Код Атлантиды - Павлоу Стэл - Страница 61

– А ты в этом сомневаешься? Миллиарды молекул – им ничего не стоит создать организм вроде тебя.

Новэмбер разобрало любопытство.

– Неужели все живое произошло от углеродного кристалла?

Хаккетт кивнул.

– В доисламском Иране, – сказал Скотт, – авестийские арии веровали в Йиму, подобие Ноя. Во время потопа верховный бог Ахурамазда велел Йиме возвести Вар – квадратное подземное ограждение «со стороной в лошадиный бег», где можно было сохранить семя всего живого. После потопа это место сковал лед и засыпал снег. Оно не оттаяло до сих пор.

Джек Балджер наклонился вперед, ближе к камере, стараясь казаться не слишком веселым. И кое-что объяснил Хоутону. В 1956 году Джон фон Нейман, американский математик и физик, внесший большой вклад в создание ЭВМ, впервые заговорил о машинах, которые могли бы самовоспроизводиться. В 1986-м эту идею развил Эрик Дрекслер, окрестив ее нанотехнологией. Теперь же, в 2012 году, Джек Балджер обнаружил такую систему в действительности. Ему причиталась львиная доля будущего немыслимого дохода.

– Расскажи-ка, – попросил Хоутон, – как эти крошечные роботы себя ведут, когда объединяются? И какого тогда становятся размера?

– Я пока ни в чем не могу быть уверен, – заявил Балджер. – Вероятно, все зависит от того, насколько крепко они сцепляются. Можно предположить, что самая крупная система будет величиной с наперсток. Но это неточно.

– Разделиться они смогут в любую минуту?

– Наверное.

Хоутон сощурился, обмозговывая услышанное.

– Потрясающе!

– База ангелов, ответь! На связи Зубная фея! Балджер, тварь бездушная, чтоб тебя! Отзовись! – ревел в рацию Мейпл, наблюдая, как высшие силы расправляются с остатками его людей. – Балджер, если ты меня слышишь, сейчас же вызови вертолеты!

Несясь к выходу, он то и дело стрелял в темноту за спиной. Копья вонзились в последнего наемника. Удар о стену, фонтан крови, крик.

Мейпл не оглядывался.

Он еще мог избежать смерти. Отчаянно в это верил. Где-то там, впереди, лежала корпускулярно-лучевая машина. Следовало лишь добраться до нее.

Мейпл собрался с остатками сил и помчался быстрее. Сердце готово было выскочить из груди. Он видел вырастающие из стены копья, чувствовал, что смертоносная волна вот-вот настигнет его, но все еще уповал на спасение.

Нырнув вперед, Мейпл поджал ноги, втянул в шею голову и сделал перекат. Копья буквально за его спиной вонзились в стену. Вскочив, но не разгибая спины, Мейпл перевел дыхание, схватил орудие и нажал на заветную кнопку.

Грозный луч из частиц вырвался из недр машины по первому зову. Под его напором отряд копий, соединявших стену, тотчас рухнул. Услышав какое-то движение за спиной, Мейпл резко развернулся и выстрелил лучом по кристаллическим выростам с другой стороны.

На небе вспыхнула молния. В ее свете Мейпл увидел, что те места, откуда его люди успели вырезать кубы С-60, заполняются чем-то красноватым, медленно пульсирующим. Кристалл воспроизводился, подпитанный человеческой плотью.

Спираль выздоравливала.

Со стороны зала с камерами послышался шум бьющегося стекла. Мейпл лег боком на землю, взял орудие поудобнее, приготовился стрелять и еще раз попытался связаться с людьми на земле.

Рация затрещала, что-то щелкнуло, наконец-то согревая сердце Мейпла надеждой.

– Балджер! – проревел он. – Ответь же, мать твою! Брось мне веревку или что угодно! Включи двигатели, чтобы я смог подняться!

В ответ прозвучало нечто нечленораздельное. Может, Балджер вообще ничего не расслышал?

Звон зазвучал ближе, и вдруг прямо перед Мейплом откуда ни возьмись появился один из прозрачных гигантов. Мгновение он просто стоял, как будто раздумывая, как поступить, потом нерешительно шагнул вперед. В это-то мгновение Мейпл в него и выстрелил – провел лучом по кристаллическому туловищу, рассекая монстра пополам.

