Никогда не говори «Никогда» (ЛП) - Муни Келли - Страница 4

— О чем ты говоришь? — спрашиваю я.

Закатывая глаза, он оглядывается на Кэт.

— Чувак, ты серьезно?

— Что? Она горяча, — признаюсь я, не поднимая глаз.

— Все равно, приятель, — смеется он.

Мне не нравится, что мы пересекаемся только на истории и на ланче. Понятия не имею, что она делает остаток дня, да и вариантов у меня не много. Я могу либо оставить ее в покое, либо последовать за ней домой. Знаю, это тупо, но я не могу устоять. Так же я знаю, что она будет у своего шкафчика и, когда вижу ее с Гэбби, следую за ней на парковку. Я нервничаю, когда она не садится в машину, а идет в сторону центра города.

Я держусь на расстоянии. Она застает меня врасплох, когда берет в «Старбаксе» кофе и поворачивает в сторону Риверуолк. И это более чем дерьмово. Не говоря уже о том, что я знаю не многих детей, которые пьют кофе. Она понятия не имеет, что я следую за ней; Кэт всегда груба со мной, и сейчас я не могу не задаться вопросом, из-за чего она может плакать. Понимаю, я неправильно поступаю, находясь здесь и наблюдая за ней, вторгаясь в ее личную жизнь, но мои ноги как будто приросли к земле. Я не могу уйти. Она пугает меня, заставляя сдвинуться с места, когда вскакивает и, смахнув слезы, направляется назад на Джефферсон.

Что удивляет меня еще больше, так это то, что она заходит в дом, который я очень хорошо знаю. Мой друг Бен только что переехал, покинув этот дом. Я болтался там последние десять лет, так что знаю этот дом как свои пять пальцев.

Я знаю всю планировку дома, особенно расположение спален, но не уверен, какая из них ее. На улице темнеет, и я вижу, как в спальне, что выходит на передний двор, загорается свет. Не обращая ни на что внимания, я сосредотачиваюсь на проходящем мимо окна силуэте.

— Я могу тебе помочь, сынок? — спрашивает он.

Я посмотрел на мужчину за рулем черного «Рендж Ровера».

— Нет, просто подумал, что видел что-то, но ничего.

Мгновение мы молчим.

— Так, вы здесь новенький, да? — Я засовываю руки в карманы. — Я имею в виду, раньше здесь жил мой друг.

— Да, меня зовут Харпер, Билл Харпер. — Он протягивает руку для рукопожатия.

Я пожимаю ее.

— Рад познакомиться с вами, мистер Харпер. Я Камерон.

— Я тоже рад, сынок. Уже темнеет, тебе пора ехать.

Я пожимаю плечами.

— Конечно, без проблем.

Боже, надеюсь, он не видел, что я смотрел на комнату Кэт. Не уверен, но он мог заметить. Я смотрю, как он едет по подъездной дорожке и въезжает в гараж. Не знаю почему, но у меня не получается выкинуть эту девушку из головы. По крайней мере, я знаю, как ее найти. Без всяких сомнений, мне нравится эта девушка. Не имею никакого понятия почему, но она интересна мне, как не была интересна ни одна девушка.

Кэт

Школа — отстой! Штат Чикаго — отстой! Я не планировала заводить друзей, но посчитала, что один друг не помешает. Гэбби быстро стала глотком свежего воздуха в моей жизни. Даже если это жизнь, которую я еще как минимум полгода не могу изменить. Колледж так близко, что я почти могу попробовать, почувствовать и увидеть его. Еще несколько месяцев и я буду в Аризоне, и лучше всего то, что там со мной будет Джесс.

Кроме того, Аризона еще и достаточно далеко. Так что меня ждет бонус — я смогу каждый день носить шлепки. От этой мысли на моем лице всегда появляется улыбка. Понятия не имею, почему я туда собираюсь; ну, не считая Джесс. Мне нужно быть с ней. Я не думала о том, что бы хотела изучать, или обо всем остальном в моей жизни. Мне всего лишь семнадцать. Как они могут ожидать, чтобы ты уже знал всю эту чепуху?

