Код Атлантиды - Павлоу Стэл - Страница 98

Подготовка шла и на море, где к запуску уже были готовы 200-250 крылатых ракет «томагавк», главная сила первого удара.

Китайцы, однако, тоже не сидели на месте и, согласно предварительной оценке, располагали примерно такой же боевой мощью.

Стремясь к первенству, Соединенные Штаты бросили Китаю прямой вызов. Заявление прозвучало предельно коротко и ясно: не подходите к базе «Чжун Чанг». Наши специалисты проводят инспекцию объекта. Любое выдвижение сил к указанному пункту будет расцениваться как акт агрессии.

Ответа не последовало.

Этим в первую очередь и объяснялось внимание капрала Бартона и его команды к эскарпу Хавола. Их целью было наблюдение за активностью китайцев и отслеживание перемещения сухопутных частей.

Несколько раз капрал пытался дозвониться через спутник до жены и детей в Филадельфии, но все каналы были заняты, а когда линия наконец освободилась, пришло время посылать сообщения на «Трумэн».

Бартон едва успел переслать очередной пакет информации, когда его позвали взглянуть на кое-что любопытное. Он неуклюже – полярное снаряжение мешало свободе движений – устроился в кресле перед панелью управления, куда поступали данные со всех установленных на крыше антенн и «тарелок». На мониторах наблюдалось движение.

Скрытно сосредоточившаяся за горами Эллсуорт массивная колонна тяжелой артиллерии противника разделилась на две фаланги, первая из которых медленно двинулась к хребту Херитадж, обошла его с востока и выходила на позиции, вполне подходящие для нанесения артиллерийского удара по Харт-Хиллс. В то же время вторая колонна, шедшая на запад, обогнула хребет Сентинел и угрожала двум американским центрам связи: Скай-Хай и Сайпл.

Захват этих двух баз создал бы серьезные проблемы для тех частей флота, которые находились в море Беллинсгаузена, и помешал бы оказывать воздушное прикрытие наземных войск в Харт-Хиллс.

В результате такого маневра американские сухопутные войска оказались как бы зажатыми в клещи, что делало их крайне уязвимыми. Потеря центров связи заставила бы американцев отступить, что создавало бы весьма серьезную угрозу и для станции «Амундсен–Скотт».

Загнанное в угол, верховное командование было вынуждено принимать скорое решение. Может быть, пришло время выдвинуться к горе Маккелви. Конечно, это означало бы послать войска в зону боевых действий, но времени для проведения разведки уже не оставалось.

Китайцы сделали свой ход.

И теперь очередь была за Америкой.

Скотт замер.

На лбу каждого голема отчетливо проступали характерные, слегка изогнутые символы. Словно окаменев, он смотрел на приближающихся существ, обнимая истекающую кровью Сару.

Убедившись в том, что ошибки нет, лингвист опустился на колени, случайно задев при этом один из валяющихся на земле артефактов, который откатился на пару футов.

Ближайший из големов увидел незнакомый предмет и в нерешительности остановился.

Остановился всего на секунду, но и этого хватило, чтобы Скотт заметил его реакцию. Не спуская глаз с кристаллического существа, он погладил стонущую Сару по голове.

– Милая, что это за штуки, которые ты привезла из Египта?

Сара попыталась собраться с силами, чтобы не потерять сознание.

– Какие штуки?

Расстреляв все патроны, отряд сбился в кучку.

– Господи! Что же это такое? Черт! Черт! – сыпал проклятиями Хиллман.

Его крики лишь усиливали панику.

Наверное, только Скотт сохранял относительное спокойствие, позволявшее ему не терять контроль за ситуацией. Продолжая смотреть на голема, он осторожно повернул голову Сары так, чтобы в поле ее зрения попала цилиндрическая, выточенная на вид из камня трубка. Всего этих трубок было четыре, и все они выглядели примерно одинаковыми.

Скотт наклонился и поднял одну из них.

– Что это?

Сара закусила губу и едва слышно пробормотала:

– Я… не знаю. Надеялась, что мы… выясним это вместе. – Она с трудом сдержала стон и указала на големов. – Смотри.

Стражи вдруг как по команде остановились. Даже тот, который уже протянул руку, норовя схватить Хиллмана за горло. Скрюченные пальцы замерли в паре дюймов от шеи морпеха.