Радоваться Мейплу пришлось недолго. Верхняя часть его противника, едва упав на землю, поднялась, схватилась за одну из собственных ног, с молниеносной скоростью взобралась наверх и стала прилаживаться к прежнему месту.

Мейпл вскинул голову, увидел свисавшую с края дыры веревку, подпрыгнул, схватил ее, подтянулся и по-обезьяньи полез наверх. А удалившись от пола на приличное расстояние, оглянулся. Прозрачный исполин стоял прямо под ним и смотрел на ускользающую жертву словно в растерянности.

Мейпл опять поднес ко рту рацию.

В очередной раз послышался треск. Не из видеотелефона, а из рации – она валялась на столе среди прочей аппаратуры. Балджер, который поначалу упорно не обращал на шум внимания, потерял терпение.

Извинившись перед юристом, он вскочил с места, схватил рацию и, нажав на кнопку, раздраженно прокричал:

– Я занят, черт возьми! В чем дело?

До него донесся чей-то запыхавшийся голос, и связь вдруг оборвалась.

– Повтори, – велел Балджер.

– Вытащи – меня… – Треск. – Отсюда! – Балджер моргнул. Это был Мейпл. – Я на веревке!

Балджер резко повернулся и взглянул на вход в туннель. Укрепленная на краю дыры и опущенная вниз веревка покачивалась.

– Черт! – Балджер кивнул Хоутону в компьютерном экране и прокричал: – Оставайся на линии. Я скоро.

На ходу натянув перчатки, он подбежал к дыре, присел, ухватился за веревку и, стиснув зубы, потянул ее на себя. Безрезультатно, Мейпл был слишком тяжелый.

Аккуратно, чтобы не соскользнуть с края и не улететь вниз, он, светя фонариком, заглянул внутрь, однако рассмотреть так ничего и не смог.

– Мейпл? Это ты? Слышишь меня? Что там стряслось?

Мейпл ответил громко, но Балджер не разобрал слов.

– Мейпл, мне тебя не поднять. Слишком много весишь. Сам выбирайся.

Веревочная лестница! Точно! Балджер вдруг вспомнил, что они и ее захватили с собой. Опустив в дыру руку, он помахал темноте.

– Я скоро вернусь! Принесу лестницу!

Он нашел ее в черном пластмассовом ящике, под запасным куском брезента. И, не теряя ни секунды, понесся назад. В землю у входа в туннель был вбит металлический столбик, к которому крепилась веревка. Не долго думая, Балджер набросил на нее верхнюю ступеньку и швырнул лестницу вниз. Послышался всплеск воды внизу, лестница дернулась. Несколько мгновений спустя Балджер снова посветил в дыру фонариком и увидел панаму Мейпла.

– Ну и набегался я из-за тебя! – проворчал Балджер.

Торчать под дождем дольше у него не было ни малейшего желания. К тому же его ждал Хоутон. Не потрудясь спросить у Мейпла, что с ним приключилось, Балджер развернулся и торопливо зашагал к столу под брезентом.

– По-моему, пора закругляться, – сказал он юристу, тяжело опускаясь на стул и вытирая с лица влагу.

– Кто это такой? – спросил Хоутон, глядя на вылезающего из дыры вслед за Мейплом человека.

– Мейпл. Большего придурка, чем он, во всей «Роле» не сыщешь.

Хоутон изумленно расширил глаза, глядя на приближающегося гиганта.

– Да уж… Большего не сыщешь…

Балджер нахмурился и повернул голову. Перед ним стоял высоченный человек. Небо озарилось молнией, и Балджер увидел, что великан прозрачный.

– Он гораздо крупнее, чем наперсток, – невольно вырвалось у него.

Фергюс терпеливо сидел за письменным столом у дальней стены кабинета. Выводил в блокноте каракули, искусно прикидываясь, будто увлечен работой, хоть и знал, что всем известно, зачем он здесь. Фергюс был советником Папы и великолепно справлялся со своими обязанностями.

Увидев, что Хоутон устроился перед его видеотелефоном, Фергюс вставил в ухо наушник. Разговор, немым участником которого он тут же стал, оказался едва ли не настолько же интересным, насколько беседа Папы с гостями.

– Чем я могу вам помочь? – спросил Папа.

– Я должен остаться на третий срок, – ответил президент. – Остаться на третий срок и ввести новый закон об оружии. Тогда народ научиться быть более послушным. А что я в состоянии сделать?