Час печали - Паркер Т. Джефферсон - Страница 44

Посередине стояли большие столы, на них лежали тела. Боб подвел Хесса к первым трем. Тим слушал лязг инструментов и спокойные, уверенные голоса людей в белом.

– Здесь только начали. Труп вымыли и продезинфицировали. Ученица, Бонни, применит средство, которое сочла наиболее подходящим для этого умершего. Она подбирала его с учетом возраста покойного, причины его смерти и многих других факторов. Бонни использует одно из лучших соединений формалина. Вы знаете, что красота тела связана с его внутренним состоянием?

– Нет.

– Иногда нам даже не приходится прибегать к помощи косметики.

Хесс подошел поближе к столу, на котором лежало тело пожилого мужчины. Он выглядел ровесником Тима, и это не прибавило последнему оптимизма. Хесс заглянул в отчетную запись: возраст – шестьдесят девять лет, причина смерти – цирроз печени. "Чертов пьяница на два года старше меня! Два года – целая жизнь!"

Хесс почему-то всегда считал, что умрет шестидесятипятилетним. Число 65 казалось ему внушительным, характерным и красивым. И очень далеким. Но к моменту болезни он достиг этого рубежа и, как никогда раньше, испугался смерти. Теперь Хесс собирался дожить свой седьмой десяток как следует. Ему остался хоть и небольшой, но бесценный отрезок времени, и Хессу приходилось наслаждаться каждой его минутой. И все же иногда Тима бросало в дрожь при мысли об уходе из жизни.

От запаха альдегида его начало подташнивать. Хесс посмотрел на студентку, склонившуюся над трупом, и заметил, что она очень молода, на вид лет двадцати. Девушка была высокого роста и, вероятно, привлекательная, но ее лицо скрывала хирургическая маска. Бонни подняла на Хесса веселые и вместе с тем сосредоточенные глаза.

– Отойдите немного, детектив! Бонни, это Тим Хесс из полиции, он будет присутствовать при бальзамировании.

– Привет, – сказала девушка.

– Доброе утро, – ответил Хесс.

От Бонни веяло свежестью и юностью. Она взяла скальпель и сделала надрез. Тим внимательно наблюдал за движениями девушки.

– Хорошо, Бонни. Не так глубоко! Теперь подцепи артерию. Правильно. Теперь перевяжи. Но не как в прошлый раз, ты же не хочешь, чтобы...

– Знаю!

– Бонни недавно переборщила с лигатурой, и сосуд лопнул, – пояснил Боб Хессу.

– Я учусь на своих ошибках! – слегка обиженно проговорила девушка. Ее пальцы кропотливо работали.

– Молодец, – подбадривал ее Алан.

Хесс смотрел, как один конец тонкой металлической трубки вошел в артериальный разрез, а другой Бонни соединила с прибором. Девушка нажала включатель. Через минуту в усопшего от цирроза мужчину полилась жидкость. Сверху к машине был прикреплен сосуд, из которого поступал раствор. По бокам располагались различные датчики и рычажки. И руководила всем юная девушка, держа одну руку в перчатке на бедре покойного, а другую – у него на плече.

– Я хочу заранее начать массаж. Это будет лучшее бальзамирование за всю историю нашей цивилизации!

– Ну давай, – усмехнулся Боб.

Бонни плеснула чем-то на левую руку, затем потерла обе и начала втирать средство в кожу трупа. Она выполняла круговые движения, постепенно расширяя их радиус. Время от времени Бонни наблюдала за тем, как функционирует прибор.

– Мистер Хесс, сейчас Бонни старается, чтобы бальзамирующее средство легче вошло в тело и начало быстрее действовать. Машина впрыскивает жидкость, и она бежит по всей кровеносной системе, попадая даже в самые тонкие капилляры. Массаж способствует этому процессу и является неотъемлемой частью бальзамирования. Можно приступать к следующему этапу, если после массажа лоб у трупа слегка набухнет, веки нальются кровью, а лицо обретет естественный цвет. Усопший становится похожим на живого.

Боб увел Хесса в маленькую комнатку, где располагались внушительные полки, заставленные многочисленными бутылочками.

– Здесь хранятся жидкости для бальзамирования. Большая часть из них изготовлена на основе формальдегида, но есть и иные. Вот, например, это средство подходит почти для каждого случая.

