Вождь Диких земель - Адамович Игорь - Страница 41

Глава клана Кровавого клыка выпученными мутными глазками сверлил во мне дырки, скаля клыкастую пасть, но сказать ему было нечего.

— Что ты ответишь на обвинения Торна? — шелестящим шепотом назгула спросил у него маг Убивающих словом.

Букан молчал и щерился.

— Что ты хочешь получить от клана Кровавого клыка? — На этот раз еле слышный, морозящий душу шепот был обращен ко мне.

— Я хочу лично убить Букана и вызываю его на поединок, — гордо провозгласил я, развернув плечи и выпятив вперед, насколько возможно, живот.

Смерть вождя Кровавых клыков была мне без надобности, но надо было прессануть его, напугать. От Снупи я знал о трусоватости Букана, гоблин же должен был разнести по Трейдгарду слухи о моем великом боевом умении. И это сработало! Вождь Кровавых клыков сразу как-то разволновался и принялся рассказывать, какой он большой начальник. Вся речуга свелась к тому, что широта и весомость поста не позволяют ему драться с безвестными личностями. Солхит принял его доводы как убедительные, при этом насмешливо хмыкнул и предложил мне пересмотреть претензии.

— Хорошо, если это были его воины, пусть платит виру, десять тысяч золотых, — нагло заявил я (кое-кто из орков аж присвистнул), — а если это своевольники и преступники, я заберу всех приведенных ими пленных.

— Это справедливо, — кивает своим бездонным капюшоном маг. — Теперь твое слово, Букан-берсерк.

Тот крутился, как Хика, застуканный на кухне рылом в буфете, но багровые огни глаз из темноты черного капюшона смотрят неумолимо.

— Это были не мои орки, пусть забирает эти ходячие куски мяса, — заскрежетал наконец голос главы Кровавых клыков. Затем орк подошел поближе и рявкнул мне в лицо: — Я запомню это навсегда, слизняк, тебе не жить!

— Запомни, а чтобы не забыл, смотри, — ласково улыбнулся я, глядя в покрытые красными прожилками, налитые кровью буркала. Левой рукой вздернул за волосы пленного вожака налетчиков и резким ударом меча отсек голову, кровь фонтаном хлестнула прямо в рыло вождя Кровавых клыков, бьющееся в судорогах тело свалилось Букану на ноги, тот инстинктивно отшатнулся. Убивать связанного противно и мерзко, мне пришлось переступать через себя, но это было необходимо.

— Этот безмозглый череп скоро будет на колу у ворот моего города, кстати, там есть место и для тебя. — Отрубленную голову я поднес к морде берсерка. Тут мои губы раздвинулись в самой мерзкой улыбке, на которую я способен. — А двоих сподвижников убитого вожака я предлагаю для лабораторных опытов глубокоуважаемым магам клана Убивающих словом.

Кинувшегося на меня с пеной у пасти Букана удалось удержать только пятерым телохранителям, которые его и увели. Судя по всему, в ближайшее время он способен разговаривать исключительно матом.

— Похвально, молодой орк, — довольно хихикал черный маг, — ваше желание поддержать отечественную некромантию похвально, лабораторный материал для опытов нам конечно же пригодится, ваш подарок весьма уместен. Кстати, хочу сделать вам комплимент, у вас хорошее чувство юмора, давно так не смеялся, вы привели меня в отличное настроение. Да, пленных людей и гномов вы можете забрать у Кровавых клыков незамедлительно.

— Умеешь ты заводить себе врагов, — покачал головой Когр. — Букан теперь нормально спать не будет, пока не придумает, как тебя убить.

— Я умею заводить врагов и находить друзей, — улыбнулся я главе Черных секир. — Букан все равно враг, да к тому же не особо серьезный. И мозгов у него нет, чтобы придумать что-то по-настоящему опасное, да и сил тоже. Он тут сильно выеживался, когда кричал, что все как один Кровавые клыки пойдут за ним. Клана Кровавого клыка, как такового, вообще нет, там нет единовластия, как у тебя или меня. Кровавые клыки — разрозненные кучки бандитов, рассеянные по нищей, бесплодной территории, а Букан просто возглавляет самую крупную шайку, вот и все. У него есть формальный титул, а на деле остальные вожаки на него чихать хотели, он просто первый среди равных. Руководи он всеми, сумел бы поднять двадцать-тридцать тысяч воинов и легко взял бы столицу графства, да и все королевство. А что сделал Букан? Смог наскрести для набега только пятьсот отморозков, взял деревню гномов и пожег несколько людских поселений, все. Даже если он надорвет себе брюхо от напряга, максимум его организационных способностей — это мобилизация пяти-семи сотен тупого, необученного быдла. С таким воинством он уже приходил. А его бешенство — это очень хорошо, пусть он будет не способен думать обо мне спокойно, чем больше звереет, тем больше ошибок наделает.