История хороша тем, что это один из моих любимых уроков. Ее недостаток — на меня постоянно смотрит Камерон. Признаю, как я и просила, он перестал со мной разговаривать, но, кажется, он никогда не перестанет на меня глазеть. Обычно я занимаю место впереди, рядом с Гэбби и Мэттом, а он, несомненно, интересен, но сегодня я решаю сесть сзади. Не знаю, почему ноги несут меня в этом направлении, просто продолжаю идти. Я подхожу к последнему ряду и замечаю, что Камерон, не смотря на меня, рисует в блокноте. Должна признать, сегодня он отлично выглядит. Красная рубашка хорошо сочетается с его оливковой кожей. Он, кажется, не заметил меня, и я не знаю, почему роняю карандаш, но это так. Как только карандаш ударяется о пол, я наклоняюсь, чтобы поднять его, украдкой кидая взгляд на лицо Камерона. Естественно, пустые глаза пялятся на мою задницу. Что я творю? Я точно знаю что. Я хочу, чтобы он заметил меня, но почему?

— Что смотришь? — рявкаю я.

Он посмеивается, качая головой.

— Ничего.

— Ты только что смотрел на мою задницу. Я видела. — Я поворачиваюсь назад.

— Ты сунула ее мне в лицо, — усмехаясь, говорит он. — Это было неизбежно.

Я сужаю глаза.

— Отлично.

— Отлично, — говорит он, усмехаясь.

Я спрашивала о нем Гэбби, и она сказала, что он перевстречался с кучей девушек, играл на гитаре в группе и ради удовольствия катался на скейтборде. Она давно его знает, но он, кажется, встречается только с блондинками-пустышками. Также от того, что он в так называемой группе, у него сложилась определенная репутация. Она не уверена, насколько правдивы слухи, но говорит, что им нравится посещать много вечеринок.

Все время чувствуя на себе его взгляд, из-за которого у меня начинает болеть живот, я думаю об этом половину урока. Не хочу смотреть назад, в его сторону, но соблазн слишком велик, и я уступаю. Его лицо слишком идеально, чтобы не сделать этого. Когда я бросаю взгляд через плечо, он расплывается в великолепной улыбке, как будто ждет, чтобы я улыбнулась в ответ. Очевидно, он ждет, что я сделаю первый шаг.

— Почему ты продолжаешь пялиться? — наконец-то спрашиваю я.

— Прости, я просто пытаюсь понять тебя, — говорит он мне.

— Поверь, ты будешь разочарован, — говорю я.

— Почему бы тебе не позволить мне самому судить об этом? — ухмыляется он.

— Ты думаешь, что очень привлекателен, не так ли?

— Я думаю, что ты привлекательная! — шепчет он, наклоняясь на стульчике к моему уху.

Не знаю, что ответить на это, поэтому обращаю внимание на лекцию, покусывая при этом кончик карандаша. Весь урок я не могу перестать думать о его комментарии. Он думает, что я привлекательная. И что теперь? «Не вмешивайся», все время повторяю я. Не за горами колледж, и я просто хочу уехать с этого чертового города.

В кафетерии так скучно. Ланч хорош тем, что моя единственная подруга ест в то же время, что и я: после пятого урока. Еще одно хорошее то, что Камерон все еще не сводит глаз с меня, а не с Барби. Знаю, я не должна хотеть его, но чему-то внутри меня плевать на это. Улыбаясь, я постоянно ловлю на себе его взгляды, хоть он и не говорил со мной со времен моей первой недели здесь. Ну, до сегодня. И это, наверное, к лучшему. Уверена, в другом случае я бы просто преследовала его. Он действительно привлекательный; привлекательный, как модель «Аберкромби»[4], и поэтому особенно трудно не улыбнуться в ответ.

Еще одно хорошее качество Гэбби — в течение дня она не бегает в ванную комнату, чтобы выблевать все то, что съела раньше. Кажется, каждый раз, как я захожу в комнату для девочек, Барби всегда там, опустошает свой желудок. Не знаю, мне нужно сообщить об этом школьным советникам или придержать их волосы. Меня убивает, что меньше всего они заботятся о том, кто все это знает. Могу только представить их день: съесть завтрак — выблевать, съесть ланч — выблевать, полапать парня — выблевать.

Я скучаю по дому. Я не говорю, что в Саванне булимия[5] была редкостью, но клянусь, все девушки здесь смотрят на это как на то, без чего школа не будет существовать.

— Гэбби, хочешь приехать на этих выходных, что-нибудь поделаем? — спрашиваю я.

— Конечно!

Мы слышим, как используются, по крайней мере, три кабинки — как замечательно. Рвота у всех сразу. Невероятно! Мы поправляем волосы, наносим на губы блеск и идем на урок испанского.