Черный диверсант. Первая трилогия о «попаданце» - Конторович Александр Сергеевич - Страница 110

Я встретил генерала на улице.

— Вечер добрый, товарищ генерал–лейтенант! Совсем вы тут про меня забыли, скоро уже мхом обрасту от безделья…

— Не прибедняйтесь! — Яковлев крепко стиснул мою ладонь. — Мне тут уже доложили о ваших успехах в спортзале и тире. Если от этого мхом обрастают, то я и не знаю, каковы вы будете в настоящем деле.

— Будет дело, посмотрите.

— Хм… Давайте уж в дом пойдем. Чаю закажем, еще чего–нибудь. Кто сегодня на хозяйстве?

— С утра Вера заступила. Они тут недавно меня вкусными такими плюшками угощали, может, их и закажем?

— Ну, плюшки так плюшки.

— Ждем кого, Виктор Петрович?

— Михайловского. Он скоро быть должен, я с ним минут десять как созванивался.

— Ну, как раз к чаю и поспеет. Пойду Вере позвоню, пусть готовить начинает.

Димка приехал через двадцать минут. Выйдя из машины, он с интересом осмотрелся по сторонам. Подойдя к нам, поздоровался с Яковлевым и обнялся со мной.

— Я смотрю, ты тут отожрался на казенных–то харчах?! Вон морда какая стала — поперек себя шире!

— Попроси генерала, пусть и тебя тут поселят — у меня второй этаж пустой. Глядишь, и сам поправишься. А то на работе только кофе да бутерброды. Забыл, как тебя недавно прихватило от такой еды? Сколько ты тогда в госпитале Бурденко потерял, килограмм двадцать?

— Около того. Так ведь сюда к тебе не пустят. Я и сам–то про это место только сегодня и узнал — позор на мою седую голову!

— Когда это ты поседеть успел? — удивился я. — Что–то не вижу? Или красить волосы уже стал?

— Ну, не поседел, так поседею. Особенно если некоторые товарищи… — он выразительно посмотрел на Яковлева, — будут мне такие головоломки подбрасывать. Я ж не следственный отдел, товарищ генерал–лейтенант, у меня опыта таких расследований нет!

— У вас зато такой механизм в руках, любой следак от зависти удавится! — Яковлев потер ладони. — Давайте, что ли, в дом пойдем? Вечер уже, прохладно, а у нас и чай скоро поспеет. С плюшками! Или что покрепче отыскать?

— Это после. Сначала чай, потом дело, а там посмотрим.

Войдя в дом, мы расселись вокруг стола в каминном зале. Я уже привык тут обедать и ужинать. Завтракал я обычно на балконе второго этажа. Прибежавшие по телефонному звонку девушки быстро сервировали стол. Для Димки принесли чайник с травяным чаем, чему он был немало удивлен. Поднял крышку, принюхался…

— Надо же! Я как раз такой на работе и пью! Кто ж это меня заложил?

— У меня память на запахи хорошая. — Яковлев налил себе из другого чайника. — Вы меня в тот раз именно таким и угощали. Я и запомнил.

— Один–ноль! Тебе не предлагаю, извращенец, — покосился он на меня. — Ты этой прелести не понимаешь!

Я хмыкнул. Наша с ним пикировка по поводу того, кто и какой чай пьет, стала уже обычным ритуалом при каждой встрече.

Михайловский попробовал Верины плюшки.

— Вкусно! Мне бы на работу такого повара! А то у нас в столовой — как будто вчера училище окончили. Нет чтобы начальника какой–нибудь вкусняшкой порадовать. Гонят стандартное меню, никаких изысков.

Мягко говоря, он преувеличивал. Кормили у них в столовой — дай боже каждому!

Еще раз налив себе чаю, Димка, однако, пить не стал. Поставил чашку, чуть пригубив, и взял в руки «дипломат». Открыл, вынул папку и положил его около кресла.

— Ну, что, товарищи родные, готовы?

— К чему бы это? — Я подозрительно на него посмотрел. — Что ты еще придумал, страшный человек?

— Это еще посмотреть надо, кто из нас страшнее. Да и не я тут главный придумщик. Сценарист у нас тут, можно сказать, коллективный. Я бы даже сказал — международный!

Он расстегнул замок на папке и начал выкладывать на стол бумаги и фотографии.

