Никогда не говори «Никогда» (ЛП) - Муни Келли - Страница 30

Сегодня выпускной бал, и я чувствую, что, как никто другой, получу свой первый физический опыт. Знаю, большинство девушек наряжаются в местном салоне красоты, но это не для меня. Что мне делать? Я сама собираюсь. Подводка для глаз, кажется, не хочет мне способствовать, и у меня слишком сильный румянец, а после завивки волосы выглядят просто ужасно. Последняя попытка, я поправляю накрученную прядь и смываю с лица весь макияж, после чего начинаю все заново. Подготовка и все старания, чтобы я выглядела настолько идеально, насколько вообще могу, занимают у меня целых два часа.

— Ничего себе... Кэт, ты потрясающе выглядишь, — говорит отец, когда я спускаюсь по лестнице.

— Правда?

— Да, подожди, когда тебя увидит твой друг. Ты сразишь его наповал.

— Но что ты думаешь о цвете? Я обычно не ношу бледно-лиловый.

— Верь мне, Кэт. Ты потрясающе выглядишь.

Я стаю на цыпочки и целую его в щеку.

— Спасибо, папочка.

— Ты помнишь наш разговор, не так ли?

— Конечно.

— Кэт, будь осторожна. Я сам не так давно вел девушку на выпускной бал.

— Фу, хватит. Я НЕ МОГУ больше об этом говорить, — говорю я, поднимая руки.

Я начинаю нервничать, когда вижу, как он идет по кирпичной дорожке. Сейчас мой вид немного отличается от того, к чему он привык. Мои волосы подняты наверх, нанесен макияж, и я стою у дверей в бледно-лиловом платье, не в черном. Не в том, в чем он ожидает меня увидеть, и, судя по выражению его лица, когда его глаза наконец-то находят меня, я могу сказать, что он застигнут врасплох. Отец открывает двери; в своем смокинге он выглядит до смешного красиво. И он слишком тих, когда разглядывает меня.

Он подходит и целует меня в щеку, а затем шепчет мне на ухо:

— Ты потрясающе выглядишь.

Я испускаю ранее задержанное дыхание.

— Спасибо, ты тоже неплох.

— Я думал, ты будешь в черном. Корсаж[17] не сочетается. Ничего? — спрашивает он, вертя в руках маленькую коробочку. Из нее выглядывает что-то красное с белым.

— Прекрасно. Правда, красиво, — говорю я, одевая его на запястье. Мне не больно важно, сочетается он или нет. Корсаж от него, и это все, что имеет значение.

После нескольких фотографий, на которых настаивает отец, мы выходим на улицу, прямо к большому черному лимузину, припаркованному у дороги. Я знаю, что мы недолго будем одни. Я как-то уговорила Макса пригласить Гэбби, так как он больше не встречается с Элли. А Уилл собирается с Мэнди, ученицей предпоследнего класса. Наша группа состоит из трех пар, и мы собираемся всю дорогу петь.

Он притягивает меня так, что я оказываюсь практически у него на коленях, хотя в лимузине может поместиться десять человек. Нам еще нужно заехать и забрать остальных, и заскочить к нему домой, чтобы сфотографироваться. Он начинает покусывать мою шею.

— Не могу поверить, что ты не надела черное.

Я откидываю шею.

— Почему? Тебе не нравится это платье? — спрашиваю я нервно.

— Нравится... Уверяю тебя. На самом деле, прямо сейчас я хочу обо всем и обо всех забыть, в том числе и о выпускном. Хочу поехать прямо в отель, чтобы ты досталась только мне. И насколько это платье — единственное, о чем я могу сейчас думать, точно настолько сильно я хочу его с тебя снять.

Я смеюсь:

— Ты хочешь.

Он говорит:

— Да. Для сегодняшней ночи все готово, да?

— Да, он думает, что я остаюсь с Гэбби.

Он убьет меня или как минимум накажет до моего переезда в колледж, чтобы я все то время была в безопасности. Но риск того стоил.

Камерон

Когда я смотрю на нее, то теряю дар речи. Я полностью загипнотизирован тем, как она выглядит. Во-первых, потому что она выглядит красивее, чем я когда-либо считал возможным. Во-вторых, потому что меня удивляет цвет ее платья. Я был уверен, что она будет в привычном черном цвете, но этот оттенок фиолетового на ней кажется удивительным. Ей обязательно нужно почаще носить одежду этого цвета.

