Мягкие зеркала (полная версия) - Павлов Сергей Иванович - Страница 44

— Безусловно. Готовится к старту люггер «Виверра» с десантниками и селенологами на борту. Но где гарантия, что до прихода «Виверры» Пятно не исчезнет так же внезапно, как появилось? В его стабильности я, например, далеко не уверен. А люггер, в лучшем случае, прибудет к вам через сутки.

— Я вам сочувствую.

— Тронут. Кстати, сочувствие, как и любой благородный металл, можно отлить в конкретную форму.

Только теперь Андрей осознал масштаб столкновения интересов ученых и функционеров МУКБОПа. С приходом люггера заповедно-тихая обитель заповедно-экзотических тайн мигом перевоплотится в орбитально-десантное общежитие. И никакие запреты МУКБОПа ведь не помогут…

— Март, как вы эту «конкретную форму» себе представляете?

— Как сумму технических средств, которые есть у вас на борту и которые необходимо задействовать в целях оперативной разведки Пятна.

— Во избежание возможных недоразумений я подскажу вам, чего на борту у нас нет. У нас нет разведывательных флаинг-станций автономного действия, нет флаинг-зондов. Нет даже специализированных программ для многозональной локации. Я уж не говорю о полном отсутствии всякого присутствия исследовательских навыков у меня и Аганна.

— У вас есть драккар.

«Ну конечно, — подумал Андрей, — так и прыгнул я тебе на Япет — пятки вдали засверкали». Заметив, что все еще держит в руках пустую бутылку, он бросил ее на сиденье капитанского ложемента, сказал:

— Вот с этого и надо было начинать — с уговоров нарушить все писаные и неписаные правила десантных разведопераций.

— Всю ответственность я беру на себя.

— Идите вы со своей ответственностью!.. — вдруг вмешался Аганн. — Будто бы вам невдомек, чем пахнет проклятый кругляк на Япете.

— Нет, почему же, — обеспокоенно возразил Март. — Обдумываем кое-какие догадки. Кстати, именно это вынуждает нас…

Аганн не стал его слушать:

— Мало вам одного Оберона? Хотите заиметь второй? До свидания. — Поднимаясь из кресла, он попутно выключил автоматику Ф-связи, окинул взглядом неприятно вдруг онемевший сфероэкранный простор системы Сатурна.

— Ты имел в виду оберонский гурм? — ошарашенно спросил Андрей. — Пятно на Япете — гурм?..

— Нет. Но это прелюдия к гурму.

— С чего ты взял?..

— Чувствую. Как? Тебе не понять.

Аганн приблизился к штурм-ложементу и, словно не зная, куда деть свои беспокойные руки, заложил их в карманы. Андрей близко увидел его измученные глаза.

— Пока не понять, — добавил Аганн.

— Но луч, который ударил мне в спину, не мог исходить из Пятна. В тот момент Пятно было где-то за горизонтом.

— Да, это странно… Впрочем, какая разница откуда? — Обернувшись через плечо, капитан посмотрел на белую полосу у горизонта. — Вот тебе и Мертвец-в-Простыне…

— Зачем вырубил связь?

— Не хотел, чтобы тебя уговаривали. Не лезь к Пятну, ты не десантник.

— Это опасно?

— Не знаю.

— Ты знаешь, что такое гурм.

— Я знаю, что такое собственно гурм. Но что собой представляет Пятно — не имею понятия. Чувствую только, что эта круглая туча — зародыш будущей грозы. Туман на Япете — это первая стадия… какой-то подготовительный процесс, который, судя по Оберону, в конце концов завершается серией гурмов.

— Сколько времени может длиться этот процесс?

— Кто знает… Годы? Месяцы? Дни? До тех пор, по-видимому, пока не исчезнет туман. Опять же судя по гурмам на Обероне. Во всяком случае, погибший во время предпоследнего гурма экипаж «Леопарда» никакого тумана уже не застал. И мы не видели ничего похожего на здешний Пудинг. Ни в районе Ледовой Плеши, где потом сработала западня, ни в каких-либо других районах поверхности планетоида. Конечно, туманных пятен специально мы не искали, но пропустить даже самое маленькое не могли. В поисках обломков «Леопарда» телефотеры «Лунной радуги» обшарили на Обероне каждый квадратный метр. И в том, и в другом смысле планетоид был девственно чист. Понимаешь? Чист. Абсолютно!..

Андрей смотрел на руки рассказчика. Они все время были в движении. За разговором экзот, должно быть, не замечал, как суетливо вели себя его руки. Он нервозно засовывал их на всю глубину карманов, нервозно вытаскивал, закладывал за спину, поднимал к голове, щупал шею, затылок или судорожно складывал на груди. А когда он, нервно жестикулируя, разводил руки в стороны, перед глазами Андрея едва ли не с физической ясностью возникало ночное видение — тень «многорукого пианиста»… Да и ноги Аганна не стояли на месте — притоптывали, переминались, словно ему жгло ступни. Все у него ходило ходуном — ноги, руки, плечи… Наконец Аганн обратил внимание на лицо своего собеседника — растерянно смолк, необычная жестикуляция прекратилась.

— Выходит, не зря селенологи возбуждены, — сказал Андрей, чтобы дать время опомниться ему и себе.

— Теперь они облепят Пятно, как муравьи конфету, — пробормотал экзот, нервно гримасничая. — Суета, ажиотаж, десанты…

«И десантники, — мысленно дополнил Андрей. — И над кем-то из них нависает угроза стать похожим на теперешнего Аганна. Второй Оберон… Десанты, наверное, следовало бы запретить. Но успеет ли Копаев хотя бы что-нибудь здесь предпринять?.. Н-да, ситуация, леший ее побери…» Минуту он размышлял.

— Кэп, что еще полезного о гурме ты мог бы сообщить мне под занавес?

Аганн, продолжая гримасничать, уставился на него долгим взглядом.

— По-моему, все сказано.

— Ясно. — Андрей набрал на клавишах ротопульта команду для автоматики связи. Экзот его больше не интересовал.

Голос Фролова:

«…Все что угодно. Кроме бездарных острот. „Байкал“, держите меня на луче, пока позволяют условия.»

— «Анарда» — Титану, — вмешался Андрей. — Март, связь. Вы там скоро уйдете с прямого луча, поэтому к делу. Вашу идею разведки десантом я принимаю. В обмен на твердые заверения, что объясняться с УОКСом будете вы. УОКС почему-то ужасно не любит самодеятельных десантников, а мне почему-то ужасно не хочется терять служебную визу.

— Гарантирую: никаких недоразумений с администрацией УОКСа у вас не возникнет. Но истины ради, Андрей: не визой вы рискуете — головой! Обдумайте это, пока не поздно, моральный перевес на вашей стороне — вы не десантник.