Словно подтверждая мои слова, опять послышался буйволиный рев Букана и рядом нарисовалась вонючая туша вождя Кровавых клыков.

— Ты не получишь этих людей, ты не можешь быть вождем, — дебоширил Букан. — И хотя ты недостоин вызвать меня на бой, но я выставлю против тебя своего воина, он докажет, что ты — кусок мяса, а если откажешься, все узнают, что ты трус.

— Букан, я переменил свое мнение, — мой презрительный тон оскорбительнее плевка в лицо, — это ты недостоин вызвать меня. Ни ты, ни кто-то еще из твоего сброда, но вызов я принимаю, только с одной оговоркой. Любой мой боец стоит как минимум троих Кровавых клыков, поэтому я выйду на бой, только если ты выставишь сразу трех своих лучших воинов.

Мои слова произвели впечатление, на лицах окружающих удивление вперемешку с восхищением, даже Букан онемел. Друзья пытаются отговорить меня, но берсерк, восторженно сверкая воспаленными глазками, вопит о своем согласии, выбор сделан.

— Ну и зачем тебе надо было вызывать трех его бойцов? — Когр, сидя в моем шатре, пытался понять логику моего поведения.

— Мне нужно завоевать уважение к себе и клану. — Отвечая, я облачался в броню. — Риск, конечно, есть, но он минимален. У меня хорошая разведка, я знаю про Букана и его шантрапу то, что и сами они про себя не знают. В клане Кровавого клыка вождем становится победивший предыдущего вождя в поединке, вот Букан и извел всех стоящих бойцов своего клана, опасаясь конкуренции, сейчас это сработает против него. Кроме того, его бандиты не умеют драться в группе, они будут больше мешать друг другу, чем помогать. А если я побью всех троих, это будет зрелищно и страшно, после этого никто из Кровавых клыков не поддержит поход на мои земли, они элементарно обгадятся.

— Да, поглазеть на этот бой собрался весь Трейдгард, — пожевав в раздумье губами, согласился Когр, — да и остальные твои доводы мне нравятся. Что ж, пойдем, пора. Если ты не против, я буду твоим секундантом.

Вокруг арены толпилась масса народу. Со стороны противника выступил не особо крупный, но явно шустрый и подвижный орк, сжимая по боевому топору явно гномьего производства в каждой руке. Он был совершенно без брони, одетый только в набедренную повязку, секунду спустя я понял почему. На бойце было защитное ожерелье мага, маги потому и не носят доспехи, что металл и даже кожа брони не позволяют использовать амулеты физической защиты. Мой противник был неуязвим для обычного оружия, пока не истощится энергия амулета. Мысленно ухмыляясь, я взял из рук Саэны лунный клинок темных эльфов.

Вторым противником оказался крепенький орк в полных рыцарских доспехах невероятной толщины, видимо трофейных, и с тяжелым двуручным мечом в руках. Латы были кавалерийскими, человек в таких доспехах пешком далеко не уйдет, орка выручала врожденная сила. Защита его почти абсолютна, моим ударам не пробить этих локомотивных лат, хотя и он в сковывающих движения железяках не способен двигаться с нужной скоростью, чтобы попасть по мне. Ходячий склад металлолома ревел что-то нецензурное, признаваясь в своей любви к человечине вообще и к печени в частности, и обещал закусить именно моей печенкой. Это меня порадовало, он определенно брат по разуму Букана.

Увидев третьего бойца, судьи начали возражать, мол, огр против орка — это нечестно. Но я решил рискнуть и сделал знак о согласии на схватку. Противник действительно огромен, скорее метис, полутролль, все его тело защищено броней, сшитой из покрытых металлическими пластинками попон рыцарских лошадей. Это вдобавок к носорожьей шкуре самого людоеда, пробить которую тоже непросто. Вооружен огр здоровенной дубиной. Эта тварь из всей тройки, пожалуй, наиболее опасна. Людоед сообщил о желании сожрать меня целиком, не размениваясь на отдельные органы. Кстати, у него был определенный шанс, по законам судебных боев, оружие, доспехи и тело проигравшего — добыча победителя. Что ж, запомним. Как говорил почтальон Печкин, таких надо в поликлинику отдавать, для опытов.