Начало - Кобылянский Павел Юлианович - Страница 86

Шейелена Теорн аэп’Шееллайт, тифлинг, Дея,

51 день первого сезона,

1218 смена от Основания (по сменоисчислению Оэсси)

Ночью я проснулась от головной боли и жуткого сушняка. Вот демон этих людей забери с их традициями. Неразбавленное гномье «горючее» хлестать… Да еще с такой скоростью. Мне казалось, что я заснула за столом, используя майора вместо подушки, однако сейчас обнаружила себя на кровати. И проснулась, похоже, не только от головной боли, а еще и от холода. На кровать-то меня отнесли, а вот одеялом накрыть забыли, халатик задрался почти до подмышек, и было не очень комфортно. Да еще и волосы, которые я нормально так и не смогла заплести, сейчас сбились в какую-то гриву. Я приподняла голову… У-у-у, этот гад еще и ставни поленился закрыть, и теперь белесый свет Тхара, стоящего летом высоко над горизонтом, больно резанул по глазам.

Я поднялась на ноги, одернула халатик и с трудом сохранила равновесие. Вот демон, ну откуда эти человеки свалились на мою несчастную голову, которая сейчас еще и жутко болит. Нет, конечно, было забавно наблюдать за вытянувшейся физиономией Гилли, когда люди дружно осушили по первому стакану и вместо того, чтобы закашляться и слепо начать шарить по столу, ища, чем бы запить эту гадость, синхронно помотали головами, как-то разочарованно скривились и спокойно продолжили жевать. Даже жрец, который всегда казался мне физически несколько более слабым, ничем от остальных не отличался, хотя и посматривал несколько неодобрительно.

Искать теплые домашние шлепанцы, которые я перед баней предусмотрительно бросила под кровать, сил не было. Это ж надо наклоняться, может, даже на колени становиться придется, а у меня и так в голове — будто два маленьких злых гнома били своими молотами по всему, до чего дотягивались. И при каждом движении головой они удваивали усилия. Но пить-то хотелось… И я прямо босиком пошлепала в гостиную. Вот Хаос, где только Шеб эти ковры достает, жмот несчастный, не удивлюсь, если свою семью их вязать заставляет. Холодные, колючие, жуть.

В гостиной я с радостью обнаружила неубранный стол и свою кружку с сидром нашла, даже не пустую. Вот только от запаха еды мне стало как-то не очень хорошо. Допила сидр, налила себе еще немного, но устроиться так, чтобы съедобные ароматы не тревожили, никак не получалось. Так что я встала и подошла к окну. Во дворе было тихо, ничего живого, только харры под специальным навесом рядом с баней. После сидра мне немного полегчало, голова стала болеть меньше, и вообще… Вот только почему мне так неуютно вдруг сделалось, как будто кто-то в спину смотрит… Да что такое-то, я внимательно оглядела гостиную. Никого нет, все в порядке, только блики Тхара по стенам. Мое внимание привлекла входная дверь. Нет, ну майор точно параноик. В косяк оказался воткнут здоровенный нож с серебром на лезвии, а дверная ручка была плотно примотана к нему поясным ремнем. Он еще и стул к двери прислонил, с таким расчетом, что, если из коридора кто-то попытается войти, стул обязательно с грохотом рухнет на пол. Интересно, а к себе в спальню он дверь так же забаррикадировал? Я дохлебала сидр, оставила кружку на подоконнике и осторожно, на цыпочках, стараясь не шуметь, прокралась к двери и потянула ее на себя.

Надо же, как-то об этом майор не подумал, оказывается, открыто. Сам человек разлегся на животе поперек кровати и спокойно похрапывал. О как, он что, тоже напился-таки, даже сапоги не снял. Хотя нет, вон ремень, на котором у него оружие висело, аккуратно свернут и повешен на спинку кровати. Дверь-то он другим замотал, которым штаны подвязывал. И жезл его в изголовье стоит. И мешок заплечный, который с вечера в гостиной валялся, тоже тут, и не просто так брошен, а тоже аккуратно лежит на стуле, и кираса его на спинку стула надета. Видимо, не напился, а просто очень устал. Я подошла и, стараясь не разбудить майора, стянула с него сапоги. Хм, чудные какие-то, голенища спереди разрезаны и держатся на завязках. Хотя обычные сапоги я бы с него одной рукой, да еще и так, чтобы не разбудить, не сняла.