Поездка в Оук-Брук немного раздражает, потому что я сожалею, что взял в прокат лимузин на шестерых. Прямо сейчас я только хочу быть с ней наедине и пропустить все остальное. Когда Макс передает мне бутылку водки, я полностью сосредотачиваюсь на Кэт. И когда делаю глоток из горлышка, она состраивает смешную рожицу. Я начинаю было протягивать бутылку ей, но она поднимает руку вверх.

— Нет, спасибо.

Слышу, как говорит Гэбби:

— Что не так? Это же выпускной, выпей немного.

Кэт говорит:

— Не сегодня. Я хочу быть трезвой.

— Зачем? — спрашивает Макс подозрительно.

— Просто хочу все помнить об этой ночи, вот и все, — отвечает Кэт, когда кладет мне на бедро ладонь и слегка сжимает.

Я знаю, что она имеет в виду, потому что тоже хочу запомнить все, что позже случится. Она согласилась провести со мной ночь, пока ее отец проводил ночь в центре города со своей подругой. Он думает, что сегодня она будет ночевать с Гэбби. Безмятежно думаю, что мне нужно будет как-нибудь поблагодарить за это ее отца.

Когда начинается выпускной бал, я наблюдаю, как она с Гэбби и Мэнди танцуют на настиле. Когда она находит меня глазами, что посылают через все мое тело дрожь, я стою в углу. Она выглядит, будто только что сошла с какого-то подиума, дразня меня своими движениями.

Я подхожу к ней, беру ее за руку и притягиваю к себе.

— Давай потанцуем, — говорю я, когда притягиваю ее к себе и оборачиваю свои руки вокруг ее талии.

— Наконец-то. А то я уже почему-то думала, что мой партнер не танцует, — дразнит она, когда обнимает меня за шею. Она сильнее прижимается, и это так здорово.

Сегодня ночью она будет именно там, где я хочу, чтобы она была, и я чувствую себя так, будто мог бы оставаться там навсегда. Я наклоняюсь и кладу подбородок ей на затылок, после чего целую ее в ключицу.

— Хочешь уехать после этой песни? — спрашиваю я только это, потому что не уверен, что смогу держать себя в руках, находясь так близко возле нее, и не сорвать надетое на ней платье.

Она перестает танцевать и, отклоняясь, говорит:

— Мы же даже еще не сфотографировались, — она целует меня в губы. — После того как сделаем фотку, ладно?

Должен ли я сказать ей, что могу забыть об этой дурацкой фотографии, или прямо сейчас поделиться с ней, что единственное, о чем я могу думать, смотря на нее, — это о том, что у нее под платьем?

— Без проблем.

Когда заканчивается песня, я веду ее к фотографу, чтобы сделать желанное ею фото.

— Готова?

— Как мы туда доберемся?

— На лимузине.

— А как мы завтра вернемся домой?

— Моя машина уже припаркована возле отеля. Все отлично.

Она тянется и целует меня в губы, и на короткий момент я теряюсь в ее губах.

— Дай мне попрощаться с Гэбби.

Я киваю и иду к Максу и Уиллу.

— Эй, мужик, мы сваливаем, — говорю я, когда хлопаю его по спине. — Я пришлю за вами машину.

Когда начинаю уходить, слышу, как он кричит:

— Удачи, мужик.

***

Мы в номере с белой кроватью с огромными пушистыми подушками. Кэт уже двадцать минут как в ванной комнате, и за всю мою жизнь мне не понять, что она там делает. Я несколько месяцев ждал эту ночь, и теперь, когда мы здесь, я до смерти напуган. Знаю, мне нужно сделать все идеально, но у меня потные ладошки, и я впервые нервничаю. Я хочу ее больше всех, кого когда-то хотел, но сейчас даже не уверен, смогу ли я все сделать правильно.

Ложусь на кровать, бросая пиджак в сторону, и просматриваю меню обслуживания номеров, когда она выходит. Я не могу оторвать от нее глаз, потому что когда она попадает в поле моего зрения, то на ней уже нет платья. Смотрю на нее, идущую ко мне в сочетающихся светло-лиловых лифчике и трусиках. Она выключает свет, но он немного падает из окна. Мои глаза следят за ее силуэтом, когда она приближается к кровати. Вот и все, это моя погибель, так как она опускается на кровать на четвереньки.

Я не могу двигаться, полностью застыл, когда она возле меня становится на колени, взяв ситуацию под свой контроль. Едва чувствую ее руку, слегка касающуюся моей щеки. Я поражен. Когда ее губы прижимаются к моим, единственное, что я могу слышать, — это мое дыхание. Мои руки начинают бродить, двигаться вверх и вниз по ее телу. И прямо сейчас я могу думать только о том, что держу единственную девушку, которую не хочу отпускать.