НЕобычная любовь. Дневник «подчиненной» - Морган Софи - Страница 14

Утром, после того, как мы провели вместе ночь (что тоже было чертовски потрясающе), я неожиданно стала задумываться о наших оживленных дебатах по поводу политики или спорах о лучшем за все время фильме про Бонда настолько же сильно, насколько о том, как он привязывал меня к кровати и лизал, пока я не начинала скулить.

Адам начал наведываться по выходным, часто приходя поздно в пятницу, так что мы проводили вместе всю субботу перед рабочими или общественными обязанностями по воскресеньям. Это были чудные полуотношения – мы не встречались; и хотя я никогда не была девушкой типа «мы, как сиамские близнецы, должны все делать вместе», но начала ожидать каждых следующих выходных с их установленным порядком, во время которых я старалась делать все возможное, но и не продумывала их наперед, а просто наслаждалась тем, что есть.

Конечно, как всегда бывает, когда точно не знаешь, что собой представляют отношения, я время от времени чувствовала себя неуверенно, особенно после того, как он мимоходом упомянул, что несколько раз спал с Шарлоттой.

Мы обсуждали гостиницы, когда он проговорился об этом. Не в неприличной форме – одна из замечательных черт Адама, надо отдать должное. Когда он не был невероятно грубым, у него были прекрасные манеры. Мы обсуждали поездку на концерт, а когда он начал понимать, как именно должна быть мне компенсирована поездка на аттракцион лицезрения какой-либо группы на большой сцене и как трудно будет после этого попасть домой, то предложил попробовать найти отель где-нибудь поблизости. Мы гуглили в поисках свободных мест, когда он наклонился к экрану, чтобы посмотреть, что вышло наверху списка. Тут-то бомба и взорвалась.

– Нет, только не этот. Мы с Чарли однажды там останавливались, полная развалюха.

Я была обескуражена. Я должна знать, кто это? Я что, не слушала, когда он рассказывал о своем друге?

– Чарли? Кто такой Чарли? Вы были на каком-то концерте?

– Это определенно был не концерт. Но какой-то элемент представления присутствовал. – Он улыбался воспоминаниям. – Чарли, Шарлотта… Это был праздник фетиш-клуба.

Надеюсь, мои глаза не сделались карикатурно-круглыми, но был момент, когда они чуть не вылезли на лоб.

– Шарлотта Томаса? – Том никогда не называл ее Чарли. Честное слово, я никогда не слышала, чтобы ее кто-то так называл, кроме Адама.

– Да, именно она. – Он поднял руки вверх. – Но она тогда еще не была знакома с Томасом. Это произошло случайно для нас обоих. И было всего несколько раз. – Он смотрел мне в лицо, и мне страшно было подумать, что он там видит, но он прояснил чуть больше: – Этого уже нет целую вечность.

Я не знала, что сказать. Я понимала – это безрассудно, принимая во внимание, что тоже видела Шарлотту голой, но я ощущала ужас, чувствуя, как сосет под ложечкой, и была уверена, что это ревность. Он тревожно смотрел на меня.

– Софи, мне так жаль! Я думал, она говорила об этом.

Его беспокойство было искренним, казалось, шло от сердца и убедило меня, что он не какой-то там плейбой. Я улыбнулась и попыталась перестать думать на эту тему.

– Все нормально, я просто не знала. Но в любом случае, это не мое дело. – Тишина затягивалась, но до меня вдруг дошел смысл его последней фразы, и я расхохоталась. – Держите меня! Фетиш-вечеринка! Я даже не знаю, что это такое. Я как деревенская садомазо мышь, которая пришла в гости к городской, к тебе, чтобы вместе потусоваться.

Он захохотал и обнял меня.

– Держись меня, мышка. Уверен, я смогу показать тебе все грани новых впечатлений.

И он не обманывал.

Адам, бесспорно, расширил мои сексуальные горизонты. Казалось, не было ничего, чего бы он не пробовал или не хотел попробовать. Он был творцом и экспериментатором, а его способность заставить меня краснеть от предложений насчет того, чем мы могли бы заняться, достойна легенд.