Воспользовавшись моментом, Хиллман поспешил отступить.

Голем опустил руку. И тоже замер, ожидая, что будет дальше.

– Что вы сделали? – негромко спросил Хаккетт.

– Сам не знаю, – растерянно ответил Скотт и, осторожно посадив Сару, поднялся, держа артефакт, как оружие, в вытянутой руке. – Просто взял одну из этих штуковин.

Другой подсказки Хиллману и не требовалось. Быстро наклонившись, морпех схватил костяную трубку и направил ее в сторону ближайших големов – те тут же попятились.

– Что? Мы уже не такие крутые, а?

– Аминь, – одобрил решение подчиненного майор, в свою очередь вооружаясь трубкой. – Что это такое, профессор?

Последний артефакт забрал Пирс. Скотт внимательно рассмотрел новоявленное оружие.

– Понятия не имею.

Непонятного назначения предмет слегка подрагивал в руке, будто включенная в сеть электробритва или поставленный на вибрацию пейджер. Проведя по нему пальцем, лингвист снова посмотрел на символы, начертанные на лбах големов. И вспомнил. Конечно!

– Священное слово на лице голема, – процитировал он. – Убрав это слово, можно деактивировать чудовище.

Скотт выставил ладонь перед устройством и тут же почувствовал, как рука напряглась, как будто замерзая. Или кристаллизуясь. Он уже открыл рот, чтобы объявить о своем открытии, как вдруг увидел, что Пирс использует прибор совсем по другому назначению, пытаясь открыть с его помощью двери.

Делать это не следовало, потому что големы мгновенно поняли, что пришельцы не знают, как именно пользоваться находкой.

Скотт поспешно шагнул вперед.

– Нет! – крикнул он, поднося трубку к губам, как микрофон.

Големы снова остановились.

Хаккетт покачал головой.

– Здорово, – восхищенно пробормотал он. – Но, думаю, распевать нам сейчас некогда. К тому же у этих молодцов напрочь отсутствует чувство ритма.

– Это ключ к воротам, – сказал Скотт. – В трубку надо говорить.

– И что вы собираетесь сказать? Сезам, откройся?

Скотт пожал плечами, словно не заметив иронии.

– Мифы не берутся ниоткуда. – Он повернулся лицом к воротам, поднес устройство ко рту и громко и отчетливо произнес на древнешумерском: – Двери, откройтесь!

Что-то лязгнуло и заскрипело. Громко и натужно. Тысячелетиями находившийся без движения механизм сработал, и главные ворота Атлантиды распахнулись перед пришельцами.

– Все туда, живо! – рявкнул Гэнт. – Шевелитесь!

Отряд поспешно ринулся к воротам, совершенно не думая о том, что могло поджидать за ними.

Сара, которую затащили внутрь в первую очередь, вскрикнула от боли и залилась слезами. Убедившись, что она в безопасности, Скотт повернулся к воротам и посмотрел на столпившихся у входа големов.

– Двери, закройтесь!

Голос эхом разнесся по кристаллическому залу, и механизм, скрытый где-то в неведомых глубинах города, снова отозвался на приказ человека.

Тяжелые створки сдвинулись с места и мучительно медленно поползли навстречу друг другу.

– Быстрее, быстрее! – закричала, подгоняя их, Новэмбер, чем на мгновение отвлекла Скотта от големов.

И в то же самое мгновение двойник Янь Нинь сорвался с места. Решительно шагнув вперед, миниатюрная китаянка встала между створками и раскинула руки. Послышался громкий, режущий уши скрип – механизм пытался справиться с возникшим препятствием. Земля под ногами ощутимо задрожала. Големы бросились к воротам, но, уткнувшись в спину Янь Нинь, столпились за ней. Не имея возможности сдвинуться с места, Янь Нинь бросала на людей полные ненависти взгляды. Рядом с ней, безмятежно попыхивая незажженной сигарой, встал Джек Балджер. Что касается Юня, то он смотрел на свою давно умершую подругу с выражением печали и ужаса.

– Боже, вы только посмотрите на эту девушку! – сказал, подходя к солдату, Пирс, а когда китаец не ответил, тронул его за руку. – Интересно, как она умерла? Ну, в первый раз.