Боб протянул Хессу пластиковый флакон. Этикетка сообщала, что содержимое особенно эффективно при работе с "утопленниками, а также разложившимися, обожженными и замороженными трупами". Тим поставил бутылку на место.

Мужчины вернулись к столу. Бонни продолжала массаж – теперь она втирала средство в лицо умершего. Хесс заметил, что к щекам усопшего прилила краска.

– Как видите, Бонни вернула его коже природный цвет, – сказал Боб. – Его тело сейчас переполнено жидкостью, смешанной с кровью. Теперь можно приступить к дренажу. Бонни, нащупай яремную вену и вскрой ее.

Девушка одарила Алана недовольным взглядом, а затем подмигнула Хессу. Взяв скальпель, Бонни нашла вену и подцепила ее специальным медицинским крючком. Одной рукой она подтянула ее, а другой сделала надрез. Хлынула разжиженная кровь. Бонни контролировала ее поток, придерживая стенки вены двумя пальцами.

– Раствор формалина моментально вытеснит кровь, Хесс, – объяснял происходящее Боб. – Весь процесс при нормальной температуре занимает не более десяти минут. Во время дренажа желательно не прекращать массаж.

Бонни энергично водила пальцами и ладонями, словно рисуя круги на мертвом теле, а оно податливо повторяло амплитуду каждого движения девушки. Волосы усопшего развевались от потока воздуха, шедшего из кондиционера.

Наконец серая кожа приобрела совершенно здоровый розоватый оттенок. Казалось, что мужчина просто спит и вот-вот откроет глаза. Даже губы его налились краской. Разительная перемена произошла почти мгновенно, словно в мертвеца вдохнули жизнь.

– Вот так! – Бонни была явно удовлетворена результатом. Она продолжала водить пальцами по щекам, лбу, ушам и носу трупа. Затем спустилась к шее, плечам и груди.

Хесс не мог оторвать взора от происходящего. Он отчетливо представил себе убитых Джанет Кейн и Лаэл Джилсон и то, как их тела возрождались под руками маньяка. Хесс вообразил Похитителя Сумочек на месте Бонни и почти как наяву увидел его точные, уверенные движения, его пальцы, скользящие по гладкой коже молодых женщин.

Тряхнув головой, Тим вернулся к реальности: перед ним лежал труп старика. Но секунду спустя Хесс вновь смотрел на красавицу Лаэл, а Бонни опять превратилась в привлекательного белокурого мужчину со странными грустными глазами. Затем в очередной раз сознание Хесса прояснилось. Он присутствовал при бальзамировании, проводимом Бонни. Вдруг Хесс почувствовал какую-то необъяснимую симпатию к этой девушке, желание помочь ей, укрыть от жестокости мира. Он жаждал ее триумфа в своеобразной борьбе со смертью. Хесса захлестнула волна сильных эмоций, что очень удивило его. Сердце застучало чаще, а мышцы налились непривычной силой. В голове у него снова все смешалось: теперь на месте трупа он видел Мерси Рэйборн, а сам перевоплотился в Бонни и выполнял ее работу. Хесс массировал кожу Мерси, наслаждаясь каждым прикосновением. Он дотронулся до носа, и ее темные ноздри зашевелились...

– Пожалуй, я выйду, – сказал Хесс.

– Я с вами, – отозвался Боб.

– Не беспокойтесь.

– Тогда я покажу вам, где дверь.

Пулей вылетев на улицу, Хесс прислонился к большому дереву. Тяжело дыша, он уперся руками в колени и запрокинул голову. По лбу стекал холодный пот. Майка намокла под спортивной курткой и неприятно липла к телу. Он смотрел на здание колледжа и окружавшие его дома, словно скрытые дымкой. Перед глазами вспыхнул яркий синий свет, ослепивший Хесса. Сознание то покидало его, то возвращалось снова. Хесс зажмурился. Теперь, закрыв глаза, он видел совсем иную картину: свое мертвое тело и Мерси, возвращающую его к жизни.

Тим чувствовал, как воздух поступал в его искромсанное легкое и с трудом выходил обратно. Он остро ощутил нехватку кислорода. "Неужели я умираю? Хотя чего еще ждать после чертовых пятидесяти пяти лет курения? Нет! Помоги мне выкарабкаться в этот раз, не дай мне сдохнуть, и я стану иным человеком. Я изменюсь к лучшему. Всегда, всегда буду хорошим мальчиком! Клянусь, я готов на все! Я сделаю все, что ты захочешь!"