Я не чувствовала себя неадекватной во время наших непристойных разговоров. Я была более чем счастлива, что могу гнуть свою линию в бесстыдном диалоге, а он часто замечал, как его радует возможность так открыто говорить о сексе. Но я хотела большего; я хотела показать, что не он один обладает воображением. Потребовалась небольшая подготовка, но через неделю или около того у меня появилась парочка идей насчет эротических сюрпризов. Спасибо хорошо отлаженной работе некоторых интернет-магазинов.

Так как мы были парой новостных ботанов, то неизменно субботним утром, после некоторых предрассветных забав, оказывались сидящими на уютном диванчике в местном кафе – пили кофе, ели выпечку и обменивались газетными листами.

Адам расширил мои сексуальные горизонты. Казалось, не было ничего, чего бы он не пробовал или не хотел попробовать.

В одну из таких суббот я и осуществила свой план действий. Мы заказали билеты в кино на утренний сеанс, наслаждались, убивая время, чтением вслух статей, которые казались нам интересными, и высмеивали друг друга за выбор газет.

Я ужасно нервничала, когда извинялась, чтобы пойти в туалет. Но он этого не заметил, поскольку был поглощен репортажем с отборочных игр по крикету, проходивших накануне.

Через несколько минут я вернулась с маленькой коробочкой в руках. Она была перевязана изящной ленточкой, а под бантик была вставлена коротенькая записка: если игры с Адамом меня чему-то и научили, так это тому, что мелочи имеют значение.

Я сунула коробочку ему на колени и улыбнулась над тем, как он посмотрел на меня и смутился.

– Что это? – спросил он. – Вроде у меня не день рождения.

Я знала, когда день его рождения. Он случайно упомянул о нем несколькими неделями раньше, и на следующий день я записала дату в свой электронный календарь. Я не была уверена, что будет уместно в этом признаваться, поэтому проигнорировала вопрос.

– Ты должен открыть это, – я покраснела. – Для разнообразия.

Все еще ошеломленный, он снял ленточку и поднял крышку. Затем вынул пластиковую вещицу с парой кнопок на ней. Она мало отличалась от устройства для открывания гаражных ворот. Очевидно, я поставила его в тупик. Он явно был не умнее меня. Я почувствовала прилив самодовольства.

Мне не удалось совладать со своим голосом, и, когда я заговорила, он прозвучал немного хрипло.

– Ты должен прочитать записку.

Он развернул лист бумаги и прочитал то, что я собственноручно написала аккуратными буквами.

Я думаю, мы оба знаем о твоей способности нажимать на мои кнопки всевозможными забавными способами. Теперь ты можешь делать это буквально. Ты держишь в руках пульт дистанционного управления вибрирующим яйцом. Я уверена, ты сможешь догадаться, где оно сейчас. Кнопки включают и отключают вибрации и регулируют скорость.

Не хочешь ли поиграть?

Его лицо засияло, как у перевозбужденного ребенка рождественским утром, и я про себя усмехнулась, зная, как будет привлекать его эта штуковина.

Ты держишь в руках пульт дистанционного управления вибрирующим яйцом. Я уверена, ты сможешь догадаться, где оно сейчас.

Его шепот выражал наполовину размышление, наполовину уверенность, что все окружающие захотят участвовать в нашей игре.

– Это гениально. Ты великолепна. Я никогда даже не слышал о таком, не то что не использовал.

Он аккуратно сложил записку в коробочку с лентой перед тем, как положить ее обратно ко мне в сумочку. Пульт управления он опустил в свой карман.

Ему не понадобилось много времени, чтобы найти переключатель. Я как раз начала пить кофе и чуть не вылила его на себя, когда почувствовала вибрации глубоко внутри. Я посмотрела на него – он ухмылялся.

Адам оставил вибратор включенным и медленно увеличивал скорость. Я попыталась читать газету, но это было невозможно. Я не могла ни на чем сосредоточиться, к тому же руки мои тоже тряслись, так что поднимание кофейной чашки превратилось в опасный вид спорта.

Я наклонилась, положив голову ему на плечо, как будто читаю газету вместе с ним, но на самом деле я просто цеплялась за свою жизнь. Не было никакой возможности получить оргазм здесь, прилюдно – по крайней мере, я так надеялась, – но я неотвратимо становилась мокрой и сконфуженной. Я проклинала себя за свою дурацкую идею. И вдруг четко представила кадры «Когда Гарри встретил Салли».