаясь губами к ее виску.

Мне так хорошо, что я даже не могу ни о чем думать. Сплошное удовлетворение и облегчение.

Ночью просыпаюсь от того, что ее колотит лихорадка.

Черт, я должен был разбудить и напоить ее лекарством!

Целую лоб и щеки – как пламя.

– Белла, – я поглаживаю ее виски и целую лоб. – Просыпайся…

Невнятное мычание в ответ. Может, получится напоить ее во сне?

Приподнимаю, облокачивая ее на себя, и дотягиваюсь до кружки с лекарством. Все еще теплое. Подношу к губам.

– Белла, выпей, пожалуйста.

Рывок – и кружка переворачивается прямо на нее. От неожиданности я даже не успеваю перехватить ее второй рукой. Белла уже в метре от меня, и ее глаза сонно и тревожно всматриваются в мое лицо.

Я в шоке…

Через пару секунд облегченно вздыхает и, расслабляясь, падает прямо там, где оказалась – на другом краю кровати.

Я это уже видел…

Это – система? Что ей снится?

Такая испуганная и беззащитная в этот момент, просто жесть!

– Белла, – перекладываю подушки так, чтобы устроить ее удобно там, где она лежит, – нужно выпить лекарства. Ты вся полыхаешь!

Она слабо кивает, немного поднимая голову, когда я устраиваю ее на подушке. Ее майка полностью мокрая. Пока закипает вода для очередной порции, достаю свою футболку. Притянув ее к себе спиной, аккуратно снимаю с нее маечку, чтобы переодеть.

А под ней ничего…

И меня топит резко нахлынувшее возбуждение…

Стряхивая это сумасшествие, быстренько помогаю ей влезть в сухую одежду, стягивая заодно ее брючки. Она не в состоянии сопротивляться. По-моему, вообще слабо осознает, что происходит. И очень хочется воспользоваться этим, чтобы пройтись руками по ее податливому телу.

Но я встаю и ухожу. Это, блять, даже для меня перебор.

Возвращаюсь с лекарством – опять спит.

Немного посоображав, делаю горку из подушек возле изголовья кровати. Сажусь и притягиваю ее спиной к себе на грудь, располагая между ног. Жду, пока лекарство остынет, охлаждая ее лоб своими руками. И Белла слегка постанывает, когда я меняю одну руку на другую.

Маленькая моя! Если бы я мог, я бы с удовольствием болел сейчас вместо тебя.

Пробую пахнущую клубникой жидкость – уже не обжигает.

Поглаживая ее лицо, уговариваю выпить, и она делает несколько глотков.

Через пару минут спаиваю ей остатки.

– Выздоравливай, моя Белла… – шепчу я ей в ушко.

Белла поворачивается и, обхватывая руками мою шею, немного подтягивается вверх, отыскивая своими горячими губами мои.

Замираю – предвкушение, нежность, восторг!

И несколько поцелуев – быстрых, легких и нежных – обжигают меня.

Я, блять, в счастливой коме!

Расслабляется и засыпает глубже. Тут же вырубаюсь следом, чувствуя абсолютное спокойствие и умиротворение…

Давящее чувство будит меня с утра.

Что?

Ее нет?

Блять, ну пожалуйста, только не это… Она не могла так со мной! Я же, блять, почти поверил…

Открываю глаза и поднимаюсь: моя футболка на краю кровати, рюкзачка нет, кроссовок тоже.

Ушла...

Глава 14

Сообщение

«Ушла. Ушла. Ушла. Ушла», – вбивается в виски потоком крови.

Почему?

Потому что напугал?

Нет. Она не была испуганной в конце… Она была доверчивой и нежной…

Потому что передумала?

Но я ничего и не просил у нее…

Трезво с утра оценила ситуацию?

Она целовала меня вчера… Я помню каждое горячее касание и даже силу давления ее губ, и вкус клубники, который остался от лекарства…

Может, просто в знак признательности за то, что заботился?