Майор завозился, но вроде не проснулся. Я подумала, что его неплохо чем-нибудь накрыть, но человек своим телом придавил все одеяла и вытащить их из-под него не представлялось возможным. Ну не ковер же с пола сдирать. Я выскользнула из его спальни, осторожно закрыла дверь. И тут мне опять стало страшно. Да что такое, неужели паранойя заразительна и я стала бояться темноты, хотя не боялась ее даже в детстве. Но вот почему-то заходить в свою комнату не хотелось. Никак… Демон, там же не темно, Тхар дает достаточно света, да что со мной такое… И в гостиной, в которой точно никого нет, мне тоже находиться не хотелось. Да чего я боюсь, в конце-то концов!

Решительно подошла к окну, взяла свою кружку и собралась налить себе еще сидра, но… Стоило повернуться боком к двери в свою комнату, стало казаться, что оттуда на меня кто-то пялится… И не только смотрит, а еще и наползает, обволакивая каким-то холодом. Ну не может быть, Гарх с Шебом каждый сезон проверяют гостиницу на всякую магическую гадость, да и защиту подновляют, что на границе с т’сареш предосторожность нелишняя. Мне показалось, что какое-то липкое ледяное щупальце тронуло меня за голень. Так и не дойдя до бочонка с сидром, я отскочила в сторону спальни человека, с трудом удержавшись от визга. Но там же ничего нет, ни разумных, ни неразумных. Вообще ничего живого, аур — нет и магии — тоже. Почему же так страшно? Даже хвост сам по себе обвился вокруг ноги, вместо того чтобы встать в боевое положение. Ну да, я же опасности никакой не ощущала, просто страх, дикий необъяснимый страх.

Я прижалась спиной к двери спальни. Вроде стало чуть-чуть полегче… И не так холодно, но все равно. Как же майор говорил… страх нельзя отрицать, надо его осознавать, но ни в коем случае не давать ему управлять своим разумом и телом. Не получается, страшно… Я решительно схватилась за ручку двери. Чтобы ее открыть, пришлось сделать шаг вперед, страх стал еще сильнее. С максимальной скоростью заскочила в спальню майора, закрыла дверь, постаралась все-таки ею не хлопнуть и сжалась на корточках, привалившись спиной к изножью кроватью. Кружку свою я так и не бросила, вцепилась в нее обеими руками, а взглядом уперлась в дверь. Стоило на мгновение прикрыть глаза, как начинало казаться, что дверь открывается и что-то холодное, липкое и очень-очень страшное заползает в комнату. Но когда я снова подняла веки, дверь оказалась закрытой, даже в щель между полотном и полом никто не лез.

— Ох, горе ж ты мое, — кто-то подхватил меня с пола, — и что мне с тобой делать-то?

Ну вот, майора разбудила. Человек пихнул меня в свою кровать, отнял у меня пустую кружку и осторожно накрыл одеялами, старательно подоткнув их под меня. А сам плюхнулся рядом, поверх одеял, и завозился, устраиваясь поудобнее. Я тут же вцепилась в него всеми конечностями и прижалась покрепче. И страх куда-то подевался, ойера-а.

— Прости, я не хотела тебя будить, — прошептала майору в самое ухо. — Только опять испугалась неизвестно чего… Глупая, правда?

— Ничего, я сплю очень чутко, странно было бы, если бы не разбудила, — отмахнулся тот. — Ты так дрожала… Ладно, спи давай, надеюсь, я не такой страшный.

— Спасибо, — шепнула я и неожиданно для себя самой коснулась губами его щеки. А потом устроила голову у него на груди, вцепилась покрепче, прикрыла глаза и на удивление быстро заснула.

А вот утром проснулась одна. Страха как не бывало. И человек уже умудрился сбежать куда-то, причем так, что не разбудил меня. Но, судя по тому, что его жезл остался в комнате, стоял там же, где и ночью, убежал он куда-то недалеко. И кираса здесь же. Значит, майор где-то здесь, в гостинице, я давно заметила, что люди свои жезлы таскают с собой, как мы мечи. У них там что, все такими штуками вооружены, что ли? И без кирас они старались не ходить, ну прям как гномы. Хотя конечно, их броня легче, чем гномья, и намного. Надо будет спросить, они у себя в городах так же ходят или нет. Гм, странно, а их жрец этот жезл таскал по-другому, не на шее, как все остальные люди, а за спиной. И постоянно порывался его где-нибудь оставить, однако кто-то из людей обязательно догонял его и вручал эту штуку, что-то выговаривая. Правда, я не прислушивалась, что именно.