— Итак, что мы имели в начале всего этого дела? — он вопросительно посмотрел на нас. — Массу разрозненных фактов. Очевидно только одно — где–то произошла серьезная утечка информации. Зная ваше, товарищ генерал–лейтенант, ведомство, мне было весьма трудно эту самую утечку отыскать. Тем более что и про сам факт существования такой конторы я узнал относительно недавно. Поэтому в вашу внутреннюю кухню я не полез. Да и кто бы мне это разрешил?

— Тем не менее вам такое разрешение было дано сверху.

— Спасибо. Это мне несколько облегчило задачу, но всей проблемы не решило. Абсолютно очевидными стали несколько фактов. Первый — целевая атака грузинского спецназа, информация, полученная от Скорцени, и показания Хайнемана. Четко выяснена цель всей операции — это ты, друг мой любезный! — Димка ткнул пальцем в мою сторону.

— Ну, я уже и тогда это знал.

— Точнее будет сказать — предполагал! Однако продолжим. Вторая зацепка в этом деле — Мирон и его ребятишки. Тут уж я, пользуясь полученными полномочиями, дал ребятам на земле порезвиться вволю. — Михайловский плотоядно облизнулся.

Я представил себе, что могут натворить на своей земле пусть даже и рядовые опера, если их снабдить хотя бы малой частью информации, хранящейся в Димкиных компах. Да–а–а… в некоторых местах народ теперь собственной тени будет бояться еще долго.

— Несколько попугав Мирона и обрисовав ему невеселое будущее, которое его ждет в том случае, если он вдруг проявит ослиное упрямство, я потребовал от него полной откровенности. — Димка отхлебнул из чашки и продолжил: — Меня интересовали в первую очередь два вопроса — кто вывел его на адрес и где он взял помехогенератор? Так вот, на адрес его вывел — кто бы вы думали?

— Не тяни уж, злодей! — Я тоже отпил чаю и закусил плюшкой.

— Аскеров.

— Генрих?

— Он самый. Еще более интересно — кто привез Мирону глушилку?

— И кто же?

— Аскеровский папа.

— Ох, и ни…

— Именно так! Оказывается, они с Мироном — давние знакомцы. Еще на заре перестройки познакомились, так вместе по жизни и идут. Получив эту информацию, я начал копать папу и был приятно удивлен! Папочка этот — человек широких интересов. Коммерческих и не совсем. Имеет массу, скажем так, сомнительных контор по всему свету. В том числе и в США. Он там выступает в роли соучредителя. Мирону, кстати, помогает его денежки, трудами неправедными заработанные, прокручивать. Контор папочка там наплодил — кошмарная жуткость. Получи МВД, да хоть бы и ваши, товарищ генерал–лейтенант, следаки эту гору бумаг — просто утонули бы в ней. Навсегда. И никогда бы не всплыли уже. Ну проверили бы они — да и то вряд ли — чистоту этих фирм. Ну нарыли бы какие–то противозаконные операции. И что? Чем бы это нам помогло в решении главной задачи?

— Они до сих пор лопатят то, что вы им прислали. — Яковлев согласно кивнул головой. — И эффект от этого пока что не очень впечатляющий. Нарыли много интересного, но все это, увы, не по нашей линии. В МВД мы эти материалы, конечно, передадим. Но нам–то с этого какой навар?

— Ну так! Я и не сомневался в этом ни минуты. Конечно, дай им время, они и сами бы нарыли там много чего полезного. Мирону мы бы хвост прищемили, даже и по этому поводу. Американцы бы на папу обиделись, могли и посадить. Когда–нибудь, потом. Сколько и у кого эта дружная парочка украла и куда после девала, это я уже довольно скоро сказать мог. Но это меня как раз и не интересовало. Начал я копать с двух сторон — от генератора и от папочки. И выплыло тут одно интересное дело. Папочка ведет дела с фирмой «Спейслаб инжиниринг». Ну, ведет и что? А то, что учредителя и генерального директора данной фирмы зовут как?

— Не тяни. Я же вижу, что ты что–то нарыл там жареного, ведь так? На вот тебе плюшку в знак признательности, — протянул я ее Димке.

— Вот и трудись тут денно и нощно! А вместо спасибо плюшками награждают. Ну, хоть не пинками, и то хлеб! — Он сокрушенно покачал головой. — Михель Хайнеман, полковник ВВС США в отставке.

— Бывший начальник службы безопасности отдела Д5? — Яковлев аж привстал с места.

— Михель Дж. Хайнеман, полковник, личный номер… — Димка покосился в бумаги.

— Дайте–ка мне их сюда, — Яковлев протянул руку и взял у Димки бумаги. — Ага, у вас и фото есть! Да, это он, морда знакомая. Так, значит, наш Хайнеман…