Впервые в жизни - Шелдон (Шелвис) Джилл - Страница 52

— Мэтт!

Эми ошеломленно уставилась в темную пропасть.

— Это ты?

— Нет, это чертова фея Динь?Динь.

Раздраженное заявление сопровождалось шорохом и новыми ругательствами.

— Что ты там делаешь? — глупо спросила Эми, опуская вниз фонарик, хотя почти ничего не видела. — Ты сам велел мне не ходить сюда, помнишь?

— Помню, спасибо. Я упал.

— О Господи! Ничего не сломал?

Он ответил не сразу, и она испугалась.

— Мэтт!

— Ничего! Ударился плечом, только и всего.

Страх сменился паникой, но она продолжала смотреть в черную бездну.

— Я немедленно спускаюсь.

«Как только точно пойму, что делать в этом мраке».

— Не стоит! Я в порядке.

Проигнорировав заявление как полную чушь, она принялась осторожно спускаться.

— Вернись, Эми! Я сейчас поднимусь.

Все было бы здорово, если бы оказалось правдой. Но она не услышала никакого движения. Спускаться было сложнее, чем карабкаться наверх. Склон был крутым, и Эми потребовались обе руки. Но фонарик тоже нужен, так что она сунула его в лифчик. Теперь фонарик в основном освещал ее лицо, но по крайней мере можно было что?то видеть.

Вроде как.

— Эми, стой!

— Я не оставлю тебя здесь…

Она испуганно вскрикнула, когда подошва скользнула на влажном склоне. Эми пролетела несколько оставшихся футов и ушибла задницу.

— Ты как? — всполошился Мэтт.

— Ничего. Подкладка толстая.

Она подбежала к нему.

— Ты никогда меня не слушаешь.

Он сидел, прислонившись к пню и сжав челюсть.

— Уверена, что не ранена?

— Да.

— У тебя фонарик в лифчике?

— Опять да. Плечо сломано?

— Вывихнуто. Я так думаю. Придвинься ближе.

— Зачем?

— Чтобы я мог заглянуть тебе в декольте.

Ладно, значит, он не на смертном одре!

— Это когда мы поднимемся в мой лагерь, — пообещала она, сообразив, что Мэтт дышит сквозь стиснутые зубы. Вытащив фонарик, Эми долго всматривалась в его лицо. Несмотря на холодную ночь, по его виску катилась капля пота, а сам он вроде немного позеленел.

— Что я могу сделать, Мэтт?

— Можешь посветить в свой вырез в качестве стимула.

— Я серьезно!

— Все нормально, — вздохнул он. — Дай мне минутку.

Вот это настоящий мужчина!

— Тебе не следовало приходить.

— Это точно. И тебе тоже, — парировал он.

— Я к тому, что утром у тебя расследование. Через несколько часов! Твоя работа…

И тут до Эми дошло, чем он рискует. Она присела на корточки, уставилась на него и бесцельно взмахнула рукой.

— Господи, Мэтт, ты опоздаешь! Зачем ты явился?!

Он взял ее руку, погладил запястье как раз над тем местом, где бился пульс. Поднес пальцы к губам, поцеловал ладонь.

— Я хотел быть здесь, с тобой. Нашла, что искала?

— Как оказалось, да.

— Так и знал, что найдешь. Это было твоей целью, а ты не из тех, кто сдается. Всегда доводишь до конца начатое. И я пришел закончить то, что мы начали.

Сердце Эми сжалось.

— По?моему, у нас и без того все закончено. И, чтобы ты знал, я из тех, кто сдается. Сбегаю от всех и вся. Всегда такой была.

— Только не впутывай сюда Эми?подростка. Та Эми отказалась от неправильной жизни, которую вела, и начала новую. Она…

Мэтт пошевелился и сморщился от боли.

— О Боже, Мэтт! Нам нужно…

— Вот. Держи.

Здоровой рукой он поднял больную под определенным углом.

— Держи крепко и не выпускай.

Она вцепилась в его руку. Мышцы подрагивали.

— Но…

Мэтт дернулся, Эми услышала щелчок. Мэтт с шумом втянул в себя воздух и обмяк.

Она буквально оседлала его, чтобы взглянуть в лицо. Теперь оно было мокрым от пота, но легкий румянец вернулся на щеки. Мэтт слабо улыбнулся.

— Удалось с первого раза! — пробормотал он и закрыл глаза.

— Мэтт!

— Ш?ш?ш, — прошипел он, не двигаясь. — Пока что у меня нет сил отгонять любопытных медведей. И не думаю, что те, которые в Китае, нас услышали. Помоги снять рубашку.

Эми наклонилась над ним, расстегнула рубашку и осторожно стянула с больного плеча.