Хочется верить, что нет…

Да я знаю, что нет!

Но ПОЧЕМУ тогда?

У нее «квалификация» сегодня! Она просто…

Нет. Могла бы разбудить или оставить записку. Хоть какое-нибудь сообщение!

Подрываюсь на ноги, обыскивая глазами комнату – кровать, стол, тумбочка, полки…

НИЧЕГО.

Беру в руки футболку, в которой она спала. Вдыхаю запах… Пахнет и мной, и ей. Очень правильный запах. Мой любимый, после ее. Одеваю на себя. И сердце начинает щемить еще сильнее.

Ушла…

Может, скинула смс?

Могла бы сделать дозвон с моего на свой и узнать номер.

Ищу телефон. Лежит там же, где она выронила его вчера. Облегченно выдыхаю, что не пришлось удалять фотографии. Пока. У меня есть, конечно, копия на жестком диске, но я бы все равно сказал ей об этом.

Пролистываю последние вызовы и смски. Ни одного незнакомого номера.

Ушла молча, не объясняясь… Что, блять, это значит?

Я знаю… Просто не могу пока озвучить это для себя.

Она понимала, что я буду чувствовать, не могла не знать этого! Она чувствует меня, как никто другой! И все равно бросила меня так!!! Почему?

Позвонить?

Да я даже номера ее не знаю!

Рон знает. Алиса знает.

Я мог бы…

Блять, НЕ МОГУ!

Боюсь услышать очевидное...

Накрывает какой-то болезненной опустошенностью. Где мои сигареты?

Начинаю обыскивать свои карманы – джинсы, куртки – нихера нет. Вспоминаю, что выкинул пустую пачку вчера и забыл купить в магазине новую. А курить хочется нестерпимо. Потому что начинает наваливаться черная, беспробудная тоска.

А еще хочется выпить чего-нибудь покрепче. А лучше кокса и тупую легкую опустошенность в мою голову.

Блять…

Не надо было говорить ей всего этого. Этот косяк с фотографией! Как я мог так облажаться?! Мы могли хотя бы общаться, как друзья…

Иду на кухню в поисках моей наркоты.

Заглядываю в телефон – одиннадцать. Как я мог проспать ее уход? Как не почувствовал, что она уже больше не в моих руках?!

Может, и к лучшему…

Я бы с ума сошел, если бы пришлось выслушать все ее «почему нет». Она поняла это и поэтому ушла молча? Чтобы не видеть мои судороги?

Похоже на то…

Есть, блять, в этом доме хоть одна ебаная сигарета?!

Сметаю все с подоконника в попытке отыскать какую-нибудь старую пачку. Руки нихрена не слушаются меня, и в ладонь втыкается случайно оставленный нож, распарывая кожу. Глубоко. Ебануться! Только этого еще не хватало!

Кровь начинает порциями шлепать на пол, и я хватаю кухонное полотенце, обматывая его вокруг руки. Ладонь пульсирует и начинает ныть. Открываю холодильник, чтобы достать лед и вижу в дверце бутылку «Мартини».

Нахер лед.

Открываю бутылку и залпом выпиваю сразу треть. Прислушиваюсь к себе. Больно. Блять, охуительно больно. Везде. Особенно в груди…

Прикладываюсь еще раз к бутылке, и голова начинает немного дуреть. Еще бы покурить!

Но, блять, сегодня мне охуительно не везет.

Ладно, внизу есть магазин, можно сбегать. Пять минут – и никотин в доступе.

Уже перепачкал кровью все висящие на вешалке вещи, но никак не могу найти свою любимую толстовку. Психанув, накидываю куртку и выхожу в коридор, тут же наталкиваясь на Феликса.

Качок, живущий в соседней квартире. Мы с ним бухали пару раз…

– Здорово, Алекс!

– Привет, Феликс. Есть сигарета?

Я тяну руку, но тут же немного одергиваю. Все полотенце в кровище. Феликс символически жмет ее за запястье.