— Люблю, когда ты меня раздеваешь, — признался Мэтт.

— А я думала, ты любишь, когда я раздеваюсь.

— И это тоже, — вкрадчиво произнес он. — Мне ужасно это нравится. Разорви рубашку пополам.

Эми попыталась, но сил не хватило, поэтому Мэтт забрал рубашку и, действуя здоровой рукой и зубами, легко разорвал пополам.

Эми обдало жаром, но она сдержалась. Мэтт показал ей, как превратить полосы ткани в импровизированную перевязь для руки.

— Лучше? — спросила она, завязав узел на спине.

Он выдохнул и осторожно повел плечом.

— Да.

— Нужно доставить тебя в больницу.

— Нет. Я вполне здоров.

— А еще твердишь, что это я тебя не слушаю!

Она помогла ему встать, непрерывно приговаривая:

— Никто меня не слушает. Да стоит ли их винить? Я верила Райли. И смотри, как все обернулось!

Мэтт положил ладонь на ее затылок и приподнял лицо.

— Я слушаю тебя. И всегда буду слушать. Пусть не всегда смогу соглашаться, но, клянусь, всегда стану слушать. Я не хотел обидеть тебя!

И у Эми немедленно встал ком в горле, глаза начало щипать.

— Мэтт…

— Я никогда не хотел, чтобы ты выдала Райли, — тихо продолжал он. — Девочка наделала ошибок, но это еще не означает, что она сама — ошибка. Она старается исправиться. Найти выход, нужное решение. И все благодаря тебе, Эми. Ты направила ее на верный путь. Неужели не видишь? Встреча с тобой — лучшее, что могло с ней случиться. И прошу тебя, именно сейчас не отказывайся от нее.

Она смотрела ему в глаза, ощущая жар тела под своими ладонями.

— Я не… я не откажусь.

— Вот и прекрасно. Потому что я тоже не откажусь. Ни от нее, ни от тебя. Ни от нас.

Сердце Эми замерло, а когда Мэтт улыбнулся, толкнулось в груди и снова забилось. Только каждый удар отдавался болью.

Мэтт встал, обнял ее за плечи здоровой рукой и постоял, пытаясь отдышаться. После чего повернулся к обрыву.

— Мэтт.

Но он уже карабкался наверх.

— Мэтт…

— Я в норме.

Прекрасно. Он в норме. А она? Ее тошнит от тревоги!

Она следовала за ним по пятам, гадая, что будет делать, если он упадет? Зато у нее был прекрасный вид сзади, поскольку на нем остались только джинсы и ботинки.

— Мы могли бы лучше ориентироваться, если бы ты направляла свет вперед, а не на мой зад, — мягко предложил он.

Черт!

Она направила свет в нужную сторону и постаралась не обращать внимания на тихий смех.

Наконец они добрели до ее лагеря и сели на бревно перед огнем. Мэтт крепко прижимал руку к груди.

— Тебе больно! — расстроилась она.

— Может, порвал связки, — признался он.

— И как мы повезем тебя обратно?

— К утру станет легче.

— Сейчас уже утро! И тебе нужно возвращаться!

— Эми! — выдохнул он, прижав ее к себе. — Это всего лишь работа!

Невозможно поверить! Поверить тому, что он сделал ради нее.

Эми пошарила в рюкзаке и вытащила банку «Доктора Пеппера». Укладывая газировку в рюкзак, она чувствовала себя немного жалкой из?за того, что захватила газировку Мэтта только потому, что это напоминало ей о нем. Но сейчас Эми была ужасно рада, что догадалась это сделать.

Она открыла банку и протянула ему.

У Мэтта сделался такой вид, словно ему подарили луну.

Эми подождала, пока он осушит банку.

— Мэтт, ты ведь любишь свою работу.

— Да. Я и предыдущую любил, и для меня она была на первом месте, даже брак был не столь важен. Но больше этого не будет. Никогда.

— «Никогда» — слишком категорично.

— Никогда! — твердо повторил он. — И есть кое?что еще, чего я больше никогда не сделаю.

— Что именно?

— Не стану снимать рубашку, если ты не согласишься снять свою.

Мэтт опрокинул Эми на землю и лег сверху.

— Осторожнее! Твое плечо! — пискнула Эми, изнемогая под тяжестью двухсот двадцати фунтов.

— Тебе следует не о моем плече беспокоиться, — шепнул он, прежде чем закрыть ей рот поцелуем. Эми погладила его по щеке, заросшей колючей щетиной. Его губы крепче прижались к ее губам, и хотя ей следовало положить конец этому безумию, прежде чем он еще больше повредит плечо, почему?то оказалось, что она отвечает на поцелуй так же жадно, не в состоянии им насытиться.